Мадин (СИ)

Вчера он заявил мне о своей влюбленности, но все, что он делал выглядело и было нездоровым. Нормальные люди так не поступали, нормальные люди не оскорбляли тех, кто им дорог, нормальные люди не шантажировали, чтобы получить внимание тех, кто им нравится. А Заур делал это. Постоянно. И я все равно пришла к нему.
— Детка, либо выходи оттуда, либо впусти меня к себе… — Я вздрогнула, когда услышала голос Заура позади двери. Испугалась, будто он мог подслушать мои мысли. Мои неправильные мысли.
— Дай мне помыться!
— Впусти меня и я потру тебе спинку… и не только спинку… — я буквально почувствовала, что он улыбается. Извращенец. Пошлый, гадкий извращенец.
— Нет…
— Давай, кис, тебе же хочется…
— Нет! Уходи!
— Киса, я… — почему-то Заур не договорил, кажется, его снова отвлек телефон. К моему счастью, гад исчез и больше не возвращался. Так у меня появилась возможность спокойно принять душ и прийти в себя.
  
45
 
Мне пришлось надеть его футболку, потому что ничего другого попросту не нашлось. Заур все-таки был змеей! Огромной, ядовитой, злобной змеей, которая думала о себе и преследовала исключительно свои собственные цели. Я, собственно говоря, и ждала чего-то в этом духе. Он спрятал мою одежду, пока я была в душе, чтобы не ушла прежде, чем он позволит.
В спальне, куда я вынырнула спустя полчаса плесканий в теплой воде, я на нашла ни джинсов, ни водолазки. Зато на кровати валялась черная футболка, которую Заур, видимо, скинул вчера перед сном. Она-то и стала мне платьем-туникой.
Змеюка обнаружилась на кухне, где орудовала возле плиты.
— Отдай.
— Кого? — Заур обернулся, снимая турку с уже готовым кофе.
— Запись, одежду, хоть что-нибудь! — Я взмахнула руками.
— Ой, кис, ну, нет, конечно, и ты ведь знаешь мой ответ! — Он усмехнулся и покачал головой. — Давай лучше за стол, накормлю тебя, обласкаю, потом отвезу к сыну. Чем я не идеальный мужик?
— Козел ты. Стоеросовый.
— Это тоже частично правда. — Заур тихо рассмеялся и кивнул мне, молча повелевая садиться за стол.
— Мы с тобой так теперь и будем играть в счастливую семейку Адамс?
— Почему же играть? Я вот счастлив.
— А я нет.
— Ладно. Давай договоримся, я верну тебе одежду, а флешка с записью останется у меня, м? — Заур поставил передо мной чашку с кофе, тарелку с тостами, чмокнул в макушку и успел отойти так быстро, что я не успела пнуть его, как и задумывала, промазывая по воздуху.
— Слушай, это не смешно, ясно тебе!
— Во сколько тебя забрать из больницы?
— Ни во сколько, — отрезала я, зло вгрызаясь в тост.
Заур собирался что-то ответить, но его снова отвлек писк телефон. Интересно, кто так упорно названивал ему с утра в выходной день?
— Черт… — выдохнул он, вглядываясь в светящийся экран.
— Что?
— Мадин будет здесь минут через… — договорить он не успел. В дверь раздался звонок. — Ноль… через ноль минут.
— Что? — Я выронила из рук тост, а глаза мои, наверное, стали размером с блюдце, стоявшее под чашкой с кофе.
— То. Мой братец здесь, — прошипел сквозь зубы Заур, подрываясь со своего места.
— Черт, черт, черт… что мы будем… что я… черт!
Заур не обратил внимания на мои пыхтения, быстро последовав к выходу из кухни прямо в холл. Не знаю, зачем, но я посеменила за ним в панике, однако при этом мне все же удалось рассмотреть его силуэт сзади и не без удовольствия отметить очень симпатичные ямочки на пояснице, благо, змей был лишь в одних брюках. Футболка-то была на мне.
— Заур, не открывай…
— Что за бред? Еще бы я не прятался от этого припадочного! И тебе не советую.
Да, конечно, сейчас! Еще как я спряталась. Ринулась в гостиную, но думаете, там было место, где можно сделаться незаметной? Черта с два, будь проклят минималистический стиль. Я в край ударилась в панику, когда поняла, что голоса братьев стали приближаться к гостиной с большой скоростью. Все, что смогла придумать — это спрятаться за длинные шторы. Больше было просто некуда. Из мебели в гостиной, в огромной гостиной, был диван, журнальный стол, пара напольных светильников и плазма. Змей как будто на вокзале проживал!
 
