Мадин (СИ)

— Ты сейчас не серьезно…
— Да? Ну, проверим? Думаешь, я шучу? Думаешь, я не устал от того, как ты себя ведешь?
— Не верю, что ты и впрямь обвиняешь меня… после всего, что было…
— Это мой сын. Я имею право с ним хотя бы видеться. И я умолял тебя простить меня, подпустить меня к ребенку, но вместо этого ты выбрала кувыркаться с моим полоумным братцем и рожать его ублюдка, — выплюнул он.
— Ты правда ненавидишь его, — прошептала я, осознавая, наверное, впервые в полной мере, как, вероятно, Зауру было непросто быть членом своей семьи и иметь такого брата, как Мадин.
Я видела свою сторону. Начало наших с Мадином отношений было окрашено оскорблениями и грязными советами со стороны Заура, поэтому я на автомате записала его в плохие. Он же был врагом. А теперь я всерьез задумывалась о том, кто же здесь на самом деле злодей…
— Побежишь просить у него помощи, предупреждаю сразу, этот слизняк никогда не был способен ни на что стоящее. Он может только гадить исподтишка. Он трусливая крыса, всегда таким был и навсегда останется таким. Это его сущность. Но я решил этот вопрос, раз и навсегда. Не советую рассчитывать на его помощь. Ему просто нечем тебе помочь.
— Что ты с ним сделал?
— То, что давно следовало сделать, но я не делал, потому что чтил родные узы, помнил, что такое прощение, милосердие и человечность. Как выяснилось, зря. Люди этого не ценят.
  
59
 
Заур опаздывал и меня это нервировало. Я вторые сутки не спала, столько же толком не ела, была вся дерганная, злая и отчаявшаяся одновременно. Мадин перевернул мой мир с ног на голову. Мир, который только-только начинал устаканиваться и приобретать нормальный вид. И ради чего? Чтобы отомстить мне, чтобы показать мне мое место и возвысить себя. Ведь сын ему был не нужен. Если бы Игорь был ему важен, он бы давно познакомился с ним, давно сделал бы что-то для него, он бы подумал о том, что лучше для сына, а не тешил бы свое эго, словно большой ребенок.
Правда, когда старший Шумахов появился в поле зрения, мир и вовсе ушел из-под ног. И уже спустя какое-то время я вдруг поняла, как именно отреагировала.
— Что с тобой?! Что это?! — Стоило мне завидеть Заура, как первоначальный замысел встречи как-то резко отошел на второй план. Змей опустился напротив меня и поморщился. На лице красовался уже не первой свежести синяк, губа была разбита, бровь рассечена. — Заур! — требовательно выдала я, осматривая подгрызенного Змея.
Мы находились в кафешке неподалеку от моего дома, но не хотелось ни есть, ни пить. На подошедшего официанта я шикнула, чтобы принес чай с круассанами, и он почти мгновенно ретировался, лишь недовольно фыркнув напоследок.
— Не нравится? Потерял товарный вид, — усмехнулся Заур. Ну, как обычно, он был в своем репертуаре и не изменял своему ядовито-змееватому стилю общения.
— Ты объяснишь мне, что с тобой произошло?!
— Мадин произошел.
— Вы подрались?
— Скажем так, мой брат хорошо раздает приказы, — Заур усмехнулся, достал из карманов пачку сигарет, затем, вспомнил, что курить в кафешках нельзя и разочарованно отложил пачку в сторону. Я воспользовалась этим и накрыла его руку своей. Сначала сделала, а потом подумала, что именно творю, но было уже поздно.
— Ты в порядке?
— В относительном, — медленно отозвался Заур, переводя взгляд с наших ладоней на мое лицо и обратно. Я смутилась и убрала руку, спрятав ее под стол и отвела взгляд в сторону. — Кис…
— М?
— Ты же не просто так меня позвала…
— Нет, — я покачала головой, тяжело выдыхая. — Значит, Мадин не соврал. Он-таки добрался и до тебя.
— Погоди… что значит и до меня? — Заур нахмурился, а лицо приобрело более агрессивный, хищный вид. — Что он тебе сделал?
— Приходил.
— Когда? Зачем? Что сказал?
— Позавчера. Сказал… — я сделала глубокий вдох, стараясь держать себя в руках. — Сказал, что я доигралась и теперь останусь без сына… что он… что он заберет у меня Игоря и мы поменяемся местами. И что теперь я буду за ним бегать. И что ты ничем не сможешь мне помочь, — сбивчиво рассказала я о том ужасе, через который бывший решил заставить меня пройти на поздних сроках беременности. — Он очень зол, Заур… я его таким никогда не видела…
 
