Мадин (СИ)

Никто из них не признался, сколько бы я не допрашивал каждого лично и по отдельности. Двоюродный брат и три лучших друга. Кто оказался змеей, я не знал по сей день…
Вот так вот обошлась со мной Ева.
Ева, которая теперь делала вид, что все в порядке и это абсолютно нормально — работать у меня. Вертеть своим аппетитным задом перед тем, кому клялась в любви, а затем предала. Дерзить тому, кто готов был за тебя убивать.
— Дрянь… — снова прошептал я, ударяя кулаком в стену.
Нет, я мог бы от нее избавиться. И мог бы сделать это давно. И плевать мне было бы на все ее проблемы, а видимо, проблемы у нее все же были, раз она занималась тем, чем занималась, я как-то не следил, однако проблемы возникли бы уже с Самирой.
Мы были женаты с ней уже почти два года, и два года длилась наша «холодная война». В смысле, это, конечно, была не война, да и не сказать, что жили мы плохо или постоянно конфликтовали, но и любовью между нами не пахло. Самира была настоящим айсбергом, кусок льда, не женщина. И она проносила это через все. Наши отношения, наши разговоры, нашу постель.
Я даже не был удивлен, когда врач сказала нам, что, возможно мы «плохо стараемся» завести ребенка. Она лишь предположила, но попала в точку. Самира явно не горела желанием рожать, а мне… мне нужен был наследник, разумеется, но я почему-то тоже не давил на супругу. Словно пытался оттянуть этот момент до последнего.
Родители давили, нам обоим было почти тридцать и эти их «пора» уже настолько засели в печенках, что мы с ней сдались. Решили, будь, что будет. И вроде как у нас получилось, вроде бы я должен был радоваться и я радовался. Но не так, как мог бы. Я знал это наверняка…
Узнай Самира, что Ева не просто моя бывшая, а моя бывшая невеста, и скандала было не миновать. Ревнивой она не была, зато метила свою территорию только так. Чего только стоил один ее инстаграм, где мы представляли собой самых влюбленных друг в друга на свете людей. Они были у нас редкими, но они были. И в такие моменты Самира превращалась в настоящую фурию. Это была настоящая ведьма, а не женщина и спорить с ней, противостоять ей означало одно — вытрепать себе нервы по самое не хочу. Более того, после каждого такого раза она бежала к своему папочке и представляла меня едва ли не худшим мужем года. Однажды она пожаловалась, что я избил ее, а я всего лишь схватил ее за локоть. В общем, сражаться с ней не хотелось. Поэтому я промолчал.
Сначала даже решил, что нужно срочно выяснять, какого черта бывшей потребовалось торчать у меня под боком круглыми сутками, однако работа неожиданно захлестнула с головой, затем мне потребовалось почти на две недели уехать из города, а затем Самира сообщила о беременности. В общем, в общей суматохе привести план «накапать на бывшую» в жизнь так и не удалось.
Так я и проворонил момент появления Евы в своей жизни. А теперь вдруг почувствовал острую необходимость выяснить о ней все. Нужно было понять ее мотивы, где живет, чем занимается помимо работы, почему работает именно в сфере обслуживания. Все подлежало ближайшему рассмотрению. А уж за тем…
А уж за тем я понятия не имел, что с ней делать. Она могла пригрозить рассказать все жене. Конечно, ситуация не стала бы патовой, но я знал, как девушки умеют наговаривать, поэтому идти танком напролом было нельзя. А причинить вред Еве… такого я никогда не мог.
Не смог даже тогда, когда узнал, что она изменяет мне. Что спит с другим мужчиной. Что крутит с ним шашни за моей спиной. Когда по-настоящему злился на нее. Я не смог бы причинить ей вреда тем более сейчас, когда гнев и обида уже потеряли свои насыщенные оттенки, когда моя некогда открытая и кровоточащая рана была уже затянутой и беспокоила лишь в моменты, когда ее касались.
Я не знал, что буду делать с добытой информацией. Но знал одно — предупрежден, значит, вооружен.
  
21
 
Заур передал мне тоненькую папку с «личным делом» на Еву через четыре дня. Кузен  недоверчиво оглядел меня с ног до головы, покачал головой и прошептал одно лишь слово — «дурак».
 
