Свой среди чужих (СИ)

Расскажи мне кто, что такое вообще реально — я бы, наверное, покрутил пальцем у виска, да посоветовал этому фантазеру начать писать книжки.
На мой блеф повелся не просто комендант каструма, а опытный сорокалетний мужик, некромант, который на интригах съел собаку!
Хотелось, конечно, верить, что все дело в моем красноречии и обаянии, но я-то знал правду — жадность коменданта оказалась сильнее здравого смысла.
Жадность и страх.
Причем здесь страх? Да притом, что комендант жутко боялся. Боялся, что кто-то успеет найти сокровищницу Ахрокраса раньше него.
Совсем как я на четвертом курсе…
В тот год, помню, весь мед захлестнула волна интереса к фондовому рынку — акции, облигации, дивиденды, купоны, денежный поток…
Меня эта волна не обошла стороной, и я несколько месяцев вкладывал свою стипендию и зарплату медбрата в голубые фишки нашего рынка.
А потом пришел кризис.
Мой портфель — хах, как же гордо я именовал свои четыре акции! — упал на треть, и приятная цифра «+9 %» сменилось депрессивной «-27 %»…
Как сейчас помню, что в те месяцы, когда я считал себя воротилой фондового рынка, мной управляли две эмоции — жадность и страх.
Жадность выражалась в том, что мне хотелось заработать все больше и больше, и что 9 % прибыли за два месяца меня категорически не устраивали.
А страх заставлял продавать в убыток те акции, которые я покупал ради дивидендного потока.
То, что должно было стать инструментом накопления и преумножения личного капитала превратилось в азартное казино.
Из-за моих страха и жадности мои деньги перекочевали к тем участникам рынка, которые сохранили холодную голову и трезвый рассудок. К тем, кто контролировал свои эмоции.
Почему я вспомнил про акции? Да потому что, наблюдая за комендантом, я будто увидел себя со стороны.
Вот только вместо графика акций Газпрома и Сбербанка комендант видел перед собой рейтинги своего влияния и груды золота…
В итоге, жадность коменданта, помноженная на его страх упустить возможность сыграла мне на руку.
Одного слова коменданта оказалось достаточно, чтобы песьеголовые забегали, как ошпаренные, и за какие-то десять минут подготовили к выезду целый обоз.
Добротная деревянная телега с высокими бортами. Четвёрка немертвых лошадей — на секундочку, химеры второго ранга. И манипула охранения — личная гвардия коменданта…
Видимо, некромант решил всерьез побороться за потенциальный джек-пот, раз предоставил нам свой личный транспорт и эскорт.
Мы неслись практически без остановок — химеры не знали усталости, а сопровождающие нас легионеры служили лучшим пропуском для многочисленных патрулей и застав.
И это был отдельный момент, за который я не уставал себя хвалить. Ведь чем ближе мы подъезжали к разрушенному дворцу Ахрокраса, тем больше караулов песьеголовых попадалось нам на пути.
И что-то мне подсказывало — без пропуска коменданта нам с Самди пришлось бы хорошенько постараться, чтобы пройти сквозь все эти заставы.
В общем, если отбросить зудящее чувство тревоги и постоянное ожидание подвоха, путь до развалин дворца можно было считать подарком небес.
Мало того, что нас с комфортом доставили из точки А в точку Б, так у нас с Самди ещё и было время, чтобы обсудить дальнейшие действия.
Не передать словами, что я почувствовал, когда узнал, что его, оказывается, не пытали.
У некроманта-дознавателя не было полномочий на допрос шамана песьеголовых. Поэтому Самди, в отличие от меня провел ночь не в темнице, а гостевой комнате.
В тот момент, когда Самди об этом рассказал меня захватил букет смешанных чувств — раздражение, обида, зависть, злость и… облегчение.
Неприятно признавать, но вместо того, чтобы порадоваться за товарища, я мысленно возмутился случившейся несправедливости. И вот эта подленькая мысль — «Чего это Самди прохлаждался в гостевых покоях, пока я терпел пытки?» мне жутко в себе не понравилось.
Веяло от него чем-то… Анубским. Казалось бы, ерунда — подумаешь, промелькнула дурацкая мысль? Но я всем своим естеством чувствовал — на такое нельзя закрывать глаза.
