Барон из МЧС 2 (СИ)

Якутова сидит на подоконнике, слушая нашего бравого прапора, и в его напутствие не вмешивается. Сама мрачнее тучи: знать, тоже не испытывает вселенского счастья от предстоящих событий.
Ну а мы… Не знаю, как остальные, но я очень рад. Движуха очередная пошла! Несмотря на весь насыщенный учебный процесс, уже стал утомляться от его однообразия. Хочется чего-то нового. Покинуть эту чёртову базу, в которой каждый уголок надоел до тошноты, и влиться в большую жизнь.
Когда мы надели форму, Палкина моментально сникла. Вся наша группа сверкает медальками за гоблинскую деревню, и лишь она одна с пустым кителем. Понять девчонку можно. Какие-то недавние претенденты в ИШС обскакали её, четверокурсницу. Зная самолюбивый характер Верки, допускаю, что ей это как серпом по яичникам. Хотел было пошутить, что, мол, где её заслуги за столько лет учёбы, но передумал. Отношения между нами и так не сладкие, да и как-то мелко на этом понтоваться.
Станов не соврал. Перед стройными рядами курсантов генерал Ростоцкий лично прочитал возвышенную в своей бессмысленности речь. Из его слов получалось, что кроме нас и Родину защищать некому. Особо впечатлительных проняло. Но наша банда отнеслась ко всему этому пафосу скептически.
— Мля-я-я… — тихо протянула Якутова на десятой минуте сольного выступления Ростоцкого. — Ну ведь нормальный же мужик, пока не генерал.
— Ага, — также тихо, не разжимая губ, ответил ей Лёха. — Кросс бежать и то приятней.
— Заглохни. Слушай умного человека и делай одухотворённое, тупое лицо. Понял? Не просто тупое, как обычно, а чтобы на загляденье всем. Армейские это любят.
— Главное, чтобы это была концовка речи, а не вступление. Иначе застрелюсь из сапёрной лопатки,- поддержал я их беседу.
— Горюнов, — прошипел прапорщик Станов, незаметно пнув меня по голени. — Хоть ты заткнись. И так тошно.
Но всё плохое когда-нибудь заканчивается. Наконец прозвучала команда «Вольно», и нас распустили по казармам. До своей мы дойти не успели, так как всей группой были вызваны в штаб прямо к самому Ростоцкому.
— Господа, — с ехидной улыбочкой начал генерал, как только мы ввалились в его кабинет, — на построении я заметил, что вы невнимательно слушали мои напутственные слова, и решил их повторить.
Потом на минуту замолчал, дав нам ощутить масштаб трагедии, и продолжил:
— Расслабьтесь! Просто решил внести небольшую нотку позитива своей шуткой. На самом деле у самого возникает стойкое желание сжечь речь, написанную какими-то не очень умными умниками из отдела пропаганды. Но приходится терпеть.
Теперь по существу. Есть две новости для вас. Как всегда, хорошая и плохая. С какой начать?
— Всё равно услышим обе, — пожала плечами лейтенант. — Так что без разницы, господин генерал.
— Логично. Значит так… Обычно мы отправляем на практику курсантов в части третьей фронтовой линии. Охрана мостов, складов. Ну и как обязательный резерв, конечно. Но ваша группа экспериментальная, поэтому было принято решение, что будете служить на передовой. На самой линии соприкосновения с противником.
— Прекрасно! — с облегчением выдохнул Станов. — А какая новость плохая?
— Вообще-то, прапорщик, это она и есть. А хорошая заключается в том, что попадаете под командование вашего знакомого, майора Жуковского Модеста Аркадьевича. Вы с его ротой уже сработались, так что, думаю, проблем не возникнет.
— Модест — командир нормальный, — кивнула Якутова. — Уверена, что он оценит подготовку нашей группы и ерундой заниматься не заставит.
 
— Нет, лейтенант, — разочаровал её и нас генерал. — Группы временно не будет. Вернее, будет две, и то относительные. Одна под вашим присмотром, а другая у прапорщика Станова.
— И кто в моей?
— Сержанты Палкина и Борсиев, а также младший сержант Горюнов. Приписываетесь к третьему штурмовому взводу. Ну а Станов с сержантами Воскресенской, Старостиным и Радостиной отправляются в первый взвод. По отделениям вас всех распределят уже на месте. Каждый получит возможность проявить себя младшим командиром. Исключение составляют инструкторы. Вы являетесь координаторами и ничем более. На время армейской практики забудьте, что вы преподаватели ИШС, и про свои погоны тоже забудьте. Сейчас начинается «обкатка» курсантов по иным лекалам.
— И на хрена мы тогда там вообще нужны, если не имеем никаких прав? — спросил Станов.
— Спасатели умеют прикрывать и вытаскивать из передряг, господин прапорщик. Этим и займётесь, если ваши подопечные попадут в беду. Не бросать же новичков на произвол судьбы? Ну и приглядывайтесь к моментам, в которых курсантам не хватает выучки. Со стороны оно виднее. Но в службу не вмешиваться! Ещё вопросы?
— Только один, — подал голос я. — Почему все сержанты, а мне всего две лычки навесили?
— Я ждал его, — улыбнулся Ростоцкий. — Потому что, Данила, у вас память ущербная. Многих базовых жизненных правил не помните. Хотели изначально вас вообще ефрейтором выпустить, но уровень военной подготовки соответствует более высокому званию. Пришли вот к такому компромиссу. Если больше никаких вопросов нет, то получайте новые погоны и через час отправляйтесь в своё подразделение. Лейтенант Якутова, ваш Дар пока не пригодится. Координат для Воронки не дам, так как территория земная.
— Воздушный транспорт?
— Не совсем, — ответил генерал. — Вам в район Бреста нужно. Там массированный прорыв гоблинов, поэтому все перелёты представляют серьёзную опасность. Летите до Барановичей. Дальше на поезде, если повезёт. В ближайшем тылу дыры Реальности харков появляются постоянно и хаотично. В любой момент могут накрыть железнодорожное полотно. Тогда на грузовиках или своим ходом добираться придётся.
— Если всё так весело, то нам необходимо оружие.
— На базе в Барановичах и получите. Мной отдан приказ, чтобы на группе не экономили. На этом прекратим нашу беседу. От всей души желаю вам провести ближайшие три месяца с пользой и живыми вернуться для прохождения следующего этапа обучения.
Через час мы, сияя новенькими лычками на погонах, были на аэродроме, что находился неподалёку от базы. Перелёт до Барановичей прошёл спокойно и достаточно быстро. Как только мы оказались в самолёте, то почти все сразу вырубились, стараясь запастись сном впрок.
Ну а после приземления началась суета. Вначале переезд на видавшем виде грузовике до базы. Потом обязательное представление командованию. Ну и на сладенькое — оружейка.
Начали с получения штурмовых доспехов. Чёрные, новенькие, со встроенным навигатором и средствами связи, они сильно отличались от того учебного старья, в котором мы тренировались на тульской базе. После пошли на полосу препятствий и после её завершения подогнали броню под свой функционал.
Вернувшись на оружейный склад, с азартом начали выбирать себе пушки. В этот раз я уже не чувствовал себя новичком, вдоволь настрелявшись на учебном полигоне из всего, чего только можно. Поэтому сразу же подошёл к автоматическим винтовкам и выбрал простую, но надёжную модель с планкой под оптический прицел.