Дороти должна умереть
Когда Нокс раскрыл рот, собираясь ответить, я, оценив это как приглашение к бою, шибанула его прямо в солнечное сплетение. Брови у парня взметнулись вверх, а самонадеянная ухмылка сменилась яростным оскалом.
— Ага! — воскликнул он. — Урок второй. Кулаки — не единственное твое оружие. Да и вообще, ты не будешь полагаться только на оружие. Слабое место Дороти — это ее…
Я изо всех сил ударила Нокса в живот, отчего тот отступил, приоткрыв от неожиданности рот. Пусть знает, как меня недооценивать! Но вместо того чтобы хоть ненадолго прекратить поединок, парень накинулся на меня с новой силой. Только на этот раз я была готова и поднырнула под его руку.
Весь следующий час Нокс ни на секунду не останавливался. Он продолжал атаковать, в ход шли кулаки, ноги, локти, колени — любая часть тела, которой только получалось ударить. И все это время он, не умолкая, указывал на мои ошибки. Я абсолютно все делала не так: не так стояла, не так держала руки, не так отводила взгляд. Но, несмотря на все эти недостатки, одно достоинство у меня все же имелось: я тоже не сдавалась. Тело ныло от боли, силы были на исходе, но я продолжала бороться.
— Расслабься, — скомандовал Нокс. Не знаю, как ему хватало дыхания говорить, двигаясь раза в два быстрее меня. — Не трать энергию понапрасну, напрягая мышцы. Не пытайся сосредоточиться на том, где я сейчас. Концентрируйся на том, где я буду.
Нокс исчез еще до того, как договорил. Уже готовясь нанести удар, я развернулась как раз вовремя, чтобы поймать материализовавшегося за спиной парня и заехать ему кулаком в челюсть. Наконец-то! Впервые за весь наш поединок чародей скривился от боли. Но не успела я убрать руку, как он перехватил ее за запястье и удержал крепко сжатый кулак у своего лица. Я пыталась вырваться, но тщетно.
Нокс просто внимательно изучал меня. Я не могла отвести глаз, не могла освободить руку от захвата. Между нами проскакивали искры. Странно, но меня необъяснимо тянуло к этому парню, словно мотылька к пламени. Магнит к магниту. Глупую девчонку к невыносимо вредному мальчишке-колдуну. То есть чародею. Да плевать, как его называть!
— Закрой глаза, — сказал он. — Хочу, чтобы ты кое-что почувствовала.
— Я уже чувствую, — съязвила в ответ. — Усталость.
— Просто закрой их, — потребовал Нокс.
Я все же последовала совету и закрыла глаза, мгновенно ощутив, как поток странной теплой энергии врывается в мое тело как раз в том месте, где кулак касается щеки чародея, и движется по руке к груди. Он не был слишком горячим или холодным. Никогда еще я не испытывала ничего подобного. Даже в тот раз, когда, будучи малышкой, сунула палец в розетку, желая посмотреть, что из этого выйдет. Тогда было чертовски больно. Казалось, с жизнью можно распрощаться — электрический заряд, проходя через руку, убивал каждую клеточку тела. Сейчас все происходило иначе: от этой энергии клетки не умирали, а будто рождались заново.
— Что это? — изумилась я.
— Разве не очевидно? — Он отпустил мою руку, и та плетью повисла вдоль тела, тяжелая, как камень. — Магия.
Ощутив легкий порыв ветра, я распахнула глаза. Мы уже не находились в тренировочном зале, а стояли на самой вершине горы, на краю травянистого плато, раскинувшегося у входа в какую-то пещеру. Солнце ярко сияло в вышине, а небо было кристально-голубым с легким оттенком лавандового. У меня перехватило дыхание, стоило лишь опустить взгляд вниз, за край обрыва. Мы очутились на высоте небоскребов. Нет, я никогда не бывала на их крышах, но, думаю, примерно так себя и чувствуешь там. Расстояние до верхушек деревьев казалось просто головокружительным. Под нами простирался бескрайний мир дикой природы.
Вдалеке цветущие поля сменялись густым темным лесом. А еще дальше, у самого горизонта, смутно виднелся мерцающий горный хребет, скрывающий от нашего взгляда остальную Страну Оз. Горы были настолько высоки, что верхушки их терялись за плотной вуалью бегущих вдаль облаков.
