Спорим, тебе понравится? (СИ)

Офигевать!
  
Глава 7 – Ничего не выйдет
 
Вероника
Я в загрузе.
Вчера весь вечер ходила с выпученными от шока глазами, не в силах постичь логики произошедшего. Я честно пыталась свести очевидное с невероятным, но раз за разом терпела сокрушительное фиаско. Как такое вообще возможно, что первый парень на деревне, который ранее в упор не видел меня и швырял в лицо полотенцем, вдруг феерично переобувается в воздухе и неожиданно приглашает в кино?
Нет, так просто не бывает, если только в фильмах или в глупых любовных романах, которые в своей прошлой жизни запоем читала мама.
А так?
Это просто какой-то глюк в матрице. Или тупой розыгрыш над девочкой, которую и так уже несколько дней максимально плотно раскатывает потешающаяся толпа безжалостных подростков.
Да, вот это больше похоже на правду.
Или ещё вариант — жестокий, но правдоподобный до безобразия. Ярослав Басов наслушался забавных историй о жалкой Веронике Истоминой и вознамерился за мой счёт потешить своё эго. Видимо, решил, что я влюбилась в него, раз посмела пялиться на его идеальные кубики. И опрометчиво посчитал, что я стану лёгкой добычей.
Козёл!
Да и я сама особым умом и сообразительностью не отличилась. Особенно вчера, в библиотеке, когда этот наглый парень вдруг ни с того, ни с сего сунулся ко мне и давай развешивать на мои уши отборную лапшу.
«Ко-ко-ко, как тебя зовут?»
Да я руку даю на отсечение, что Басов всё знал и шёл «на дело» хорошо подготовленным. А я, идиотка махровая, шарёжки выпучила и два слова в удобоваримое «отвали» сложить не смогла.
«Му-хрю, я знаю, кто ты такой».
Позорище!
Хотя, нет! Чего это я? Я ведь действительно знала, кто такой Ярослав Басов. Тот самый парень, который проходил мимо меня целый месяц, будто бы я всего лишь предмет мебели. Тот самый, в которого я врезалась и заслужила только пустой взгляд на пару с сочным эпитетом — Кочка. Тот самый, который швырнул в меня полотенцем, потому что его высокое сиятельство не увидело скромные метр и пятьдесят пять сантиметров моей неказистой персоны.
А теперь, поглядите-ка!
Сразу кино. Да ещё и последний ряд. Ой, мамочки, скажите, куда мне лечь, чтобы максимально быстро умереть от счастья?
И такое во мне бурлило негодование, что я с самого утра ходила сама не своя. И даже брюзжащая мать на пару с бабушкой не смогли отвлечь меня от основного занятия своими нотациями. На каждое их слово я только смиренно кивала и отвечала, как заведённая:
— Да, мама... Нет, мама... Как скажешь, мама...
И даже стихотворение, которое мне наказали выучить, я показательно выдавила из себя на полнейшем автопилоте и без единой запинки.
— Молодец, Вера! Я тобой так горжусь, девочка моя, — и после этой, безусловно, приятной похвалы, привычно потрепала меня по щеке, будто бы была послушной собакой, а не её дочерью.
Но я снова себя одёрнула. Нечего жаловаться, надо уметь радоваться тому, что есть. Потому что раньше у меня и этого не было.
А там уж пора было и в школу бежать, где первым уроком у меня стояла не поддающаяся моему пониманию алгебра. Нет, я её бы никогда не завалила, боясь гнева матери, но приходилось нещадно зубрить этот предмет, чтобы хоть как-то выезжать на баллы выше среднего. Точно так же, как это было с физикой, химией и почти со всей львиной долей точных наук. Да, увы и ах, но я была стопроцентным гуманитарием.
Как итог, контрольная прошла со скрипом, но прошла. А вот потом начался самый настоящий квест с короткими перебежками по школе, в надежде не напороться на парня, который вдруг словил шизу и вздумал пригласить меня в кино.
Шесть уроков я благополучно сливалась со школьными интерьерами, отсиживаясь, то в библиотеке, то в гардеробе, то и вовсе в туалете притаилась, но всё-таки достигла успеха. А затем с восторгом окопалась в учительской, делая вид, что помогаю со стенгазетой, но по факту просто ждала маму.
 
