Нет, нет и ещё раз... да! (СИ)

Карина хорошо помнила, какие планы отец строит на дочь — подвергнуть опасному ритуалу, и если дочурка выдержит, спихнуть её замуж. Самое лучшее решение неожиданно свалившейся на голову проблемы Карина видела в том, чтобы постараться не попасться гранд-канцлеру на глаза, а значит, как можно меньше гулять по городу. Здесь, в ателье, она чувствовала себя в безопасности. Не будет же правитель шастать по женским салонам.
Тревожные мысли были прерваны посетительницей — богатой госпожой, которая привезла в салон двух дочерей. Все трое собирались заказать дорогие наряды. Сёстры-модистки и Карина засуетились вокруг клиенток, снимая мерки и подбирая ткани. Однако непостижимым образом разговор постоянно переключался на животрепещущую тему — визит в город гранд-канцлера.
— Говорят, его величие Гранде со свитой поселились в гостином дворе городской ратуши, — с придыханием рассказывала госпожа. — Пороги ратуши уже обивает весь цвет Бьонсберга с просьбой об аудиенции.
Эта информация успокоила Карину. Похоже, у Гранде не будет времени на бесцельные прогулки по городу и вероятность неожиданно встретиться с ним близка к нулю. А раз так, нужно отбросить лишние волнения и заняться реализацией своего бизнес-плана.
Когда заказ был согласован и посетительницы собрались ретироваться, Карина предложила им взглянуть на кое-какие примечательные безделицы.
— Наш салон предлагает всем клиентам купить со скидкой шейные платки в цветах герба города, чтобы поприветствовать ими прибытие в Бьонсберг гранд-канцлера и поддержать нашу команду в турнире городов, — в заранее подготовленную реплику Карина добавила импровизацию о гранд-канцлере. — Всего один сфольдо, чтобы почувствовать себя частью нашего чудесного города. Просто наденьте эти платки на празднество в честь приезда его величия Гранде, так же, как это собираются сделать другие горожане.
И госпожа, и обе дочери неожиданно проявили к платкам интерес. Что уж на них больше подействовало: речь Карины, яркая расцветка или невысокая цена — неизвестно, но они купили сразу шесть.
За посетительницами закрылась дверь, а Карина неожиданно осознала, что только что заработала три сфольдо, потому что себестоимость каждого платка была всего пол сфольдо.
Окрылённая успехом, она надела на шею один из платков и по накатанной схеме продолжила предлагать свою авторскую фанатскую атрибутику каждому новому клиенту. Удивительно, но почти никто не отказывался. Возможно, Карине на руку сыграла атмосфера всеобщего возбуждения, которое вызвал визит в город гранд-канцлера и предстоящий праздник.
Лия и Мия не остались в стороне. К середине дня Карина заметила, что они обе уже повязали себе на шею платки.
— В твоей идее что-то есть, милая, — признала строгая Лия во время обеденного перерыва.
Притом, что её более мягкая сестра умудрилась продать несколько платков булочнице, которая принесла в салон обед. Сегодня Карине уже не казалось, что пол сфольдо за местную пиццу такая уж неподъёмная для неё цена.
К концу рабочего дня в салон потянулись торговцы из соседних лавок. Они приходили не делать заказы — им не по карману одеваться в салоне Бринхилд, а целенаправленно за платками. Оказывается, уже включилось сарафанное радио, которое может быстро распространять по городу информацию даже в отсутствие интернета. Всего один сфольдо, чтобы быть как все, чтобы почувствовать атмосферу праздника и всеобщей радости. Кто ж откажется?
Запасы платков стремительно истощались, но у Карины появились помощницы. Мия и Лия решили задержаться в салоне по окончанию рабочего дня, и новая партия платков уже шилась в шесть рук. Сёстры предложили честные и даже, можно сказать, щедрые условия сотрудничества. Вся прибыль будет делиться поровну, а с каждых ста проданных платков автору идеи будет начисляться дополнительные десять сфольдо.
Домой Карина возвращалась усталая, но довольная. Совместными усилиями за вечер было пошито почти пятьсот платков.
. .
— Ваше величие Гранде, вашей аудиенции просит господин Мартвел, владелец судоверфи, — доложил статс-секретарь.
 
