Шахта дьявола (ЛП)

Картель “де Силва“ стоял за спиной крупнейшей преступной сети в Америке. Как только мы исчерпали конкуренцию на Севере и Юге, мы стали искать возможности расширения на Востоке.
О своем присутствии в Лондоне мы заявили тонко, взорвав в разных местностях более пятисот килограммов привозной бомбы. Итальянской, армянской, русской, английской — это не имело значения.
Тьяго де Силва был здесь, и им нужно было это знать.
С тех пор нам пришлось бороться за каждый квадратный дюйм новой территории, которую мы приобрели в Европе. Это был тяжёлый год крови, грязи, пота и смерти.
И я наслаждался каждой чертовой минутой этого.
Адреналин, огромный напор адреналина.
Всплеск азарта при уничтожении врага, будь то один человек или целая армия.
Об их криках, когда они просят о пощаде, а я не даю им пощады, о смехе им в лицо, когда я вырываю им глотки и омываю руки в их крови, о том, как они умирают от моей руки.
Теперь они все стали бояться меня, того, кого они называют «Эль Диабло », и им следует это делать.
Европейское подразделение картеля де Силва принадлежит мне и только мне. Мой отец остается в Колумбии и курирует эту часть бизнеса, а я продолжаю развивать здесь свою империю.
Я король, который не сидит на троне. В ту минуту, когда я освоюсь в этой руководящей позиции, мне перережут горло.
Комфорт — враг амбиций, и маниакальное чувство насилия, которое вызывает у меня насилие, подпитывает меня к новым высотам. Я не остановлюсь, пока Европа не станет полностью нашей.
Полностью моей .
Я полностью поддерживаю репутацию абсолютно безжалостных и беспощадных игроков, которую мы заработали с тех пор, как находимся здесь, она родилась как из необходимости, когда мы противостояли более старым игрокам, так и из чисто инстинктивной жажды мести.
Потому что настоящая причина, по которой я нахожусь в Лондоне, помимо возможностей, денег и власти, причина, по которой я агитировал за то, чтобы именно этот город стал основой нашего расширения, а не другой город, очень проста.
Я собираюсь найти тело Адрианы, и меня не волнует, даже если для этого мне придется сжечь всю чертову страну.
✽✽✽
Глава 2
Тьяго
«Роллс» останавливается перед огромным высотным зданием в Сити. Раздражение катится по спине. У этих чистокровных, щедрых ублюдков из английского общества есть все деньги мира, когда дело доходит до яркой демонстрации богатства, но их нет, когда дело доходит до возмещения долгов.
Дверь открывается, и я выхожу, застегивая пиджак и выпрямляясь в полный рост. Я оценивающе смотрю на здание и этнографический состав людей, суетящихся в оживленном бизнес-центре.
Марко повторяет мои мысли вслух.
— Он возненавидит, что ему здесь противостоят, — говорит он с ухмылкой.
Я хмыкаю в ответ и добавляю: — Я вывешу его за яйца из окна его драгоценного здания, если это то, что нужно, чтобы вернуть мои деньги.
Марко громко смеется и следует за мной, пока я иду к вращающейся двери, они оба обходят меня по бокам и внимательно следят за происходящим вокруг.
— Шеф , — говорит Артуро, — ты еще думал о том, что мы обсуждали?
Я громко стону, отпуская его.
Он не из тех, кто позволит себя отговорить, пока пистолет не будет приставлен к его семейным драгоценностям.
— Ты не можешь продолжать откладывать это, твой отец…
Я поворачиваюсь на пятках и смотрю на него. Он резко останавливается, почти столкнувшись со мной при этом. Большинство мужчин сникли бы под темным взглядом, который я на него навожу, но он только опускает взгляд.
— Ты работаешь на меня или на моего отца?
— Моя верность тебе…
— Хорошо, — говорю я, оборачиваясь.
— И всему картелю де Силва, — заканчивает он.
Я сдерживаю рычание, не желая привлекать к нам внимание до того, как мы войдем в здание.