В пятницу же я вновь совершала подвиги и изо всех изображала невидимку. Продержалась пять уроков, но шестым была физкультура и я вся извелась, представляя, что снова буду разрываться с преподавателем между девочек и мальчиков.
Тех самых мальчиков, которые опять в одних трусах дефилировали бы по бассейну и мощно загребали воду, заплывая на длинные и короткие дистанции.
Но пронесло. Тренер парней вернулся в строй после болезни, и всё стало, как и раньше – тишь, да гладь, божья благодать. А уж по завершении занятий я всеми правдами и неправдами напросилась на внеурочную помощь учителю, принимаясь добровольно убирать инвентарь, раскладывать по полкам мячи и обручи, скручивать коврики и вообще всячески тянуть время.
Когда же абсолютно все дела были сделаны, я поняла, что уже достаточно отсиделась в окопе и можно смело идти домой, не рискуя столкнуться с Ярославом Басовым.
Я попрощалась с учителем и с изрядной долей облегчения отправилась в раздевалку, чтобы забрать там свой рюкзак и сменку. Но зайдя туда, тут же охнула и в шоке уставилась на парня, от которого успешно бегала два дня.
Ну и вот — добегалась, по всей видимости.
Памагити!!!
Хотя, чего это я вдруг? Отставить панику! У этого мажора не получится мне запудрить мозги. Да что там? У него вообще ничего не выйдет!
Никогда!
  
Глава 7.1
 
Глава 7.1
Вероника
— Привет, Ника! Вот это встреча. И такая неожиданная, правда? Сколько Лен, сколько Зин? — улыбнулся Басов от уха до уха так заразительно, что в одночасье сбил мне весь боевой настрой. Ему вообще было противопоказано вот так вот обаятельно растягивать губы, потому что он сразу же превращался почти в милашку, на которого злиться совсем уж не хотелось.
Ещё и ямочка эта, будь она трижды неладна!
— Что с твоим лицом? Ты не рада меня видеть? — состряпал он искренне недоумённый вид.
— Эм... слушай, это вообще-то..., — снова начала мямлить я как замшелая рохля.
— Что? — кривляясь, прикусил он губу, зажевав вместе с ней и половину подбородка.
— Ну... это женская раздевалка, — со скрипом приняла я невозмутимый вид.
А внутри — ураган. И поджилки трясутся. А с другой стороны — ну не монстр же этот парень и не съест меня в самом-то деле. Чего я опять скисла?
— Ой, — прижал он пальцы к губам и театрально выпучил глаза, — правда, что ли?
— Ну..., — нахмурилась я, — это не очень смешно.
— А я и не смеюсь, как видишь, — указал он ладонями сам на себя и подмигнул мне, будто бы мы были старыми добрыми друзьями.
— Уйди, пожалуйста, — приняла я максимально дружелюбный тон, демонстративно придерживая между тем дверь, чтобы Басов понял — ему тут не место, и покинул уже наконец-то узкое, забитое шкафчиками, помещение.
— Не-а, — отрицательно качнул головой Ярослав.
— Ну всё, — развернулась я, намереваясь пойти и позвать управу на этого наглеца, но буквально тут же замерла, поражённая громким окриком.
— Замри!
И да, я послушно сделала так, как было велено, только хмуро и вопросительно глядя на парня.
— Посмотри на меня, Ника, — медленно встал Ярослав с лавки и, крадучись, пошёл в мою сторону, чем почти до икоты напугал меня. — Ты красивая. Я — тоже ничего. Так в чём проблема?
Красивая? П-ф-ф...
— Проблема в том, что ты вломился в женскую раздевалку, — пожала я плечами.
— А кто бегал от меня как горный сайгак два дня? — прищурился парень.
— Откуда мне знать?
— Ок. Принято. Значит, мне просто показалось, — рассмеялся Басов и на его левой щеке снова мелькнула задорная ямочка.
Но после этих его слов между нами воцарилась почти гробовая тишина, нарушаемая только тиканьем часов, что висели прямо над нами. Он смотрит на меня, чуть сузив глаза и прикусив нижнюю губу. Я же только смиренно жду, что будет дальше, молясь про себя о скорейшем завершении этого со всех сторон ненужного и неинтересного мне разговора.