Трон на руинах
– Он великолепен! – выдохнула я.
– Да, я сделал его до проклятия, когда к нам заглядывали бродячие торговцы. Я не жалел средств. Рассчитывал, что такое оружие приглянется дворянину или самому принцу! Можешь себе представить? – Фил застенчиво улыбнулся. – Тогда мне нравилось мечтать о великом. Независимо от того, насколько качественно я изготавливал оружие, бродячие торговцы всегда покупали его у меня. Всегда находился кто-то, кому они потом могли бы его продать. Так что я просто делал клинки все лучше и лучше.
– Этот ушел бы за хорошую цену, Фил. За очень хорошую цену.
– Да, я на это надеялся. Это было самое лучшее из моих творений. Но теперь… Не думаю, что мне удастся продать нечто подобное.
Я вернула меч обратно.
– Удастся. Мы победим проклятие, и тогда у нас снова появятся торговцы, вот увидишь. Может, сам принц еще будет размахивать им. Или… ну… Ходить с ним повсюду, так как сражаться он наверняка будет в облике дракона. Повесит его на стену, как вариант…
– Ну что ж. – Фил пожал мясистыми плечами и убрал меч обратно под прилавок. – Похоже, болезнь начинает пускать корни. Я полагал, что рано или поздно это должно было случиться.
Боль пронзила мое сердце.
– Марджи знает, как приготовить целебный эликсир?
– Да, знает. Она уже приготовила мне порцию. Просто… Ну, она не так уж хороша в садоводстве. Я тоже в этом не силен. Я пытался прикупить немного листьев, но у всех запасы на исходе из-за затянувшейся зимы.
Я положила ладони на прилавок.
– Не переживай. Я принесу тебе листья. И я работаю над более сильным эликсиром. Я все еще пытаюсь найти лекарство. Ты никуда не денешься, Фил. И ни капельки не потеряешь в своих размерах, я обещаю.
– Ну, это мы еще посмотрим. – Он засмеялся и похлопал себя по животу. Затем вытащил украшенный драгоценным камнем кинжал с витрины и протянул его мне. – Держи. У тебя ведь тоже, как и у всех, запасы листьев на исходе. Я знаю, куда ты за ними ходишь, и не думаю, что смогу тебя остановить. Возьми это. Он тебе пригодится.
– Вообще-то, надеюсь, что не пригодится. И нет, я…
Фил подался вперед и сунул кинжал мне в руки.
– Я бы отдал тебе меч, но мне, само собой, очень хочется увидеть, как им будет владеть принц. Все, что у нас осталось, – это наши мечты о великом, понимаешь? Но этот кинжал был сделан в приложение к тому мечу. Он прочный, хотя и не такой изящный. На самом деле я не мог позволить себе ничего лучшего. Однажды ты прославишься, Финли, и, когда это случится, я хочу, чтобы в твоей руке был мой кинжал.
Я покачала головой, но позволила Филу вложить оружие мне в руки. Во всей деревне не найти человека приятнее, но у него была упрямая жилка. У нас всех она была.
– Спасибо. – Я показала Филу кинжал. – Это слишком щедро.
– Нет. Теперь я знаю, что ты будешь поддерживать во мне жизнь так долго, как сможешь. Для меня этого достаточно.
– Я бы сделала это в любом случае.
– Знаю. – Он подмигнул.
С глупой ухмылкой я прижимала кинжал к груди, пока тащила домой все покупки. Только когда я добралась до входной двери, моя улыбка потускнела, а затем исчезла. Мне требовалось немного поухаживать за выращенным в тесноте эверлассом, но работа не заняла бы столько времени, чтобы хорошенько отвлечься.
Для меня настал момент истины. Неужели я просто убила своего отца?
Мое сердце ушло в пятки при виде опустевшей гостиной. Страх поселился в глубине живота.
Я положила покупки на стол и собралась с духом. Медленными, решительными шагами я направилась в комнату отца. Дверь была приоткрыта, и изнутри доносились приглушенные голоса. Однако я не слышала плача.
Не смея даже надеяться, я протиснулась в комнату. Хэннон склонился над кроватью, промокая лоб отца полотенцем. Дэш и Сейбл сидели на стульях рядом с ним, наблюдая за происходящим.
Дэш взглянул в мою сторону, и широкая улыбка осветила его лицо. Сейбл с облегчением вздохнула.
– У тебя получилось, – тихо произнес Хэннон, не отрываясь от занятия.
