Обережка (СИ)
До города добралась даже быстрее, чем думала. Вот только пройдя мимо пустых обычных домов, похожих на наши избы, увидела большие закрытые ворота, за которыми виднелись высокие крыши из непонятного мне материала. Это не дерево или ветки. Серого или синего цвета крыши привлекли моё внимание и я застыла у ворот города. Мне очень хотелось попасть туда и увидеть все с близи. Возможно, когда вырасту, даже потрогать руками смогу. Постучала кулачком по воротам, но мне не открыли. От моего стука даже шума не возникло. Взяла ближайший камушек и увереннее постучала им. Вот теперь слышно. Сверху, над воротами возникли по пояс двое мужчин и лениво оглянулись.
— Уходи откуда пришла, побирушка! И так город голодных ртов полон! Смотри какая наглая!
— Здравствуйте. Мне нужна помощь, я потерялась, — сказала я и посмотрела самым жалобным взглядом, какой никогда не оставлял равнодушным ни родителей, ни деревенских. Но здесь, видимо, другие люди. Злые. Неужели прогонят? И куда мне потом идти? Дальше деревни я никогда не уходила.
— Что у вас там, Ромар? Что за шум? — послышался ещё один строгий мужской голос за воротами.
— Да, побирушка ломится, знаем мы таких. Пропустим, а она потом воровать или пакостить начнет. Знатные семьи за воротами детей не теряют!
— Дай взгляну.
Буквально через мгновение над воротами появился ещё один мужчина, черноволосый и черноглазый, чуть крупнее остальных.
— Да это же совсем ребенок! — воскликнул он.
— Пропустить!, — прикрикнул. Ворота нехотя и с натяжным скрипом открылись. Я смело зашагала вперёд. А за воротами было что-то волшебное. Красивые белёные дома с необычными крышами, балкончиками, увитые какими-то растениями вьюнами. Маленький сад напротив каждого дома, плодовые или цветущие невысокие деревья. Улицы, мощёные белым камнем. Серые и синие крыши были у зданий возле ворот. Я подумала, что там живёт охрана или хранится оружие для обороны ворот и города. А ещё здесь были самые волшебные жители. Люди со змеиными хвостами вместо ног, или с ушками и хвостами как у кошек или других животных. Даже заметила несколько девушек с крыльями, как у птиц.
— Лучше тебе не смотреть так пристально на жителей. Я не чувствую твоего зверя и ты слишком слаба магически. Практически пустая. Тебе могут навредить, — сказал черноокий, оказавшись очень близко от меня. От его слов я испугалась и опустила взгляд вниз.
— Мне нужна помощь. Я впервые в городе и я совсем одна. Родители погибли в огне, — прошептала я, зная, что все равно буду услышана. Кому-то другому я бы не сказала этого, матушка учила скрытной быть. Только как поступить по-другому в такой ситуации я не знала. Я всем сердцем желала, чтобы этот мужчина смог мне помочь. Родители только в сказках рассказывали о людях, которые животными стать могут. И не все они добрые. А здесь целый город загадочных людей-животных. И мне страшно.
— Ни магии, ни зверя, но я чувствую, что ты просишь моей помощи всей своей сутью. Ты должна понимать, девочка, что я военный, а не няня. Я не смогу сидеть с тобой и учить всему, что должна знать леди. Я буду на службе в любое время, когда понадоблюсь. Сейчас я предлагаю тебе пойти в администрацию города и там объявить о тебе. Либо остаться со мной, в качестве приемной дочери. На улице я тебя точно не оставлю, этого не бойся.
Итак, у них тут и магия, и звери. А я без того и другого. Что такое администрация я не знаю. А стать дочерью военного для меня честь. Решено!
— Я хочу остаться с тобой. Я постараюсь не мешать тебе, буду тихой и послушной. Могу помогать по дому, я многое умею, матушка успела научить.
— Что ж, хоть ты скрасишь моё одиночество. Видимо, моё сердце ещё не до конца зачерствело. Моему зверю нравится твоё доверие и он хочет оберегать тебя, — сказал он задумчиво.
Почему-то с ним не хотелось говорить деревенским говором, это было... Неуместно что ли. А ещё я поняла, насколько беспомощна без родителей или других взрослых рядом.