— Вот олень, — Заур добавил что-то на своем и, думается мне, ничего хорошего там в сторону брата не прозвучало. — Это все из-за того, что кретин уверен, что ты беременна от меня.
— Какая ему вообще разница?
— Я задавался тем же вопросом… но кое в чем он прав.
— Да?
— Я действительно тебе не помощник, Ева…
— Я не…
— Он все для этого сделал. Мне остается его только пристрелить. Больше предложить нечего.
— Что он сделал?
— Все как обычно. Настучал родителям. Это его привычная манера поведения с самого детства и менять ее нет смысла, потому что она работает.
— И… — нетерпеливо протянула я, ожидая продолжения.
— Я никто и звать меня никак. Доле в бизнесе у меня и так не было, но меня держали как забавную зверушку для вида. Больше не станут. Забрали все: работу, деньги, машины, квартиру, даже дорогие побрякушки. Семья от меня отказалась. Целиком и полностью.
— Что?
— То. Они всегда были на стороне Мадина. В нашей семье всегда и все крутилось возле него. Не знаю, что он наплел родителям в этот раз, но те даже слушать меня не стали. Отец не захотел разговаривать, а мать… ну, в общем, ничего хорошего она мне не сказала.
— И как же ты теперь… — пораженно выдала я. В моей голове не укладывалось, что такое возможно. У меня тоже должен был родиться второй ребенок, и я уже сейчас не могла понять, что когда-нибудь смогу отказаться от одного ради или же по прихоти другого. Что бы он или она ни сделал.
— Ну… есть кое-какие идеи, но… я правда не знаю, чем помочь тебе. Точнее, знаю, но тебе вряд ли понравится…
— Это поможет мне оставить сына себе?
— Да.
— Говори.
  
60
 
— Ты что, серьезно?
— Это единственный вариант для меня. И теперь для тебя тоже. Если Мадин взялся за тебя, то в покое уже не оставит. Задето его самолюбие, а это по сути все, что у него есть.
— Но…
— Он будет мстить и метить территорию. В его мозгу ты всегда принадлежала только ему. А ты… взяла и послала его. Много раз подряд. А после замутила с его братом, которого он на дух не переносит. Еще и залетела от него. И сына прячешь. У него сдали тормоза и вряд ли он теперь включит заднюю. Будешь тягаться с Мадином? Мы ему не ровня, как бы не печально это было осознавать. Он размажет тебя, повыигрывает все суды и ты останешься с носом. Правда хочешь, чтобы Игоря растила Самира? — Я поежилась. Кошмар какой.
— Нет… Мне страшно, Заур…
— Киса… — он мгновенно смягчился. Вообще, скорость его реакций меня всегда поражала. Из дурного веселья он мог за считанные секунды переключиться на серьезность. Вот и теперь раздражение как рукой сняло, взгляд смягчился, плечи расслабилась. Заур протянул ко мне руки и вытащила ладони, сложенные в лодочку из-под стола. Змей тут же накрыл их, ласково погладил. — Мне очень жаль, что я втянул тебя в это…
— Ты ни во что меня не втягивал. Я сама втянулась восемь лет назад, когда встретила твоего дурного брата.
— Что ты думаешь на счет того, что я сказал?
— Я… ты хочешь сказать, что тебя действительно не смущает то, что я ушла от тебя к Богдану?
— Это тоже моя вина. Не твоя. Я уже говорил.
— Но этот ребенок может быть…
— Я и об этом уже говорил, — Заур перебил меня и покачал головой. — Мне все равно, Ева. Я не передумал и слов своих назад не забирал.
Я призадумалась, нахмурилась.
— Это безумие…
— Безумие оставаться здесь. Мадину потребуется очень немного времени, чтобы привести в исполнение свой стремный план. Ты правда хочешь лишиться сына? Думаешь, этот индюк справится с его воспитанием лучше, чем ты? Тем более сейчас, когда у него еще один младенец на руках?