Русская война. 1854 (СИ)

Естественно, с этим пытались бороться, но первая Опиумная война 1842 года поставила Китай на колени. Им пришлось открыть рынки, заплатить штрафы за уничтоженный товар и на долгие годы смириться с текущим положением вещей.
Кстати, угадайте, кто и не думал отказываться от пошлин для иностранных торговцев? Правильно, Николай Первый. И пришло время рассказать, как в 19 веке шли дела у России. Опять начнем с Наполеона. После победы 1812 года общество было на подъеме, Александр Первый заключил Священный союз с Австро-Венгрией и Пруссией, договорившись о «мире, основанном на правилах», в смысле о защите монархии и порядка в Европе. И защищаться было от чего. Эпоха Просвещения сменилась романтизмом. Он с каждым годом все глубже проникал в культуру, в умы молодых людей, которые начинали жить идеей, как бы изменить мир. Подняли головы и буржуа, которые, получив деньги, задумались о власти. В воздухе все отчетливее пахло кровью.
Как итог, в 1825 году после смерти Александра Первого, пока еще не была принесена присяга новому царю, декабристы, за десяток лет обсудив в модных салонах все свои идеалы и перспективы, решают, что пришло их время, и выводят верные полки на Дворцовую площадь. Есть два крайних взгляда на эту ситуацию. Первый — они герои, готовые рискнуть жизнью ради свободы. Второй — они хотели повторить опыт эпохи дворцовых переворотов и получить власть в свои руки. Так или иначе, этот бунт и эта кровь стали тем, с чего началось царствование Николая Первого, что не могло не сказаться на его характере и многих будущих решениях.
Обычно Николая Первого описывают как твердолобого и не особо умного тирана, который продолжил держать в рабстве собственный народ, уперся в идею монархии, ради которой утопил в крови Европу, лишил нас каких-либо союзников и проиграл свою последнюю войну. Вот только если смотреть на цифры прироста производств, населения или запущенные реформы, то ко всем этим тезисам появляется много вопросов.
Возьмем, например, одну из главных претензий к Николаю — крепостное право, которое он так и не отменил. И это справедливо, вот только к пятидесятым годам 19 века 45% крестьян Российской империи были государственными, что в свою очередь давало им право владеть землей, выкупать ее, себя, открывать собственные производства. И да, именно они, получая защиту от иностранного капитала, стали движущей силой развития нового буржуазного класса в стране.
Для понимания, много ли было прав у государственных крестьян или мало, можно вспомнить, что отмена крепостного права в 1861 году по большому счету перенесла привилегии государственных крестьян, проработанные при Николае, на всех остальных. Тем не менее, во главе угла в его царствование стояла не экономика, а военное дело. Все первые чины табели о рангах можно было получить только после службы в армии. Сразу вспоминается «Звездный десант» Хайнлайна: «гражданство не дается по рождению, его нужно заслужить».
Красивая в теории идея, на практике она приводила в армию и чиновники тех, кому не было до страны никакого дела. А это уже в свою очередь убивало волю и желание тех, кто изначально был полон надежд и энтузиазма. Впрочем, Николай ценил прежде всего пехоту, так что инженерные войска и флот были в какой-то мере избавлены от карьеристов. Но вернемся к другим важным вехам истории России 19 века, которые мы еще не затронули.
В 1830 году после революции во Франции вспыхивает еще и восстание в Польше. Обычно оно рассматривается прежде всего как национально-освободительное, но есть и интересное совпадение. Начинается оно еще и после того, как Николай Первый принимается за проверку, а потом и регулирование прав крестьянства в западных пределах империи. На центральных землях пойти против родного дворянства было непросто, а вот подвинуть польскую шляхту — вполне.
Следующий крупный этап истории России и Европы опять связан с Францией и ее революциями. На этот раз в 1848-м после основания Второй французской республики вспыхивает и Венгрия. Начинается та самая Весна народов, о которой мы читали в школе. Хотим обратить внимание, что, несмотря на звучное название, все эти выступления были не совсем народными. И очень сильно отличались от тех, на которые рассчитывали коммунисты в 20 веке и о которых уже начал писать известный журналист «Нью-Йорк Дейли Трибьюн» Карл Маркс. В 19 веке по Европе катилась волна в первую очередь буржуазных революций. И если честно, есть вопросы, насколько стихийными они были, учитывая, что везде находились централизованные организации вроде «Молодой Италии», «Молодой Германии» или «Молодых США».
