Начало (СИ)
— Держись, — хлопнул по плечу, один здоровяк. Упакованный как новогодняя елка пистолет, автомат, разгрузка, гранаты, нож, наколенники, налокотники и много дополнительных мелочей. Рядом с ним был также собран для выхода из поселения его товарищ, который добавил:
— Удачи, — и они оба взвалив свои рюкзаки на плечи, пошли на выход,
Слухи, о вчерашнем инциденте, распространились среди местного населения очень быстро, и все мои попытки быть ниже травы и тише воды, накрывались медным тазом, с каждым человеком, подходившим ко мне и в двух словах высказываясь. Кто с упреком, кто с поддержкой, но мне явно давали понять, что долго я не выстою в этом противостоянии.
Мой завтрак затянулся на длительное время, потому как постоянно отвлекали. В основном я отмалчивался, иногда говорил спасибо.
Народ уходил и приходил, зал при этом не пустовал, что не характерно для такого времени. Время завтрака прошло, а до обеда было еще далеко. Можно поверить в припозднившихся, но ведь не в таком количестве.
Допив чай, поспешил на выход, находиться в месте большого скопления людей, для меня в данный момент тяжело, слишком большая нагрузка, постоянно в напряжении.
Очутившись на улице, не забывая осматриваться по сторонам, пошел к лавке Гризли. Старался вести себя не как затравленный зверь во время охоты, но и не расслаблялся.
Удивительно, но до лавки, где находится Гризли, я добрался без происшествий. Вошел в лавку и, убедившись, что кроме нас никого нет, облегченно вздохнул.
— Здорово, герой, — пробасил Гризли, — наслышан, уже многие знают, о твоем разговоре с Ханом,
- Сам, что думаешь? — спросил его, еще не понимая, какова его позиция в этом вопросе,
— То что, пошел на конфликт с ним, глупо и безрассудно, но учитывая обстоятельства, храбро, — подытожил Гризли,
— Надеюсь, я не поставил тебя в неловкое положение?
— Хех, — усмехнулся, он, — сегодня приходили, забрали свои камеры, и главное вежливо, культурно. Здорово ты с ними вчера, рассказывают всякое, тут уже история обросла мхом. Кто что говорит, и божатся, что видели сами.
— Не было ни кого при разговоре, кроме Бороды и Ласки,
— Это ты так думаешь, народ ушлый, видеть может, не видели, но подслушать могли,
— Да уж, нажил я себе врагов,
— А то, — произнес Гризли, так словно забивал контрольный гвоздь в крышку гроба, — теперь будь осторожен, Хан злопамятен, нас он может и не тронет, а тебе обиды и унижения не простит. Вот как покончит с тобой, тогда и нас накажет, в назидание другим. Так что, береги себя.
— Ясно, — произнес, я с придыханием, убитым голосом.
— Да не расстраивайся так, держи хвост пистолетом, — приободрил он, меня, похлопав по плечу.
— Да как то не правильно, все, порядка нет, как всегда, кто сильнее и наглее диктует правила,
— Мужик, ты меня удивляешь, вроде не ребенок, а очевидные истины, не понимаешь. Так было всегда, сильный, пожирает слабого. Сам то, вчера что сделал?
— Что?
— Показал силу, половина вольных проходчиков из местной привязки, к тебе с уважением относится, а еще день назад, о тебе ни кто не знал, — многозначительно сказал он, жестикулируя рукой.
— Мне, такая известность, и даром не нужна, домой хочу, — ответил ему с тоской в голосе,
— О-о-о-о-о-о, братан, ты не один такой, — со вздохом сказал Гризли, — все хотят, хотя может и не все, но большинство, точно. Только видишь, какая загвоздка, нам туда дорога закрыта,
— Мы еще, посмотрим, — сказал решительным голосом, глядя ему в глаза,
— Кто знает, может у тебя и получиться,
— Посмотрим, время покажет,
— Хех, надеюсь, как найдешь способ убраться отсюда, прихватишь старину Гризли с собой?
— Найду, как, тогда и заберу, — улыбнулся, я,
— Ну и замечательно, — протяжно сказал Гризли, — а теперь давай о деле,
— Да конечно, что там по списку?
