Дороти должна умереть

Вновь представив себе тренировочный зал, я перескочила туда как раз вовремя: грохнувшись на землю в тот момент, когда я неожиданно исчезла, Мелиндра поднималась и отряхивалась. Не раздумывая, я метнулась вперед и пригвоздила девушку к полу.
Глаза Мелиндры широко раскрылись от удивления.
— Эй, — возмутилась она, — так нечестно!
— Здесь нет такого понятия, как честность, — отозвалась я, припоминая урок Нокса, и вскочила на ноги. — Нужна помощь?
Я протянула Мелиндре руку. Украдкой взглянув на Нокса, я заметила, что он внимательно следит за происходящим. Может, это у меня разыгралось воображение, но, кажется, он улыбался.
Посмотреть на Момби я не осмелилась. Мелиндра приняла протянутую руку, сжав ее своей металлической ладонью чуть сильнее, чем требовалось, и подалась вперед.
— Дай-ка угадаю, — прошипела она. — Он сказал, что ты особенная. Привел тебя в такое место, куда никого больше не приводил. Знакомо?
Внутри все сжалось, но мне удалось сохранить лицо и продолжать улыбаться. Перед глазами вновь предстали коридоры старшей школы. «Простушка Эми сходит с ума от ревности. Она хотела бы, чтобы это был их ребенок».
Я сильнее подобралась и прищурила глаза.
— Не стоит недооценивать девчонку из Канзаса, — заявила я в ответ.
Мелиндра ничего не успела ответить — Момби оттеснила ее в сторону. Колдунья смотрела на меня так, словно видела впервые.
— Ты хорошо противостояла нашему лучшему бойцу, — заметила Момби. — Обучение окончено. Лев движется к нам, приближается к деревне Пампердинк к югу отсюда. Мы отправляемся туда на рассвете.
 22 
— Ты хорошо справилась, — сказал Нокс. — Очень хорошо.
Он поймал меня в коридоре, когда я возвращалась к себе в комнату. Коридор был узок и мрачен, в нем мерцало тусклое лиловое свечение, исходящее откуда-то из стен.
— Спасибо, — поблагодарила я парня. — Мелиндра сама напросилась. Она привыкла всегда побеждать. Потеряла бдительность.
— Угу, — согласился он. — Но ты победила ее в честном бою. Ты стала драться намного лучше. И дело не только в магии, а во всем остальном. Я даже сомневаюсь, что ты осознаешь, что делаешь. Как движешься, как импровизируешь. Огромные успехи за удивительно короткое время. Знаешь, у тебя есть дар.
— Понятия не имею, что со мной стряслось, — заявила я в ответ.
— В смысле? — Нокс подозрительно покосился на меня.
— Видишь ли, дома я никогда такой не была. Откуда только все взялось?
— От тебя самой, Эми.
У меня из головы не шли слова Мелиндры, брошенные после поражения. Да, девушка пыталась меня спровоцировать, но ведь она говорила правду. Я подумала, что она — единственный человек, которому здесь действительно можно доверять. По крайней мере, Мелиндра всегда была честна.
Здесь у каждого имелись скрытые мотивы. А частенько вовсе и не скрытые. Все, что делали окружающие, все, что они говорили, сводилось лишь к тому, чтобы так или иначе меня подтолкнуть, заставить стать другим человеком. Тем, кем я, по их мнению, являлась. Стать оружием, в котором они нуждались. И Нокс — не исключение. Глупо было бы думать, что он другой. Но все же мне казалось, что он постоянно пытается сказать что-то, никоим образом не касающееся Дороти или высшей цели.
— Как думаешь, каким бы ты был? — спросила я. — Ну, знаешь, если бы Дороти все не испортила. Если бы у тебя была нормальная жизнь.
Нокс посмотрел на меня с искренним изумлением, будто никогда не думал о подобном.
— Я… — он замолчал. — Даже не знаю. Забавно, да? Если бы Страна Оз была прежней и мы бы жили счастливо, я стал бы совершенно другим человеком. Не могу даже представить каким. Может, кем-то лучше, не знаю. Может, хуже. Я нравлюсь себе таким. — Парень поднял глаза к потолку и горько усмехнулся. — Наверное, я должник Дороти.
— Давай не будем настолько увлекаться, — предупредила я. Хотя прекрасно понимала, что он имеет в виду.
То же самое происходит у меня с мамой. Да, родитель из нее был, мягко говоря, паршивый, но что, если бы все было иначе? Кто скажет, что я не превратилась бы в еще одну Мэдисон Пендлтон?