Может, действительно, дурак, но прежде, чем избавляться от Евы, гнать ее от себя, а так и нужно было, я все же хотел понять мотивы ее поступков.
И спустя буквально пару листочков, где было расписано, где живет и где работала последние годы, я понял, в чем дело. Почему она бросила учебу, почему не работала по выбранной профессии, почему ничего не добилась в этой стезе, почему работала тем, кем работала.
Сын. Больной ребенок, какие-то проблемы с сердцем. Я так и не понял до конца, что с ним, а медицинские термины мало о чем мне говорили. Зато выяснил, что лечение пацана стоит колоссальных денег. Такие было не заработать простому человеку, а диагноз ему поставили рано, еще до года.
Так вот, ради чего Ева пахала в богатых домах…
Что ж… Наверное, я даже испытала нечто сродни жалости. Жизнь обошлась с ней сурово, тут не поспоришь. Да и ребенка стало жалко. Мальчик ни в чем не был виноват. Грехи его матери были лишь ее грехами. Но, как известно, за них всегда расплачивались невинные.
Я долго вглядывался в единственную фотографию этого ребенка, вложенную в папку. И чем дольше смотрел, тем более смешанными становились мои чувства. Он был похож на Еву. Чем-то на того типа, с которым я видел ее на фото и в том баре, но больше на нее. Светлые волосы, светлые глаза, аккуратные черты лица…
Странно, но когда я прочитал «ребенок», «сын», когда сопоставил возраст этого мальчика и наши с Евой отношения, странная искра зародилась в сердце, вспыхнула буквально на мгновенье. Я надеялся, хотел, чтобы это оказался наш ребенок? Это была лишь доля секунды, и холодный разум тут же вытеснил эту странную мысль, но я все же успел уловить этот тлеющий уголек глупой надежды. Но когда увидел фото мальчика, все вопросы отпали. Он совсем не был похож на меня. Да и вряд ли бы Ева стала скрывать общего ребенка столько лет. Она была бойцом и никогда не сдавалась без боя. Тем более, в такой ситуации, как была у них с Игорем. Она могла бы рассказать мне, могла бы потребовать тест ДНК и алименты, в конце концов. А раз она этого не сделала, значит, ребенок точно был не от меня.
Неоправданное разочарование охватило меня. Почему это вдруг стало так важно для меня? Зачем я хотел, чтобы нас с бывшей невестой, с которой мы расстались почти десять лет назад, неожиданно воссоединил общий ребенок? Что бы это принесло мне кроме проблем и путаницы? Неразбериха. Хаос. Я никогда не любил их. Наоборот, я ценил слаженность, постоянство, точность, логику. В моем желании точно не было логики, поэтому я с каким-то раздражением откинул папку на гладкую поверхность своего рабочего стола. Она отлетела несколько сантиметров, проскользнув по нему и остановилась в сантиметре от края.
Значит, Ева говорила правду. Она была здесь, в моем доме, только ради денег. Не ради меня. Не для того, чтобы искупить старые грехи. Извиниться. Покаяться. Попроситься обратно.
Впрочем, вряд ли бы я смог дать ей хоть что-то из вышеперечисленного, но это подарило бы мне покой. Дало понять, что не только я, но и меня любили в тех отношениях. В тех самых, главных отношениях, что были в моей жизни. Но, увы и ах, все складывалось, как в дурном американском фильме-мелодраме. Ничего не поделаешь.
Я взглянул на часы и отметил, что дело близилось к восьми вечера. Последняя неделя выдалась довольно разгруженной, и я смог начать приходить домой пораньше, заняться своими делами, даже заглядывать в тренажерный зал. Вот и сегодня оказался дома раньше обычного, однако не спешил в объятия к жене. Сначала перекусил в одиночестве, а затем отправился в кабинет, рассматривать «дело бывшей», как мы назвали его с Зауром. Затем переговорил с ним же, а теперь раздумывал, идти мне сразу в душ и спать, чтобы хоть раз за последний год проспать долгим, человеческим сном или все же заставить себя спуститься вниз и позаниматься спортом. Хотя бы с полчаса. И пока я раздумывал, за меня все решили. Вот так и бывает, замешкался на пару секунд и все, судьба сама решает, куда повернуться.