Барон из МЧС 2 (СИ)

Зато моментально избавились от кроу.
Несколько минут ничего не происходило. Видимо, удар затронул не только кровососов, но и войска тварей, окруживших наши развалины.
Радоваться долго не пришлось.
— Данила! — чуть ли не завопил Чах. — Три артиллерийских батареи в вашу сторону разворачиваются! Одна дальнобойная ещё и ментальные пушки подтягиваются!
— Блин! Ты чего раньше молчал⁈ — зло отреагировал я, понимая, что против такой атаки мы все не выстоим.
— А когда? Вы тут кроу по самые гланды заняты были.
— Успеем их обезвредить?
— Нет. С разных направлений долбить по нам будут. Даже парочка простых артиллерийских стволов тут всё в пыль превратит.
— Плохо, но попытаемся остановить. — вздохнул я и обратился к Главному Круга. — Морячок, готовься…
— Подожди, Даня. — перебил меня наумб. — Есть ещё вариант. Если дашь разрешение выпить всё, что от выигрыша у майора у тебя под кроватью лежит, то это приведёт меня в очень пьяное, но временно сильное состояние. Ты же знаешь, какой я могучий, когда дурной. Правда, потом откат будет такой, что надолго залягу на восстановление. Увидимся нескоро.
— Но опасность уберёшь?
— Говно вопрос. Вы только отсюда не высовывайтесь, чтобы под мою горячую лапу не попасть.
— Пей!
— Убёг! А вы пока с северо-запада прикройте остальных Поясом Хаоса. Тридцать секунд до первого выстрела харков осталось.
Чах отключился, а я моментально приказал Кругу поставить заслон в указанном наумбом направлении.
Орудийный залп тварей из нескольких стволов практически полностью просадил наш Пояс Хаоса. Защита пришла в такое состояние, что от недавно влитой энергии кроу не осталось и следа. Мои ромалы и я получили хорошую контузию, но отразили удар. С ужасом понимаю, что второго такого удара вряд ли выдержим: уж больно сильно нас огрели. Вокруг развалин всё пылает. Камень крошится от осколков, впивающихся в стены с той стороны нашего укрытия. А ведь ещё ментальные пушки не подтащили! Это если не конец, то очень близко к этому.
Внезапно раздавшийся демонический хохот пьяного наумба заставил впервые не возмутиться, а успокоиться. Успел нажраться, гадёныш! Какой молодец!
— Всем залечь и не поднимать голов! — приказываю я бойцам. — Что бы ни происходило, носы любопытные из развалин не высовывать!
— Данила, это не лучший вариант обороны. — мягко не согласилась со мной Якутова. — Необходимо контролировать действия противника.
— Знаю, но сейчас просто поверьте на слово. Лежим и тихо наслаждаемся жизнью. Я дам отмашку, когда можно будет встать.
Больше ничего не пришлось добавлять. Снаружи раздалось несколько сильных взрывов. Лежу на земле и пялюсь в сероватое небо гоблинской реальности. Больше делать нечего. Внезапно над нашими развалинами низко пролетела пушка харков. Но не она поразила меня, а Чах, сидящий на стволе и размахивающий недопитой бутылкой вискаря. Кажется, он что-то пел, но слов не разобрать из-за сильного грохота.
— Мне одной это почудилось? — тихо произнесла Зоя Воскресенская.
— Не одной, — отрешённо ответила Якутова. — Там какая-то тварь была.
— Кусок гоблина застрял, — пояснил я, пытаясь выгородить вконец ужратого и потерявшего всякую осторожность наумба.
 
— Не скажи, — вторила им зараза Палкина. — У меня зрение хорошее. Это какой-то поросёнок с крыльями или летучая мышь с пятачком. Интересно… Кто там тварям по морде стучит? Наши на подходе?
— Не наши, — снова подала голос лейтенант. — Близко уже, но не настолько. Горюнов, у тебя предположения есть?
— Ну… — задумался я. — Это моё отделение ментально по харкам шибануло. Как? Отдельный разговор.
— Я не… — попытался было возразить удивлённый Морячок, но, увидев мой взгляд, сразу заткнулся.
— Да, — извращаю его начатую фразу. — Они не имеют права рассказывать всё.
— Дела СБ? — понятливо спросил Станов.
— Ага. Так вот: откатом от этого ментального удара вас и приложило. Тут не только летающие свиньи мерещиться будут, но и звуковые галлюцинации возможны.
Вовремя я это сказал. Чах снова пролетел над нами. Правда, уже без пушки и бутылки, но орущим на такой громкости песню, что распознать слова « Наши руки не для скуки, для любви сердца, у которой нет конца… Всем по стоящему концу!» мог бы и глухой.
— Вот. Опять ошмётки гоблинов летают. Хотя… Кажется, это было что-то от кроу. Да, Морячок? — тихо прокомментировал я.
Вникший в тему Главный Круга коротко подтвердил мои наблюдения. Чую, от него и остальных членов табора вопросов мне потом не отвертеться.
— А почему у всех галлюцинации одинаковые? — не сдавалась вредная Палкина.
— Попали же под один ментальный удар. Видимо, какие-то образы моих подчинённых на ваш мозг спроецировались.
— Мутишь что-то, Горюнов.
— Если такая умная, то выдвигай свою версию.
— Нет никакой…
— Ну, тогда лежи спокойно и жди, пока в округе все боеприпасы тварей не сдетонируют, — добавив в интонацию лёгкого раздражения, парировал я, молясь всем богам, чтобы бухой наумб больше не пролетел над нами.
Где-то полчаса творился беспредел за стенами развалин. За это время мы успели немного отдохнуть. Пусть до нормальных кондиций всем было ещё очень далеко, но хоть что-то. Внезапно взрывы стихли и наступила полная тишина. Лишь в моей голове раздался стон с нотками боли. Это наумб вернулся. Раз даже не может и слова вымолвить, то совсем хреново бедолаге.
Мысленно сказал ему «спасибо» и больше не стал тревожить. Зато тут же оживились инструкторы.
— К бою, — приказала Ведьма. — Кажется, сейчас опять подлюки попрут.
  
Глава 21
 
Лейтенант ошиблась. Твари на нас не попёрли, так как им резко стало не до горстки окружённых людишек. Не успели они очухаться после дебоша Чаха, как тут же попали в жернова наших наступающих частей.
— Мы на подходе! — проорал по общему каналу из рации майор Жуковский. — Лежать и не высовываться! Тут дымища такая, что танки просто вас не заметят и передавят, как клопов!
Все в нашей группе облегчённо выдохнули.
— Лежать, — глубокомысленно произнёс Жир, — это моё любимое занятие. Не зря же природа придумала земное притяжение. А если ещё и не высовываться, то совсем кайф. Человек создан для умиротворения.