Дороти должна умереть

С другой стороны, я же сама хотела уехать. Мечтала с тех самых пор, как узнала о мире вокруг. Хотела посетить новые места, познакомиться с новыми людьми. Найти новую себя. Оставить старую жизнь в прошлом. Но не так же! Указательным пальцем я поглаживала пушистую спинку Звездочки и ждала падения. Я вжималась спиной в подушки, отлично зная, что тонкие жестяные стены трейлера не спасут от удара о землю. Но его все не было.
Мы поднимались выше, и выше, и выше. Розовато-белое свечение становилось все сильнее, за окном появлялось все больше светлых облаков, а всевозможный хлам кружился в воздухе в сюрреалистическом сплетении. Совершенно невозмутимая пятнистая корова. Следом — потрепанный гоночный автомобиль, древний, как сам мир. Старенькая светящаяся вывеска. Детский трехколесный велосипед.
Я что, купила билет на самый безумный аттракцион на свете? Никогда не любила американские горки! Подниматься весело, лишь когда не вспоминаешь, что после вершины обязательно следует спуск.
 3 
Когда я очнулась, взору предстал серый пористый пол трейлера, нависший над головой. Звездочка, отчаянно пытаясь привести меня в чувство, носилась по ноющему от боли телу, словно лучшая лошадь на ипподроме. Спустя пару секунд я наконец сообразила, что лежу на потолке.
Сквозь пыльные окна пробивался свет, нормальный, яркий, белый, а не розоватое свечение, как во время торнадо, или бледно-коричневый цвет небес до него. Я была жива. И кто-то что-то говорил мне.
— Хватайся за руку, — раздался голос. — Только осторожно.
Повернув голову на звук, я увидела парня, заглядывающего в трейлер через открытую дверь и протягивающего мне руку. Его силуэт темнел на фоне льющегося снаружи света, но лицо разглядеть было невозможно.
— Кто ты? — спросила я.
— Просто хватайся! И постарайся не делать резких движений.
Рядом пискнула Звездочка и забралась в карман моей толстовки. Я медленно поднялась и отряхнулась. Кажется, все кости целы. Но каждая клеточка тела ужасно ныла, словно я тряпичная кукла, которую забросили в гигантскую консервную банку и хорошенько потрясли.
Стоило мне сделать всего шаг, как потолок под ногами накренился. В попытке удержать равновесие я съехала назад на пятках, а трейлер закачался еще сильнее. Пришлось замереть.
— Два шага — и все закончится. Давай же! — поторопил парень.
Расстояние до его руки казалось куда больше. Я хотела вновь двинуться вперед, но не решилась.
— Все в порядке, — продолжал он. — Не паникуй. Просто иди.
Осторожно, стараясь не нарушить равновесия, я сделала шаг, затем еще один и взяла его за руку. Когда наши пальцы соприкоснулись, я увидела его лицо, и тело словно пронзил электрический разряд. Мое внимание привлекли глаза: изумрудно-зеленые с вкраплениями совершенно неописуемого оттенка. Казалось, они светятся изнутри, ярко выделяясь на лице. Было в них нечто такое… нечеловеческое. Он что, спасатель? И если да, то где мы? Насколько далеко от дома меня занесло?
— Я умерла? — спросила я у парня. Подобное представлялось возможным. Даже наиболее вероятным. Как-то не верилось, что можно пережить падение с такой высоты.
— Нет, конечно. Если бы ты умерла, разве мы бы сейчас разговаривали?
С этими словами он крепко сжал мою ладонь и дернул наружу, вытягивая из трейлера. Не удержав после рывка равновесие, мы кубарем повалились на землю. Я мгновенно вскочила на ноги и обернулась: рядом раскинулась глубокая пропасть, а мой бедный маленький трейлер раскачивался на самом ее краю.
Это была скорее даже не пропасть, а ущелье или каньон: широкая, словно река, долина, растянувшаяся в обе стороны до самого горизонта, в глубине которой зияла чернота.
— Что за?.. — прошептала я.
Трейлер пошатнулся и с последним протяжным болезненным скрипом сорвался в пропасть.
— Нет! — заорала я, но было уже слишком поздно. Дом, который когда-то был моим, падал все ниже и ниже в ущелье.
