Нет, нет и ещё раз... да! (СИ)
— Сегодня захватил для вас роман Захарии д'Дайн "Сказания о магах Хортен-Фьорда". Вам доводилось читать её книги?
— Нет.
— Более увлекательной истории мне ещё не попадалось. Однажды я случайно наткнулся на эту книгу в отцовской библиотеке и так увлёкся, что не смог остановиться, пока не дочитал. Не спал всю ночь. Ох и попало мне тогда от отца, — усмехнулся Корнелиус.
— Вы прочли этот роман ещё подростком? — догадалась Карина.
Простой вопрос почему-то вызвал некоторое замешательство у садовника.
— Можно и так сказать, — неопределённо ответил он.
Как бы то ни было, реклама книги Корнелиусу удалась. Карина загорелась поскорее прочесть историю. Хотя не понятно, когда у неё появится на это время. Первой задачей на остаток вечера было накормить питомцев.
— Корнелиус, не хочу вас отпускать, — честно призналась Карина, когда они подошли к особняку. — Оставайтесь на чай.
— С удовольствием, — не стал он отказываться. Более того, вызвался помочь сварить нектар для подопечных Матильды.
Они вместе хозяйничали на кухне — готовили угощение для летучих мышей и одновременно фруктовый чай для себя. К чаю у Корнелиуса нашлось печенье. После того, как "милые крошки" были накормлены, Карина с садовником уютно устроились в гостиной, чтобы скоротать вечер за чашкой горячего напитка и беседой. Не терпелось расспросить Корнелиуса о том, как обстоят дела в замке и как себя чувствует Торбьон.
— Его светлость идёт на поправку, — отчитался садовник. — Магистр обещает, что дня через три-четыре поставит его на ноги.
Карину порадовало и то, что Торбьон выздоравливает, и то, что у неё в запасе есть ещё минимум три дня до того момента, как у канцлера появится возможность её искать. Через три дня состоится турнир городов. Перед началом соревнований Карина попробует распродать партию атрибутики, которую успеет к тому времени пошить. Дальше в планах было выкупить кулон. Она передаст его Торбьону. Это будет справедливо. Родовой артефакт должен вернуться хозяину. Карина попробует воспользоваться ситуацией и навязать канцлеру сделку. За то, что помогла ему получить назад свой камень, он оставляет её в покое. Пойдет ли Торбьон на подобный бартер? Может и пойдёт. Артефакт ему совершенно необходим, если он не хочет и дальше подвергать себя опасности во время путешествий к храму. Но что если он не согласится? Тогда Карина снова сбежит. На этот раз уже далеко-далеко, чтобы ни сам канцлер, ни его шпионы её не нашли.
Глава 28. Книга с иллюстрациями
Карина задала Корнелиусу ещё несколько вопросов о Торбьоне, и незаметно их разговор зашёл о детстве и юности канцлера.
— Он рано потерял отца, — поведал садовник. — Его мать второй раз вышла замуж. И владельцем замка стал его отчим — вице-канцлер Вергилий. До достижения Торбьоном совершеннолетия именно Вергилий получал в полное распоряжение все земли Дак'Кастеров и всё их состояние.
— Кажется, я читала об этом в книге, которую вы принесли мне вчера, — вспомнилось Карине. — Но дела недавние упоминались там вскользь, в основном повествование шло о седой старине. А мне бы хотелось узнать, что за человек был Вергилий.
— Не могу сказать о нём доброго слова. Вице-канцлер слыл прожигателем жизни. Любитель развлечений и пустых удовольствий, он быстро просадил состояние Дак'Кастеров. И хуже того, он не беспокоился о безопасности родовых владений. О ритуалах, которые нужно проводить в Храме Четырех Стихий, и речи не шло.
— Его беспечность имела последствия?
— Ещё какие! — покачал головой Корнелиус. — Природная гармония, которую должен поддерживать род Дак'Кастеров, была разрушена. Их земли снова стали подвергаться воздействию безжалостной природной стихии. Лесные пожары и разрушительные бури стали происходить всё чаще и чаще. Жители горных долин теряли посевы. Пастбища превращались в пустоши. Владения Дак'Кастеров и сам замок пришли в запустение.
Вот же негодяй этот Вергилий!