 
Сначала я, вместо того, чтобы порадоваться за товарища, желаю ему пройти сквозь те же пытки, что и я. А вместо того, чтобы быть благодарным, что он себя не раскрыл, завидую и злюсь.
А что потом? Так и продолжу завидовать человеку, который каждую секунду своего существования борется с вырывающимся изнутри личом?
В общем, наскоро разобрав ситуацию, я волевым усилием сжег все негативные мысли и вздохнул с облегчением.
Раздражение ушло, и в глубине души появилась благодарность, что все обошлось, и что мы вот-вот доберемся до дворца.
К тому же, мне грех жаловаться. Да, было неприятно, да больно и страшно. Но зато получил от Сети неплохое усиление…
— Постой, усиление через системное уведомление? — стоило мне дойти до этого момента, как Самди тут же принял стойку охотничьего пса. — От Сети?
Мы ехали в телеге, как настоящие патриции — полулежа на многочисленных подушках. Хочешь — спи, хочешь — беседуй и любуйся местными пейзажами.
Для полного антуража не хватало только столика с виноградом и опахала.
Впрочем, от палящего солнца нас защищал Щит Мертвых, а сухпаёк, который я время от времени грыз, и без всякого винограда казался мне настоящей амброзией.
Ну а Вуаль Тишины, которую навесил на телегу Самди, гарантировала, что никто не подслушает наш разговор.
— Ты точно уверен, что это было именно системное уведомление? — не знаю почему, но упоминание о Сети зацепило мага даже больше, чем пересказ моей беседы с комендантом.
— На все сто, — заверил я Самди. — Дали плюс к Стойкости и небольшой бонус к критическому удару и Целительству.
— Вот как, — задумчиво протянул Самди. — Любопытно…
— Что-то не так? — насторожился я.
— Да как тебе сказать… — Самди неопределенно хмыкнул. — В Хрониках Порога было написано, что Сеть так или иначе присутствует во всех разумных мирах. Но где-то к ней доступ свободней, а где-то его практически нет.
— Ретрансляторы? — предположил я. — Стелы?
— В том числе, — кивнул Темный маг. — Но дело даже не в них, а в мире. Порог считается центральным миром, и, после восстановления Сети, почти все обитатели нашего мира получили доступ к Сети.
— И…
— И это дает уникальное преимущество, — с заметным раздражением отозвался маг. — Сам подумай, что бы было, если бы все легионеры могли скачивать пакеты с навыками и умениями?
— Ты говоришь о страшных вещах, — немного помолчав, отозвался я. — Это будет конец.
— Именно, — кивнул Самди. — Да, среди песьеголовых встречаются одаренные воины, про магов и вовсе молчу. Но стоит им захватить Порог…
— И они, получив полный доступ к Сети, поработят остальные миры, — закончил я за мага.
— Я все же делаю ставку на ксуров, — поправил меня Самди — но суть ты уловил.
— Уловил, — протянул я, соображая. — Думаешь, в этом мире у псов нет доступа к Сети?
— Думаю, нет, — Темный маг покачал головой. — Иначе комендант бы тебя не отпустил, несмотря на всю лапшу, которую ты навешал ему на уши.
— А вот здесь не понял…
— Я посмотрел твои воспоминания, партнер, — пояснил Самди. — Ты при нем поклялся Сетью, а он даже ухом не повел. Будь комендант в курсе, что это такое, мы бы уже были в обсидиановых кандалах.
— Но раз он не знает, то…
— То ретрансляторы, которые наверняка есть в этом мире, обеспечивают допуск с Сети только тем…
— Кто уже инициализирован, — закончил я. — То есть нам. Вот почему я получил системное уведомление.
— Именно. Поэтому в следующий раз следи за тем, что ты говоришь, — Самди внимательно на меня посмотрел. — Доступ к Сети — это наше стратегическое преимущество. Никакая Ваджра рядом и не валялась. Только представь, что будет, если Ковен получит возможность менять класс?
— Миры захлестнут сотни Темных Властелинов, — невесело усмехнулся я.
— И это ещё мягко сказано, — вздохнул маг. — Но самое интересное даже не это…