Ключ к вечности. На солнце! (СИ)

– А что в случае с Кожей?
– С Кожей? Он же никакой не убийца там, в обыденной жизни. Вор. Мошенник, страстно желавший подняться в криминальной иерархии выше. А кто выше вора? Правильно, киллер. Во всяком случае в том табеле о рангах, что у него в голове.
– А со мной как тогда?
– Ты проводник. Рискну предположить, что всегда грезил о бескрайних морях и экзотических странах. А может о поиске пиратских кладов. Так ведь?
– Так,– с грустью в голосе согласился я,– То есть насчет кладов не уверен, а попутешествовать, повидать весь мир очень хотел.
Память тут же воспроизвела череду сцен, где я предлагаю Инне отправиться вместе в тур, или просто дикарями. По большому счету не важно даже куда и как. «Не выдумывай», «не время», «дорого», «надо маме в огороде помочь», и хит отговорок «в следующем году обязательно». Эх, так и не случилось у нас следующего года, любовь моя!
Сон подкрался незаметно, укрыв острые углы переживаний мягким пуховым одеялом.
На следующее утро нас ждал завтрак в американском стиле, кукурузные хлопья, залитые шоколадным молоком. И скупо проапгрейженные атрибуты. На моем добавился (или, точнее сказать, тупо остался) секундомер, вынесенный нынче в отдельный периферийный циферблат. Пистолете Али обзавелся удобной тактической рукояткой, у Алисы восстановилась и, вроде бы, удлинилась полоса татуировки на левом предплечье, а на острие когтя появилась остро заточенная грань. Всеведущие очки Павла внешне стали еще элегантнее, сменив обычные стекла на хамелеоны.
– Пиииии,– сигнал исходил от старомодного массивного монитора. Текст, проступившей на экране, оказался предельно лаконичен.
«На север»
Я автоматически перевел взгляд на запястье. Ага, по ободку возникли неприметные четыре латинские буквицы, обозначающие стороны света. Острие стрелки ожидаемо упиралась в «N», “nord”.
– Паш, а что с браслетиками?
За вчерашние сутки мы так свыклись с полиэтиленовыми полосками регистраторов, что и на ночлег отправились с ними.
– Посмотри на запястье.
Абстракционизм буйства красок многочисленного переплетения колец перенесся на кожу, как хаотичный узор.
– И на кой...
– Андрюш, ну что ты как ребенок, на каждом шагу, «а это зачем?», «а то почему?». У меня от вас секретов нет, если не говорю, значит сам пока не разобрался или не дорос.
– Извини. Значит, совсем никакой новой инфы?
– Есть одна деталь. У тебя появилось достижение. От него идет ветка к пункту "талант". И окошечко не пустует! Тоже не вижу подробностей. А от него еще одно ответвление. Кажется, "бонус".
– Достижение? Ударник виртуального труда типа?
– Не могу прочесть. Вижу дополнительную строчку под классом. Слово «достижение» читается отчетливо. Последующий текст размыт.
– А то, что талантливый я всегда знал,– шутливо набивая себе цену, я размышляю о дополнительной способности. Что из себя она представляет, когда проявится? Может я гулять по водам смогу, аки по суху? Или летать, как супермен? Или пули смогу ловить на лету? Зубами? "Задницей ты ловить их сможешь, рядовой! Если так и будешь выпячивать ее к небесам, а не научишься, как нормальный солдат, по-пластунски ползать!" Вот за что я люблю своего внутреннего сержанта Терещенко, так это за умение возвращать меня вовремя к действительности!
Пока Алиса прихорашивалась, а парни, затаив дыхание, исподтишка наблюдали за процессом, я вышел на воздух. Забавно, но и стенды и тренировочную площадку будто корова языком слизнула. Были– и нет. Интересно, а что там с бассейном? Я зашел за здание и онемел от изумления. Нет, не от того, что на месте цивилизованной плавательной дорожки зияла неаккуратная промоина. А от того, что оказался не единственным прогуливающимся по окрестностям. По бережку заводины с самым естественным видом неспешно шагал мужчина. Невзрачный, ниже среднего роста, с обильными залысинами. Типичный горожанин средних лет, облаченный в вельветовую куртку на молнии цвета кофе с молоком и такие же джинсы. Кроссовки позволяли ему передвигаться почти не издавая шума, как впрочем и его спутнику, который и вовсе обходился без обуви. Да и вряд ли примату могли понадобиться башмаки. Незнакомец держал вчерашнего шимпанзе за верхнюю лапу... Нет, все-таки за руку, как ребенка на прогулке в парке, и взирал на спутника с нескрываемой симпатией. Даже, кажется, что-то говорил ему вполголоса. Мужчина взмахнул рукой, приветствуя меня, как старого знакомого. Действительно, что может быть банальнее? Встретить неизвестно кого неизвестно где...