 
Кстати, насчет юного хищника с Западного континента. США уже полвека как сбросили с себя ярмо Англии, но вот в полную силу еще не вошли. Тем не менее, своих бывших хозяев они показательно не любили и были готовы при любом удобном случае подложить им свинью. Но только анонимно. Крупного флота для прямого столкновения у США не было, а стратегия на случай войны строилась на массовом использовании каперских отрядов и разрушении торговых путей.
Но вернемся к России. После начала Венгерского восстания юный монарх Австро-Венгрии Франц-Иосиф, тот самый, что правил страной до Первой мировой включительно, попросил Николая Первого о помощи. Тот понимал, что как вспыхнули окраины в прошлый раз, так могут вспыхнуть и в этот. Тем более что венгры, несмотря на красивые речи о признании интересов России, привечали польских бунтовщиков в любых количествах. В итоге в Венгрию отправилась армия генерала Паскевича и за считанные месяцы погасила конфликт. Франц-Иосиф готов в этом момент пообещать Николаю все, что угодно, венгры улыбаются, но мечтают о мести, австрийцы благодарят, но тоже держат камень за пазухой, считая помощь России позором и признанием своей слабости.
Осталось совсем немного. Буквально пять лет до начала войны и пара стран, которые стоит упомянуть. Пруссия — она связана с Россией семейными узами и старается держать нейтралитет, но в то же время немного недовольна, так как после помощи Австрии не смогла перехватить у той знамя, вокруг которого собираются германские народы. Дальше Швеция. Со времен Карла Двенадцатого она мечтает отомстить России и вернуть захваченные тогда земли. Во время прошлой такой попытки во времена Наполеона все вышло наоборот, и Россия получила Финляндию. Что тоже подливало масло в огонь. Сил у Швеции не так много, но будет шанс, и она его не упустит.
И Турция. Николай называл ее больным человеком Европы и считал, что скоро она развалится. И у Турции действительно были проблемы. Торговая зависимость от Франции и Англии, восстание в Египте, потом в Дунайских княжествах, которые удалось замирить только когда туда ввела свои войска Россия. Николай видел эту слабость, а в ней, в свою очередь, возможность достичь двух важных целей. Первая — религиозная. Так или иначе он считал себя защитником православных народов, попавших под пяту османов. Вторая — экономическая. Взяв Стамбул, Россия получила бы проход в Средиземное море, а вместе с ним и возможность выхода на множество новых рынков. До этого приходилось либо пользоваться услугами посредников в виде Англии и Франции, либо идти по суше, что существенно увеличивало стоимость любого товара. Казалось, что игра стоит свеч.
Так же думали и с другой стороны континента, и подобное усиление России, без того «слишком много возомнившей о себе», не было нужно державам Европы. Если изучить газеты того времени, то можно увидеть множество карикатур и статей, которые готовили народы их стран к тому, что рано или поздно им придется столкнуться с варварами, которые «держат в рабстве даже свой народ». Итого, экономические противоречия, политические, эмоциональный подогрев — эта война просто не могла не начаться.
Теперь осталось сказать пару слов про военное искусство и науку. Россия в последние десятилетия сражалась только с технически более слабыми противниками, примерно та же картина у Англии с ее колониями и Франции, которая с 1830-х не вылезала из Алжира и в целом Северной Африки. В итоге генералы и адмиралы каждой из стран продолжали опираться на славный опыт Наполеоновских войн при том, что с тех пор прошло больше полувека. В то же время не сказать, что не было в армии славных имен. Взять того же Ивана Федоровича Паскевича, как его называли — нового Суворова, который не проиграл ни одной битвы, одного из четырех полных Георгиевских кавалеров за всю историю России и единственного полного кавалера орденов Георгия и Владимира, каждый из которых он получил совсем не за красивые глаза! Или герои моря: Лазарев, Корнилов, Нахимов…