— Сейчас будет обеденный перерыв и я отвезу тебя к себе домой. Через день пойду в администрацию и оформлю твои документы и удочерение. Твоё присутствие обязательно. Главе города надо будет убедиться, что ты действительно хочешь в мою семью. Меня зовут Бергир. Как твоё имя, дитя?
— Радмила. Благодарствую за помощь. Я сделаю всё как скажешь, — тихо ответила я. Матушка говорила, что к чужим людям надо обращаться на Вы, но я не могла поменять привычки. Надеюсь это его не рассердит. Я боялась нового неизвестного места, а ещё боялась попасть в немилость своего единственного спасителя. Он мне понравился. Я чувствовала, что нужна ему так же, как и он мне. "Нельзя его расстраивать" — решила для себя.
— Молодец! Проходи и посиди пока здесь, дождись меня. Всё будет хорошо, — подбодрил он меня и повел в одно из зданий у ворот и посадил на стул. Не задерживаясь вышел на улицу и потерялся из виду. В помещении стоял длинный стол со множеством стульев. На стене висела картина с причудливыми узорами, непонятными знаками и надписями. Грамоте в деревне не обучали, родители были постоянно заняты, чтобы учить меня. Матушка обещала научить меня читать после полевых работ осенью. Не успела. От мысли о родителях на глаза навернулись слезы. Почему все так случилось? Почему в деревне так о них говорили? Я точно знаю, что родители даже не думали о дурных делах, а о том чтобы их творить и говорить нечего. Неужели жители испугались инквизиторов? Неужели нельзя было защитить деревню от них самих, чтобы никого не сожгли? Почему обязательно надо было сжигать? Как они могли просто стоять и смотреть, как мы горим? Мне даже показалось тогда, что кто-то смеётся и радуется. Неужели это действительно смешно? Я плакала беззвучно, но так горько. Бедные мои матушка с отцом. И тут врывается Бергир с гневным видом и осматривает помещение. Я боюсь такого его взгляда и сжимаюсь в комочек. Неужели сердится на меня? Я же сделала всё как он сказал. Сидела, даже не шелохнувшись.
Глава 3. Знакомство с медведем
— Тебя обидели? Ты испугалась? Почему ты плачешь? — со звериным рычащим голосом спросил он.
— Нет. Я... Я... Прошу, не серчай, дядюшка, я только сидела и ждала, как ты наказал, — я начала говорить сквозь слезы.
— Разве я наказал тебя? Надо было сказать, что страшно. Я мог оставить с тобой сторожа или взять с собой, — более спокойно ответил он. Но всё ещё было заметно животное рычание.
— Нет, никого не нужно. Я просто вспомнила... Родители... Огонь и... — дальше говорить не смогла. Слезы лились и лились из моих глаз. Когда душа болит — всё болит. Сквозь слезы и всхлипы не заметила, как меня подняли на руки и куда-то понесли. Не заметила я и как уснула. Совсем вымоталась.
Снилось мне, как матушка с отцом стоят в обнимку и тепло смотрят на меня. Я чувствовала их благословение и одобрение моего выбора. Они молчали, но волны тепла, любви и невидимой защиты я ощущала всей душой. Значит, я все сделала правильно и всё будет хорошо. От этого я успокоилась и перестала метаться. Почувствовав, что меня отпаивают чем-то с травяным запахом, проснулась. Надо мной, наклонившись, стояла крупная женщина и с беспокойством вглядывалась в лицо. Увидев, что проснулась, молча приподняла голову и дала выпить ещё пару глотков. Я послушно выпила, не отрывая взгляда от неё.
— Вот и молодчинка, девочка. Вот и умничка, — заговорила она громким, но ласковым голосом.
— Как же так оказалось, что ни магии, ни зверя? Ох и тяжело тебе будет. Но не бойся, Бергир хороший, защитит и поможет. Повезло тебе повстречать его. Да и ему одинокому, тоже повезло. Скоро вернётся со службы, поужинаем. Меня зовут Берелла. Из медвежьих мы. Как зовут тебя, крошка?
— Радмила. Бергир мне теперь батюшкой будет. Папой. Сам сказал, — почему-то решила открыться я.
— Ох и славно как получилось. Значит его медведь принял тебя. Хорошо это, очень хорошо. Мы все за него переживали, что к старости один останется. Я тебе няней буду, пока не вырастешь. В этом доме все к тебе будут хорошо относиться, не бойся. Почему тебе стало так плохо? Бергир ничего не смог объяснить, был очень взволнован и спешил обратно на службу.