Я ждала, что скоро он достигнет дна и, ударившись о скалы, разлетится на множество осколков, но трейлер все продолжал падать, а мне оставалось лишь стоять и смотреть, как он растворяется во тьме бездны. Исчезает без единого звука. И я едва не оказалась там вместе с ним.
 
В этом трейлере осталось все, что у меня было: жуткая одежда, кошмарные воспоминания. Теперь я свободна от них.
— Сожалею, что такое произошло с твоим домом, — сказал мой спаситель. И хотя он говорил очень тихо, я все же испугалась. Вздрогнув от неожиданности, я обернулась и заметила, что парень, оказывается, стоит рядом. — Просто чудо, что ты смогла спастись. Пара сантиметров левее — и дом упал бы прямиком в пропасть. Видимо, тебе везет.
Однако по тону его голоса было понятно, что парень думает иначе: это было нечто большее, чем просто везение.
— Это случилось из-за торнадо? — спросила я, уставившись в пропасть. Интересно, какая у нее глубина? И что там внизу? — Я не знала, что после ураганов в земле могут оставаться огромные дыры.
— Ха-ха-ха! Нет, — рассмеялся он, но, мне показалось, как-то совсем не весело. — Карьер появился здесь задолго до торнадо.
В подробности парень вдаваться не стал. Когда я получше рассмотрела его лицо, залитое слабым голубовато-серым светом, у меня перехватило дыхание. Парень был примерно того же возраста и роста, что и я. Стройный, складный и мускулистый. Его темные растрепанные волосы, обрамляющие лицо, казались одновременно жесткими и шелковистыми.
Кожа у него была бледная, как мел, словно он никогда не выходил на улицу без солнцезащитного крема или же просто никогда не выходил на улицу. Чем-то он напоминал рок-звезду, а чем-то… еще кого-то. Мне никак не удавалось ухватить суть, но понимание, что она важна, не отпускало. И эти глаза… Они сияли даже ярче прежнего, и было в них нечто такое, что заставляло меня чувствовать себя неуютно. Словно за глазами парня скрывались целые миры.
Он был красив. Слишком красив. Практически на грани фола. К подобной красоте не хочется прикасаться, потому что знаешь: она может обжечь. Я не привыкла разговаривать с людьми, которые так выглядят. Мне было неловко даже находиться рядом с ними. Но он спас мне жизнь.
— Я не буду скучать, — сказала я, хотя и не была уверена в правдивости своих слов. — Я имею в виду по дому.
Парень не поверил, но спорить не стал.
— Никогда не видел ничего подобного. Твоя жестяная ферма, должно быть, очень ценная. Дом, целиком сделанный из металла.
Видимо, в тех местах, откуда он родом, трейлеров нет и в помине. Счастливчик. И тут, впервые нормально оглядевшись, я вдруг сообразила, что мы уже точно не в «Пыльных акрах». Но тогда где? С одной стороны ущелья раскинулось бескрайнее поле пожухлой травы. Она была пятнистой: болезненного серого цвета, местами слегка отливающего синевой. На противоположной стороне темнел зловещего вида лес, мрачный и непролазный.
Все казалось мрачным. Воздух, облака, даже солнце, ярко сияющее в вышине, были какими-то бледными и выцветшими. Словно неживыми. Приглядевшись, я заметила крошечные синие пылинки, витающие в воздухе, подобно семенам одуванчика. Пылинки еще и мерцали, придавая всему вокруг нереальный мистический вид.
Но присутствовал и другой цвет. Под ногами парня сияли желтые кирпичи, яркие, словно нарисованные и раскрашенные новенькими карандашами. Особенно это бросалось в глаза на разительном контрасте с выцветшим, постапокалиптически монохромным пейзажем вокруг.
Золотистая тропинка вплотную подходила к самому ущелью, обрываясь в никуда. Другой ее край убегал далеко в поле, петляя до самого горизонта. Даже не тропинка, а дорога.
— Да быть того не может! — Я была до того поражена, что не знаю даже, произнесла ли это вслух или просто подумала.
Сперва торнадо, а теперь под моими ногами нечто, удивительно напоминающее дорогу из желтого кирпича. Должно быть, здесь какая-то ошибка. Может, в Канзасе наконец-то решили подзаработать на всей этой шумихе с Дороти и построили парк развлечений, куда меня и занесло. Тогда этот парень — всего лишь адски красивый гид. Я уставилась на него, ожидая объяснений.