Доктора Звягина вызывали? Том 2 (СИ)

— Михаил Алексеевич, я всё сделал, — коротко сказал он.
— Спасибо. Николай, а ты почему так долго? Прием уже час как должен был закончиться! — строго спросил я клона.
— Сложные случаи были, — пожал тот плечами.
Или кто-то просто разговаривал с моей медсестрой вместо того, чтобы принимать людей.
— Объединяемся, я сам всё закончу. Дома поговорим, — проговорил я.
Николай поспешил соединиться, а вот Виктор замешкал.
— Михаил Алексеевич, у вас сегодня еще и адресов много. Разрешите, я их объезжу, пока вы заканчиваете прием и разносите все документы? — предложил он.
— А ты справишься? С Николаем мы первое время могли разделяться только на три-четыре часа, — недоверчиво проговорил я.
— Справлюсь. Мой потенциал гораздо больше, — ответил тот.
— А если снова кто-нибудь заметит, что я одновременно и на приеме. И на адресах? — задумчиво спросил я.
— На этот счет я тоже уже подумал. Станислав Валентинович уже ушел домой, у него адресов сегодня не было. Я приму его облик, будто он решил вас разгрузить. А в каждом подъезде буду снова превращаться в вас, — ответил Виктор.
— Слушай, отличная идея. Давай, — согласился я, понимая, что работы действительно очень много.
Этот мой новый клон начинал мне нравиться всё больше. Конечно, Николай тоже изначально слушался меня во всем, но в последнее время слишком уж часто начал самовольничать. Не знаю, как будет с Виктором, но почему-то мне казалось, что он совсем другой.
Я быстро закончил прием и разнес все документы. Виктор заполнил все просто идеально, ни одной ошибки или помарки.
После всех дел я соединился с успевшим вернуться Виктором, и начал собираться домой. Однако неожиданно мне позвонил Сергей Георгиевич.
— Михаил Алексеевич, вы ещё не ушли? — спросил главный врач.
— Нет, только собираюсь.
— Зайдите ко мне, пожалуйста, — проговорил главный врач.
Я снова оставил телефон в кабинете, спрятав его в ящик стола, и отправился к главному врачу.
— Добрый день, Сергей Георгиевич, — поздоровался я, входя к нему в кабинет.
— Михаил, здравствуй, — главный врач подскочил ко мне и пожал мне руку. — Слушай, хотел тебя ещё раз поблагодарить. Благодаря тебе такое змеиное гнездо вскрылось! Мне даже стыдно, то будучи главным врачом больницы, я допустил такое! Пора мне на пенсию, наверное.
— Всё просто тщательно скрывалось, — улыбнулся я, — а у вас напрямую спрашивать, естественно, опасались.
— Наверное, наверное, — задумчиво произнес Сергей Георгиевич. — Слушай, может, поможешь мне с ещё одним делом?
— С каким? — поинтересовался я.
— Есть у меня подозрения, что в нашей больнице ещё кое-кто крутит свои дела за моей спиной, — сказал главный врач. — Поможешь мне это решить?
  
Глава 2
 
Я с интересом взглянул на главного врача.
— А можно поподробнее?
— Кто-то из наших сотрудников берёт деньги за больничные листы, — начал главный врач.
Ну, для меня это уже давно не новость. И это даже не один сотрудник, а многие.
— И вы хотите узнать, кто именно? — предположил я.
— Не совсем. Я знаю, что это делают несколько врачей, — озвучил Сергей Георгиевич мои мысли. — Но кто-то делает это слишком активно. Открывает больничные листы на две-три недели, продлевая через врачебную комиссию. И самое странное, что наша Екатерина Вениаминовна позволяет продлевать эти больничные.
То, о чем говорил главный врач — это длительный период нетрудоспособности. По стандартам больничный лист может быть открыт только на пятнадцать дней. Если за этот период пациент по какой-то причине не выздоравливал, то оформлялись документы для врачебной комиссии. На деле же — документы неслись Екатерине Вениаминовне, которая решала, продлевать или нет лист нетрудоспособности.
Очень странно, что она пропускает такие больничные. Можно было бы подумать, что она в доле, но я слишком хорошо знал заведующую. На такое она в жизни не пошла бы. Видимо, главный врач был такого же мнения.
— Ну а с чего вы взяли, что это именно проплаченные больничные? Может быть это действительно просто пациенты? — спросил я.
  