– Получилось что? – спросил отец скрипучим голосом.
Внутри меня все перевернулось. Колени подогнулись, и я схватилась за дверной косяк, чтобы устоять на ногах. Отец заговорил! Он произнес связные слова! Он уже давно этого не делал, а даже когда пытался, из его рта вырывались лишь кашель и хрип.
– Финли создала эликсир, чтобы спасти тебя из лап смерти. – Хэннон посмотрел на меня, его глаза блестели от слез. – Ты всегда говорила, что создашь лекарство, и ты сделала это.
– Эй, эй! Давай не будем… – Я протянула руку, чтобы остановить его.
– Моя Финли всегда хорошо разбиралась в растениях, – проговорил отец, с затуманенными глазами улыбаясь мне. – Она получила этот дар от богини, точно говорю. Все всегда так говорили. Да, она была дикаркой, но могла сотворить чудо, если в ее распоряжении был эверласс и немного времени. Когда-нибудь она предстала бы перед королевой, если бы не настал конец света. Я всегда был строг с ней, но мне приходилось! Нужно было научить ее правильно себя вести, чтобы потом она могла предстать перед членами королевской семьи. Глупой, безмозглой девчонке не положено разговаривать с королевой. Она была нашей надеждой на лучшую жизнь.
Слезы наполнили мои глаза. Раньше отец никогда не говорил таких слов. Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь предполагал, что у меня может быть светлое будущее. Потом королева умерла, и проклятие пало на нас. Отец продолжал притворяться, что пытается приструнить меня, но, когда заболела бабуля, а потом мама…
Его надежды рухнули.
– У нас будет лучшая жизнь. – Я подошла к отцу с другой стороны кровати и взяла его за руку. – Когда-нибудь обязательно будет.
Я пощупала его лоб. Прохладный. Температура спала. Глаза отца были немного налиты кровью, но взгляд постепенно прояснялся.
Он улыбнулся мне, а затем его веки опустились.
– Да, все у нас будет, Финли.
– Могу я поговорить с тобой в гостиной? – тихо спросил Хэннон.
– Да, конечно. – Я последовала за братом, едва способная дышать от потрясения. – Но как мы можем быть уверены, что это лекарство спасло отца?
– Честно говоря… Мне не следовало этого говорить. Судить еще слишком рано. Но даже если лекарство не до конца уничтожило болезнь, это огромный шаг в правильном направлении. Огромный шаг, Финли. Мы подождем и посмотрим, насколько отступит болезнь, а потом решим, что делать дальше.
– Если болезнь не уничтожена, тогда нам придется действовать наугад, – сказала я, лихорадочно размышляя, и вытерла слезы, катившиеся по моим щекам. – Это будет означать, что первая партия лекарства была недостаточно крепкой. Но я не могу просто накачивать отца эликсиром. Не думаю, что выращенный в тесноте эверласс так работает. Будь проклят Найфейн за то, что так быстро сбежал! Мне нужно больше информации.
Хэннон сжал мое плечо.
– Пусть он ушел раньше, чем ты хотела, но все-таки именно он натолкнул тебя на это открытие. Спасая его жизнь, ты смогла спасти отца. И в конечном счете других жителей деревни.
– А ты, как я посмотрю, внезапно встал на его сторону? Твоя обида из-за того, что тебя подпоили снотворным, прошла?
– Прощена, но не забыта. Я не такой злопамятный, как ты…
Я послала брату хмурый взгляд.
– Ладно, неважно. В любом случае я купила все, что тебе нужно…
– Что нам нужно. Эти покупки нужны не только мне…
– Да, да, ты понял, что я имею в виду. Между прочим, у Фила проявилась болезнь, а у его семьи совсем нет эверласса. Мне нужно раздобыть ему немного листьев, а также собрать побольше урожая с выращенного в тесноте растения. Придется снова пойти в Запретный Лес.
– Когда?
Я выглянула в окно.
– Я могла бы либо поскорее отправиться в путь сейчас и попытаться вернуться до темноты, либо пойти позже, когда лес… вероятно, будет расчищен хромающим драконом.
– Иди сейчас. Если Найфейну так плохо, как ты описала, я сомневаюсь, что у него получится расчистить лес сегодня вечером. Приготовь ему какой-нибудь бальзам и заживляющие мази. Если не встретишь его, просто оставь их на поле эверласса. Он обязательно заглянет туда.