Вилар уже второй день подряд принимал многочисленных представителей знати Бьонсберга. Они считали своим долгом засвидетельствовать почтение и преподнести подарок, а некоторые самые пронырливые ещё и попросить о каком-нибудь одолжении. Но Вилар приехал в Бьонсберг не для этого.
— Прими его сам, — распорядился он. — Потом доложишь, что он хотел. И с остальными, кто будет просить аудиенции, побеседуешь собственнолично. Собираюсь отдохнуть до вечера.
— Будет исполнено, — статс-секретарь поклонился и вышел из кабинета.
Вилар спустился в свои покои, переоделся в потёртый костюм уличного торговца и выпил зелья, которое старит. Как только оно подействовало, он вышел с гостиного двора через чёрный ход.
  
Глава 31. Ажиотаж
 
Вилар всегда считал полезным прогуляться по городу в таком облике, в котором его никто не узнает. Можно получить много интересной информации, какую по-другому и не добыть. Только смешавшись с толпой, можно ощутить её настроение, только послушав рыночные перепалки и сплетни извозчиков, можно понять, чем живут твои верноподданные.
Так поступал его отец, так теперь поступает и сам Вилар. Благо, изменить внешность для магов из рода Лоиз не составляет труда. В их власти на некоторое время визуально состариться или помолодеть. Нужно лишь специальное зелье, под действием которого создаётся нужная иллюзия. Никто другой в Хортен-Фьорде, кроме носителей родовой магии Лоиз, не способен на подобное.
Вилар шагал по центральной улице Бьонсберга и сравнивал кипящую вокруг жизнь со столичной. В столице он регулярно проводил подобные инспекции, а здесь прогуливался в изменённом образе впервые. Бьонсберг — достаточно крупный город, центр торговли, известен своими магазинами, салонами и ярмарками.
На первый взгляд ничего, что отличало бы горожан от жителей столицы, Вилар не заметил. Однако он приехал сюда неспроста — не только ради инспекции. Бьонсберг — главный город владений Торбьона, а у Вилара к нему появились вопросы.
Шпионы, которых Вилар приставил приглядывать за канцлером, доложили ему, что предположительно тому удалось отыскать Каролайн. Во всяком случае, в его замке не так давно была замечена гостья. Вилар ждал сигнал Торбьона, что беглянка поймана, но прошло уже несколько дней, а никаких известий не поступило. Возможно, канцлер отправил письмо обычной почтой, поэтому оно ещё не дошло. Но почему же он не посчитал нужным послать гонца, чтобы как можно скорее сообщить отцу о дочери?
Было нечто подозрительное в том, что Торбьон медлит. Как бы то ни было, Вилар решил не ждать. Ему хотелось немедленно убедиться, что Каролайн в замке у канцлера. Она нужна ему срочно. Если О'отон найдет Эгмунда, то Вилару необходимо будет выполнить свою часть сделки.
— Господин, не желаете воспользоваться экипажем? — извозчик, дежуривший на углу улицы, попытался привлечь к себе внимание. — Всего за пол сфольдо доставлю вас в любой конец города.
Вилар отметил, что кучера в Бьонсберге не менее навязчивы, чем в столице. А вот цены отличаются. В столице за извоз просят, по меньшей мере, сфольдо. Бросилось в глаза и ещё одно отличие — на шее у кучера был повязан яркий платок. Такой же в точности Вилар только что видел у нескольких горожан. Не заметить их было невозможно. Зелёный и оранжевый цвет бросались в глаза.
Вилар решил воспользоваться экипажем.
— До рыночной площади, — распорядился он, занимая пассажирское сиденье.
В планах было купить небольшую партию какого-нибудь ходового товара и отправится в замок Торбьона. Там под видом разъездного торговца побеседовать со слугами и увидеть обстановку своими глазами.
Извозчик оказался любителем поговорить. Впрочем, они все такие. Он без устали делился последними новостями и все они сводились к одному — к визиту в город гранд-канцлера. Вилар услышал в свой адрес пару нелестных крепких словечек. В столице извозчики тоже любят злословить и тоже в основном в адрес власти. При этом ругательства были пропитаны благоговением и почтением. А если перед тобой благоговеют даже извозчики, можно считать свою власть незыблемой.