— Но ситуация ведь как-то исправилась? Сейчас замок выглядит образцово.
— Да. Владения Дак'Кастеров спас Торбьон. Он поднял людей на бунт. Вергилия изгнали из замка с позором. И новым законным владельцем стал наш канцлер. Он возобновил проведение ритуалов в Храме Четырёх Стихий, и спокойствие снова вернулось в горные долины. Вместе со своими людьми он работал не покладая рук, чтобы восстановить поселения и былое величие замка и владений Дак'Кастеров.
Карина слушала с интересом. На неё произвело впечатление, с каким упорством и отвагой Торбьон добивался своего. Испытания, которые выпали на его ранние годы, в какой-то степени объясняли теперешние черты его характера — суровость, дерзость и властность. Не легко взять ответственность за себя и за подданных, поднять людей на бунт, когда сам совсем юн.
— Сколько лет было Торбьону в ту пору?
— Двенадцать.
— Всего лишь двенадцать? — искренне удивилась Карина. Она полагала, что хотя бы шестнадцать-семнадцать. — Совсем ребенок.
— Позвольте не согласиться, моя госпожа, — неожиданно возразил Корнелиус. — В двенадцать лет мужчина уже должен обладать достаточной доблестью и ответственностью, чтобы выполнять свой долг.
На долю секунды Карина опять неожиданно увидела в Корнелиусе светловолосого паренька — по-юношески запальчивого и эмоционального. А ещё ей показалось, что последняя его фраза была не столько про Торбьона, сколько про себя.
— Вам пришлось нелегко, когда вы были подростком, ведь так?
Карина сама удивилась, почему у неё слетел с языка настолько личный вопрос. Имела ли она право интересоваться тем, что её совершенно не касалось? Она уже собиралась извиниться и сменить тему, но Корнелиус решил ей ответить.
— И да, и нет, моя госпожа. Моё детство и юность были беззаботными и безоблачными. Я ни в чём не нуждался, пока не произошли события, которые стали для меня испытанием.
Карина надеялась, что это вступление к долгой и захватывающей истории, но больше Корнелиус не сказал ни слова. Расспрашивать Карина не решилась, но она верила, что рано или поздно садовник поделится тем, что с ним случилось в юности.
— Время позднее, мне пора откланяться, моя госпожа, — начал прощаться Корнелиус.
Действительно, вечер уже давно сменила ночь. Карина вдруг поняла, что задержала гостя слишком долго. Уже и экипажи не ездят. Как же он будет добираться в замок? Пешком? Нет, так не годится.
— Корнелиус, могу ли предложить вам остаться моим гостем до завтра? Ночь — не лучшее время для пеших прогулок.
Карина полагала, что садовник из вежливости начнет отказываться, однако он неожиданно быстро согласился.
— Буду вам признателен, — он подарил ей свою фирменную мягкую улыбку.
Карина проводила Корнелиуса в Лазурную спальню. Здесь царил относительный порядок. Но всё же Карина наметила провести и в этой комнате, и во всём особняке генеральную уборку, как только у неё выдастся время. Она бы и двор немного облагородила — уж больно он запущен, но это дело совсем не скорой перспективы — в ближайшие дни предстояло заниматься более насущными проблемами.
Перед сном Карина решила немного почитать. Открыла книгу, которую ей сегодня принес Корнелиус. "Сказания о магах Хортен-Фьорда". Звучало интригующе. Порадовало, что издание хорошо иллюстрировано. Почти каждая глава сопровождалась картинкой.
Садовник нисколько не преувеличивал, когда сказал, что от истории невозможно оторваться. Карина углубилась в чтение и перестала замечать ход времени. Автор вела повествование от лица девушки-сироты, которая обнаружила у себя дар. Чутьё подсказывало, что история основана на реальных событиях, и это делало роман ещё более интересным.
Карина обращала внимание на каждую деталь, которая описывалась в книге. Ведь она подозревала, что у неё тоже есть какой-то дар, позволяющий ей видеть в Корнелиусе юношу, которым он был когда-то. Может, Карина способна ощущать минувшее? Вот было бы здорово — видеть каждого насквозь и знать, что с ним приключилось в прошлом. Правда, пока она не придумала, какую пользу можно было бы извлечь из этого дара.