 
— Знаешь, вся моя жизнь — сражение с Дороти, — продолжал Нокс. — Что будет со мной, когда ее не станет?
— Думаешь, такое правда когда-нибудь случится?
Он склонил голову, запуская пальцы в необузданную гриву волос, становясь одновременно ранимым и удивительно уверенным.
— Не думаю — знаю, — ответил парень. — Сперва я сомневался, но теперь окончательно уверился.
— Почему?
— Не представляю, кто и как перенес тебя сюда, но знаю, что это случилось не просто так. Ты здесь, чтобы помочь нам. И я уверен, что у тебя получится.
Я вдруг осознала, насколько близко мы стоим, так близко, что можно почувствовать знакомый аромат сандалового дерева, исходящий от чародея. Меня тянуло к нему. И это притяжение не имело ничего общего с магией.
— И что тогда? Кем мы станем?
Нокс склонился ко мне еще ближе.
— Тогда все изменится, — тихо сказал он. — Я стану другим. Ты станешь другой. Ты уже другая, особенная. Я знал это с самого начала, но…
Словно управляемая рукой Герт, я тоже подалась чуть ближе в стремлении приблизить желанный момент. Не веря, что в действительности смогу претворить его в жизнь. Без всякой магии. Но внезапно Нокс переменился в лице и отвел взгляд.
— Ты должна пообещать, что будешь осторожна завтра, — сказал он. — Я не хотел брать тебя с нами, но Момби не слушала. Лев — это не пустяк. Пообещай, что не наделаешь глупостей. Мн… нам ты очень важна. Ты слишком ценный человек.
На долю секунды мне показалось, он собирается сказать что-то другое. Но Нокс замолчал, и я вспомнила, с кем говорю.
— Я помню договор, — бросила я в ответ. — И знаю, почему важна для вас. — Я проверяла его. Хотела, чтобы он опроверг эти слова.
Нокс долго внимательно смотрел на меня, но так ничего и не сказал.
— Дороти должна умереть. — Я отвернулась. — Я помню. Но все же… для чего ты живешь? — спросила я.
Парень не ответил.
— Я должен идти, — бросил он, когда я уже шла прочь. — Нужно кое-что распланировать. Постарайся немного отдохнуть.
 23 
Посреди ночи меня разбудил пронзительный визг. Открыв глаза, но все еще находясь в полудреме, я заметила источник звука: это была летучая мышь. Она зигзагами металась по комнате, неистово хлопая крыльями и вереща неподобающе громко для такой малышки. Я знала, что означает появление летучей мыши. Это сигнал. Я должна последовать за ней.
Когда через пару минут я зашла в комнату Высшего совета. Там, уже полностью готовые к битве, вокруг всевидящего омута Гламоры собрались все члены Ордена. У Мелиндры и Аннабель на губах была злобная усмешка. Некоторые вещи никогда не меняются.
— Что случилось? — спросила я.
— Лев движется быстрее, чем мы думали, — ответила Герт. — Пора отправляться.
Гламора указала на омут, где появилось смутное изображение огромного льва, врывающегося в двери маленького деревенского домика с соломенной крышей. Было слишком темно, и разглядеть его хорошенько не получалось, но трусливым этот Лев мне точно не показался. Скорее опасным и… голодным. За его спиной темнели другие силуэты: ломаные очертания неизвестной рептилии и мохнатое пятно, похожее на какого-то гигантского грызуна.
— Слишком долго Лев боялся любого зверя в лесу. Теперь он ими повелевает, — прошептал Нокс.
— Что это за твари?
— Ты сама их назвала. Если у кого-либо есть клыки и когти, а изо рта капает слюна, то, скорее всего, перед тобой приспешник Льва.
По моему телу пробежала дрожь, когда воображение услужливо дополнило пробелы в картинке.
— Что они делают? — тихо спросила я, пытаясь перебороть абсурдный страх, что Лев может нас услышать.
— То, что умеют лучше всего, — ответила Гламора. — Обыскивают каждый дом. Кого-то из пойманных сельчан отводят к Дороти, остальных убивают. Забавы ради. Но, конечно, сперва Лев кого-нибудь сожрет. — Она провела пальцами по воде, и изображение исчезло в алом водовороте. — Эту деревню уже поздно спасать — мы ее почти потеряли, но скоро достигнем следующей и, если будем действовать быстро, сможем остановить Льва, прежде чем он там окажется.