Тишина и покой. Не мертвое зловещее молчание, которое преследовало меня в землях жевунов, а чистая, нетронутая, чарующая, полная жизни тишина. Казалось, мы с Ноксом остались одни во всем мире.
— Как мы сюда попали? — шепотом спросила я.
Чародей наградил меня таким многозначительным взглядом, словно я только что получила звание самого тупого человека на свете.
— Пора прекратить задавать подобные вопросы, — заявил он. — Ты прекрасно знаешь, как мы сюда попали.
Конечно, знаю. Ответ такой же, как и всегда.
— Магия, — выдохнула я.
— Да, — кивнул парень. — Я перенес нас сюда с помощью магии. Увы, не умею создавать такие же мощные заклятия телепортации, как Момби, так что перенеслись мы не очень далеко. Все помещения Ордена внизу, в горах. — Он махнул рукой на вход в пещеру позади нас.
Я глубоко вздохнула, наслаждаясь глотком свежего воздуха, первым за черт знает какое время, роскошью, которой меня лишили с тех пор, как я оказалась в темнице Изумрудного дворца. Воздух с шумом ворвался в легкие, и все тело отозвалось трепетом. То же я ощущала и в пещере, когда кулак касался подбородка Нокса.
— Кажется, я чувствую ее! — наконец воскликнула я. — Магию.
— Ее нельзя не почувствовать, — отозвался Нокс. — Это гора Гилликин, одно из самых насыщенных магией мест, оставшихся в Стране Оз. Дороти сюда еще не добралась — слишком уж проблематично. Видишь вон те горы? Они движутся. Каждую ночь хребет перестраивается, и на следующий день он совершенно не такой, каким был вчера. В этих горах не проложить дорог, не нарисовать карты. Никогда нельзя быть уверенным, что ждет тебя там. Сегодня они могут быть укутаны снегом, а завтра там станет страшно жарко. Эти горы могут быть любыми. Люди, рискнувшие подняться туда, уже не возвращаются. Конечно, можно перебраться на другую сторону — перелететь, телепортироваться, но это непросто. Именно благодаря горам Страна гилликинов — самая защищенная часть Оз. Впрочем, это лишь вопрос времени.
— Невероятно…
— Когда-то вся Страна Оз была такой. Вокруг витало столько магии, что ты неосознанно хватал по кусочку то здесь, то там. А теперь оставшаяся ее часть сосредоточена в паре маленьких точек, куда Дороти не в силах добраться.
— Может, она никогда до них и не доберется, — предположила я. — У Дороти и так много магии, зачем ей еще?
— Ты не знаешь Дороти, — фыркнул Нокс. — Чем больше у нее есть, тем больше ей хочется. Так всегда с вами, людьми, — закончил он.
— С нами, людьми? В смысле?
— С людьми из вашего мира. Такими, как Дороти, Волшебник. А может, и ты. Магия опасна для иноземцев. Вы к ней не приспособлены.
— Но Момби сказала, что вы все равно собираетесь обучить меня колдовству.
— Они считают, игра стоит свеч, — отозвался Нокс. — Не все с этим согласны.
— Ты не веришь, что я справлюсь?
— Справишься — не справишься, я тебя не знаю. Так что мое мнение ничего не значит. Главное — это то, как считаешь ты. — Он пожал плечами.
Я покачала головой. Информации было слишком мало.
— Это твой выбор, — продолжил парень. — Не магия делает человека тем, кто он есть, а его личный выбор. Погляди на Дороти.
— А что Дороти?
— Дороти сама решила стать злой.
17
После тренировки с Ноксом встреча с Герт стала истинным облегчением. Я понятия не имела, что колдунья приготовила на сегодня, но где-то в глубине души догадывалась, что на этом уроке меня точно никто не побьет. Хотя Герт постоянно копалась в моих мыслях и чуть не утопила в озере, она все же никому не рассказала про тот случай в моей комнате, когда я призналась ей, что не собираюсь убивать Дороти. Я все еще не могла понять, что значит быть колдуньей — в частности, Злой колдуньей, — но Герт почему-то казалась чуть менее Злой, чем остальные. Может, это просто дурацкое проявление стокгольмского синдрома. Ну, когда пленник вдруг начинает симпатизировать своим похитителям. Тем не менее рядом с ней я не чувствовала себя пленницей.