 
– Зашел поблагодарить,– произнес гость, приблизившись.
– За что?
– За Семена, конечно. Попал он в беду чертяка этакий, а ты вызволил.
– А вы...кто, собственно?
– Ох, где мои манеры... Дичаешь вдали от цивилизации, что ни говори. Михалыч.
Шимпанзе поднял морду вверх, с интересом, будто впервые увидел, рассматривая меня. А может и правда, впервые...
– Андрей.
– Ну вот и познакомились,– сдержанно улыбнулся посетитель.– Ребятам про меня не говори пока. Ни к чему. Придет время, поближе познакомлюсь и с ними.
– Ладно, – я согласился скорее от того, что был все еще ошеломлен внезапностью визита, чем принимая осознанное решение.
– Знаешь, в этом месте есть определенные правила. Нарушать их нежелательно. По ним я не вправе помогать тебе напрямую. Но дать дружеский совет не возбраняется.
– Дружеский?– протянул я с долей сомнения в голосе. Но собеседник интонацию просто проигнорировал.
– У тебя полезный девайс,– кивнул он на компас,– довольно редкий.
– Пока не разобрался с ним полностью.
– Не страшно, любой атрибут растет вместе с владельцем. И познается постепенно. Ты посматривай на него почаще. Особенно в ближайшие часы. И не спеши расставаться.
– А почему бы я решил отказаться от...
– Разные причины бывают,– уклонился от прямого ответа гость.– Иной раз обмен равноценен. А иногда и нет.
– Загадками говоришь, Михалыч.
– Не без этого,– усмехнулся собеседник,– в любом случае, решение будет за тобой. Ну а чтоб не оказаться в дураках, лови волшебный алтын!
Я едва успел поймать подброшенную в воздух крутящуюся монету. Покрытый совсем не благородной патиной медный кругляш с двуглавым орлом на реверсе напомнил мне о дедовской небольшой коллекции.
– И что мне с ней делать?
– Разберешься,– голос прозвучал уже из пустоты, образовавшейся на месте странного любителя приматов.
Спустя мгновенье донеслось, затихая:
– До встречи. Жду в гости.
Приобретение мое не укрылось от внимания Паши.
– Где взял?
– Нашел.
– Не было ни гроша, да вдруг алтын?
– Посмотри-ка лучше сквозь очки-всезнайки на монету, этнограф!
Через минуту лицо Паши приобрело солидный академический вид.
– Ну что я вам могу сказать по поводу артефакта, хм, коллега...
– Что?– подтолкнул в нетерпении я.
– Что вы, несомненно... Стали богаче на три копейки! – Паша расхохотался, Алиса подхватила, и даже Али улыбнулся за компанию. Юмористы, блин!
В молчании провели час пути. Или больше. Трудно сориентироваться во времени, имея лишь двенадцати секторную индикацию и секундную стрелку. Довольно нелепое сочетание, если вдуматься. Каска, хозяйственно захваченная Пашей, мерно раскачивалась на древке весла, перекинутого мной через плечо. Закрепить ее так придумал Али, туго затянув ремешок на черенке рукояти. Надо сказать, рациональное решение, поскольку любой объемный предмет в руках ощутимо сказывался на комфорте носителя при длительной ходьбе. Монетка неясного пока назначения приятно щекотала кончики пальцев.
– Андрюш, расскажи о себе.
Я и не заметил, что Алиса уже какое-то время шагает со мной в ногу по умеренно холмистой местности, поросшей птичьей травой и осотом.
Опаньки. И что рассказывать? Родился, учился, женился? Так я и не женат. Официально. Об Инне? Как о ком? Помню, пошел налаживать интернет ее соседке по лестничной клетке. Женщине за шестьдесят, в настройках браузера, понятное дело, не разбирается. А минутой позже пришел из магазина ее супруг. Она ему: «А это пришел нам помочь с компьютером Иннин... Иннин...» И запнулась, простодушно растерявшись. Ну не муж ведь, очевидно. А слово «сожитель» и нашему поколению царапает ухо, а для предшественников родом из СССР и вовсе оскорбительно-ругательное.