— Какого хрена я должен звонить тебе с пол дюжины раз? Для чего тебе телефон? — послышался недовольный голос Мадина.
— Занят я был. Ответ устраивает? Выходной, в конце концов, мля…
— Чем ты можешь быть занят, я тебя умоляю! — Я немного выглянула из укрытия и поняла, что Мадин вальяжно развалился на диване, а Заур возвысился над ним, недовольно нахмурившись и скрестив руки на груди.
— Чего пришел?
— Мне нужно, чтобы ты выполнял свою работу!
— Какую работу? Бегать за твоей бывшей бабой и уговаривать ее снова дать тебе?
— Бля, с тобой разговаривать невозможно! — Мадин ударил кулаком по кожаной обивке дивана.
— Так пиздуй отсюда, — Заур зажег сигарету.
— Ты передал Еве письмо?
— Я тебе сто раз говорил, что да, передал, толку с этого мало, — он пожал плечами.
— Она его прочитала? Ты видел, как она его читала?
— Ага. Не проняло. Ничего не поделаешь. Тренируйся еще.
— Она не подпускает меня к себе… — Мадин дернулся, подался вперед, переплетая пальцы рук между собой. — Поговори с ней! Сделай хоть что-нибудь! Мне нужно с ней поговорить! Просто необходимо объяснить, как все произошло!
  
46
 
— Ну, да, у меня же на нее невъебенное влияние, мы с ней лучшие подружки, сейчас сбегаю к ней домой и все устрою. Сам вдубляешь, что несешь?!
— Мне нужен хоть какой-то результат! А ты, как всегда, бесполезен!
— Так возьми и сам сделай! Я тебе не сваха, чтобы с телками сводить!
— Ты просто не хочешь! Она тебе никогда не нравилась!
— Слушай, думай, что хочешь, только уебись отсюда, а?!
— Уебусь, когда посчитаю нужным! Ты забываешься, если что, — зло прошипел Мадин. Надо же… я никогда не слышала, чтобы он говорил так. Я даже не знала, что он так умеет… Со мной он так никогда не разговаривал.
— Зад тебе не поцеловать, господин ученый?
— Обойдусь, но можно было бы хоть каплю сочувствия проявить к брату!
— Да заебался я его к тебе проявлять, ты уже сколько лет ноешь, возьми и сделай сам что-нибудь!
— Что?!
— Что-что, сына своего обеспечь! Сделай для него что-нибудь, счет открой, не знаю, оплати ему хоть что-нибудь, ты знаешь, что он болеет! Что бывшая твоя его все это время одна тянет! Хату им купи, а не ной и слюни растирай!
— Я хочу увидеться с ним… — Заур усмехнулся и покачал головой на слова брата.
— А оно ему надо? Еве оно надо? Может, у нее уже другой мужик есть!
— В смысле?
— В прямом! На хуй ты им сдался, говорю? У тебя жена, беременная, между прочим, вот-вот родит и что тогда? Еву возьмешь второй? Что ты вообще от нее хочешь? Ну, допустим, поговорит она с тобой, допустим, даже простит, а дальше что? Ты готов, собираешься развестись с Самирой? Бросишь ее с новорожденным ребенком? Или будешь продолжать морочить голову бывшей и станешь приходящим по воскресеньям отцом для пацана? Самира-то разрешит?
— Я… я не думал об этом… то есть, думал, но… я не знаю, что делать. У меня нет ответов на все эти вопросы.
— А пора бы врубить башку и, как минимум, перестать стругать детей бабам, с которым ты не хочешь или не можешь быть. Прежде чем лезть в жизнь бывшей ты хотя бы определись, что вообще от нее хочешь. Что можешь дать.
— Наверное, ты прав…
— Я всегда прав. А теперь вали отсюда и дай мне отдохнуть.
— Перетрудившийся, — поморщился Мадин.
— Иди-иди, докторская сама себя не напишет!
— Пф, а ты-то чем можешь похвастаться, кроме траха со шлюхами, алкоголя и моря сигарет?
— Это хотя бы приятно, — просто ответил Заур.
— А, ну да, куда науке до грехопадения.
— Ой, хватит, а? Уебывай. Думай сиди в своем кабинете. Ты это дело любишь. Глядишь, и письмо еще одно сочинится.