— Я не затрагиваю эту тему легкомысленно, Тьяго, — продолжает он. Мои глаза сужаются на нем. Он использует мое имя, чтобы успокоить меня, чтобы напомнить мне, что он был моим консильери , моим советником в течение многих лет и по праву заслужил мое доверие. Я неохотно киваю ему, чтобы он продолжал. — Но ты знаешь, что это следующий ход, который нам нужно сделать.
  
— Мы уничтожили другие картели. Итальянцы съеживаются от страха, что в следующий раз мы обратим на них свое внимание. Армяне — небольшая неприятность. Ирландцы — наши союзники. Русские держатся подальше от нас. У нас прочный союз с Blackdown, который дает нам прикрытие для законного бизнеса. Мы победили. Я не понимаю, почему ты или мой отец думаете, что мне нужна жена. Что именно это мне даст?
— На данный момент мы победили. Мы не должны позволять высокомерию заставлять нас думать, что это делает нас неприкасаемыми. Если ты действительно хочешь укрепить свои позиции в Лондоне, доказать, что война прошлого года не была временным захватом власти, и тебя легко заменить следующим хорошо финансируемым картелем, что дом Де Силва останется здесь навсегда, тогда тебе нужно жениться.
Он распахивает дверь и следует за мной в здание. Охранник на стойке регистрации встает, когда видит, что мы приближаемся к турникетам.
— Что ты-
Его предложение резко обрывается, когда Марко направляет на него пистолет. Он бледнеет, когда узнает на его пальцах пять татуировок с кинжалами, которые идентифицируют его как члена картеля Де Силва.
— Пропустите нас, — приказывает он.
Когда он не сразу подчинился приказу, опасаясь убить его на месте, Марко подходит к нему и прижимает пистолет ко лбу.
— Давайте разберемся или узнаем, как выглядит ваш стол с мозгами, предназначенными для украшений.
Он сглатывает и кивает, дрожащими пальцами тянется к кнопке, спрятанной под выступом. Световой индикатор мигает зеленым светом, а металлический звук указывает на то, что замок открывается.
— Небольшой совет, — говорит Марко охраннику, когда мы с Артуро проходим мимо. — Держи это между нами, если хочешь сегодня вечером вернуться домой к своей семье.
— Женись за пределами картеля, Тьяго, — продолжает Артуро, игнорируя угрозы на заднем плане. Он нажимает кнопку вызова лифта. — Женись на хорошей англичанке, чтобы доказать, что ты сделал свой дом в Лондоне постоянным.
— А что я буду делать с хорошей англичанкой, когда женюсь на ней? Долгие прогулки в парке с ежедневным чаем и булочками? — Я качаю головой. — Ты знаешь, она не вписывается в эту жизнь, и последнее, что мне нужно, это что-то вроде жены, которая будет мешать мне.
— Какая разница, что ты с ней делаешь? Тебе просто нужно жениться на ней, а не жить с ней. Подпиши свидетельство о браке, устрой шоу на короткий медовый месяц, вместе посетите несколько мероприятий в течение года, а затем помести ее в загородное поместье, где она никому не будет мешать.
Я двигаю челюстью вперед и назад, думая о его предложении.
— И ты думаешь, кто-нибудь согласится на это добровольно?
Он смотрит на меня. — Их женщины не такие, как наши. Какую бы английскую розу ты ни решил сорвать, она, скорее всего, предпочтет тихую жизнь в деревне, чем каждый вечер возвращаться домой вся в крови.
Мы заходим в лифт, и он нажимает кнопку верхнего этажа. Я прислоняюсь к стене и скрещиваю руки, скрипя зубами.
— Плюс, — добавляет он. — Никто не говорил, что она должна была прийти добровольно. Если хочешь, возьми ту, которая тебя понравится. Как только свидетельство будет подписан, никто ничего не сможет сделать.
Я кряхчу в ответ, фактически заканчивая разговор.
На самом деле, я знаю, что принятие решения — это лишь вопрос времени. Часть меня знает, что для меня имеет смысл использовать брак как возможность для продвижения интересов картеля. Другая часть не хочет брать на себя ответственность иметь жену, особенно ту, которая мне не нужна.
С тех пор, как я приехал сюда, я сосредоточился почти исключительно на бизнесе и расширении. Ничто другое меня не интересовало, даже погружение в женщину на девять дюймов.