— М-м-м-м-м, я думал сначала с твоим уловом закончить, а потом перейти к десерту, — скривился, он,
— Хорошо, давай с уловом, дверь только прикрой,
Гризли хлопнул себя ладонью по лбу:
— Точно, прости, не подумал, — и пошел замыкать дверь, заодно опустил жалюзи на окнах, в помещении, сначала стало темно, но потом загорелся свет.
Активировал хранилище и достал футболку, завязанную в узел, пока развязывал, Гризли с удивлением смотрел то на меня, то на футболку.
— Оригинально, и чего ни кто не додумался раньше до такого. Сколько нормальных парней, потеряло честно заработанное, а тут так просто.
Закончив с узлами, я развернул футболку и, там лежало, то мое богатство, что смог собрать за эти дни.
— Все потому что, простого не замечаете, — подметил я, — это все равно, что тебе, дать решить задачку на логику для первоклассника. Ты будешь применять сложные формулы, проводить расчеты, но итог, задачу ты не решишь, или придешь к ответу не с той стороны, потеряв много времени. Это я к чему, думать нужно иногда не стандартно.
Закончив дискуссию, начались подсчеты и сверка с моим списком. Минут через пятнадцать, Гризли удовлетворительно кивнув, перевел мне оговоренное на счет, о чем засвидетельствовал звук подтверждения на КПК.
— С вами приятно иметь дело, — сказал я наигранно,
— О, заходите еще, мы рады вас видеть всегда, двери нашего магазина всегда открыты для вас, — подхватил игру Гризли,
— Так что на счет второго списка? — уже перейдя на нормальный тон,
— Завтра заберешь, — махнул рукой Гризли, — там я от себя, еще пару житейских мелочей добавил. Кстати трюк с футболкой — это здорово, но я придумал, как усовершенствовать. Используй еще один рюкзак,
— Вот, — усмехнулся его словам, — молодец, давай выпускай меня, до завтра,
— Нет не до завтра, — и на мое вопросительное выражение лица, добавил, — сегодня вечером к Бороде загляну, там и увидимся,
— А-а-а-а-а-а, — кивнул ему головой,
От Гризли я вышел в хорошем, настроении, для начала не обманул, что уже хорошо, опять же зла не держит, по крайней мере, открыто ничего не сказал.
Времени было еще вагон и маленькая тележка, но уже решил, что попробую зайти к Ворчуну пораньше.
*****
— Шеф, звали? — в проеме двери показалась голова Креста,
— Заходи, и этих твоих долбоящеров заводи, — откинувшись на спинку кресла сказал Хан,
В комнату слабоосвещенную зашли трое, Крест, Крот и Рыжий, кроме них в помещении были как всегда Сохатый, Клим и Рашпиль. Троица вошедших решили сеть на расставленные стулья, неспроста их позвал Хан.
— Я вам разве предлагал садиться? — зло, посмотрев на них, спросил хозяин помещения,
— Нет, — ответил Рыжий,
— Значит, так, парни, вы меня подписали вчера под этого мужика, вам и ответ держать.
— Шеф, но мы же, — начал оправдываться Крест,
— Мы же, мы же, дважды спустили в трубу свои жизни, и ничему не научились, он один вас троих, как щенков. Вы наводите тень на мое имя, из-за вас, моя репутация и авторитет пошатнулись,
— Шеф, — снова начал Крест,
— Я тебе слово еще не давал. А вот теперь ты, — и рукой Хан указал на Рыжего, рассказывай, что произошло здесь в поселении,
Рыжий ссутулившись, вышел вперед:
— Ну, мы, это, короче, увидели его, здесь, и решили навести справки, кто чего, почем, поставили камеру со звуком, — и замялся,
— Дальше, рассказывай, не молчи,
— Короче, на следующий день начали слежку за ним, он нас, наверное, почувствовал, и скрылся в переулке, ну там, в общем, если бы не разделились, то упустили бы его. Короче, Крест его сзади по голове огрел. Короче, начали шмонать его, а как очухался на бабки выставлять. Крест, так смешно его разводил, но он, словно не слышал нас, был спокоен и, не возмутим. Короче, потом у меня все как в тумане, тело меня не слушается, а в голове только одно звучит «убей их», я даже не понял, что произошло. А очнулся уже на точке возрождения.
— Ну, что скажешь? — обернулся Хан, адресуя свой вопрос Сохатому,
— Примерно, также, — коротко ответил он,