— Уверен, что нет, — помотал головой главный врач. — Я знаю нескольких таких пациентов. Они используют больничный как отпуск, парочка человек даже отдыхает где-то заграницей.
— Тогда мне непонятно, — проговорил я, — если вы знаете этих людей, то к чему все это расследование? Можно же просто посмотреть по системе больничных, кто именно открывал их пациентам?
— Вот мы и подошли к самому интересному, — вздохнул главный врач. — Все электронные больничные листы открыты на ваше имя. И использована ваша электронная подпись. А доступ к протоколам врачебной комиссии у меня есть, но вы представляете себе, сколько там этих бумажек. Пока найду нужную — недели пройдут.
— Погодите, как это открыты на мое имя?
— Ну, самым обычным образом. Везде вы проведены как врач, открывший и продливший больничные, — ответил Сергей Георгиевич.
Всё интереснее и интереснее! Обычно председатель врачебной комиссии сама после заполнения всех протоколов занималась продлением листков нетрудоспособности. У неё на компьютере имелись электронные подписи всех врачей. Также все электронные подписи имелись на компьютере у Юли, оператора ЭВМ, выписывающей рецепты. Ну и, естественно, моя электронная подпись была на моем компьютере.
Электронная подпись — это аналог обычной подписи для использования на электронных документах. В медицине мы подписывали такой подписью всё: осмотры, больничные листы, рецепты и так далее.
Так, к моему компьютеру доступа нет ни у кого кроме Светланы. А она слишком правильная, чтобы в таком участвовать. В кабинет Екатерины Вениаминовны доступ опять-таки только у Екатерины Вениаминовны. Соответственно кто-то делает это через кабинет на первом этаже, где работает Юля. Она уходит домой часа в три, работая по сокращённому рабочему дню, чтобы успевать в садик. И ключ от её кабинета легко может взять любой специалист, обосновав это, например, срочной выпиской рецепта.
— Сергей Георгиевич, почему же вы тогда сразу не заподозрили меня? — с интересом спросил я. — Если они на мое имя.
— Странный вопрос. Потому что вы уже не раз показали мне свою честность, — пожал плечами главный врач. — Я уверен, что это кто-то пользуется вашим именем. И я очень прошу вас помочь разобраться.
— Я разберусь, — кивнул я. И дело было не только в том, что врач не должен заниматься такой деятельностью. А ещё в том, что этот злоумышленник прикрылся моим именем. Найти его — это дело принципа.
Я вышел из административного корпуса, погруженный в раздумья. Надо решить, с чего начать поиски. И, кажется, знаю я одного врача, который точно грешит этим способом заработка.
— Мишаня, здорово! — раздался на всю территорию больничного комплекса громкий голос невролога Совина.
О, вот кстати и он. На ловца и зверь бежит.
— Привет, Антон, — протянул я ему руку.
— Тебя можно снова поздравить, — тот с размахом пожал мне руку. — Ты такое осиное гнездо разворошил. С этими препаратами, всех на уши поднял. Я и не ожидал, что ты так можешь.
— Мне не нравилось, что пациенты не получают препараты, — пожал я плечами, думая, как аккуратно свернуть разговор в нужную мне сторону.
— Ну и правильно всё сделал! Надо будет это отметить, — строил планы Антон Эдуардович.
— Слушай… У меня к тебе очень личный вопрос, — я прервался но полуслове, изображая смущение и растерянность.
— Чего такое? Спрашивай, все свои, — тут же громыхнул Совин.
— У меня сестра двоюродная есть… Ей отпуск не дают, а она путевки горящие купила. Сам понимаешь, деньги за них уже не вернут, — аккуратно начал я на ходу сочиненную легенду. — Я думал ей помочь, но больничный открыть не могу — родственные связи всплывут.
— А на сколько дней у неё там путевка? — живо поинтересовался невролог.
— На двадцать один, — вздохнул я, с интересом наблюдая за его реакцией.