Стихийное бедствие заказывали? (СИ)

Но я не стала бы этого утверждать, так как все трое оказались чем-то неуловимо похожи. — А это кто?
И что они здесь делают? — одними губами прошептала, смотря на мужчин.
— Это родители небезызвестных тебе аристократов. Почему нет четвертого, не знаю, видимо, дела, или его сын уже обручен, — шепнул мне юноша на ухо, пока мы подходили к дверям.
— Что значит, обручен? Ты хочешь сказать, что эти снобы по мою душу?
А почему они к вам явились? — не поняла я.
— Не знаю. Но, думаю, нам сейчас об этом поведают, — вздохнул Ридэш.
Ему ситуация не нравилась так же, как и мне. — Быстро же они опомнились, — процедила сквозь зубы.
— Я только недавно проявила свой дар, а они уже тут как тут, слетелись, как стервятники. — А ты как думала?
Такое сокровище и бесхозное, — отозвался Ридэш. Брат.
Даже странно было так его называть даже про себя. Первыми нас заметили питомцы.
Судя по их недовольным выражениям, гости не только нам не доставляли радости, но и они их сразу же невзлюбили, наверняка услышали то, что им не понравилось, и я не удивлена, ведь аристократы настолько беспардонны, что скорее всего уже делили шкуру не убитого хвырша, точнее меня. Вот мои пушистые друзья и разозлились.
— А вот и юные дарования, — оскалился Высь, мотнув хвостом и, словно невзначай задевая одного из мужчин по лицу. Я едва сдержала смешок, но с благодарностью посмотрела на питомца.
Таким образом он смог показать, кто из гостей самый ретивый. Это же успел понять и мой спутник.
Глаза присутствующих впились в нас с братом. Я едва не споткнулась, но смогла дойти до своего места с гордо поднятой головой.
Присела рядом с мамой. Ридэш расположился со мной.
И уже через секунду, быстро переглянувшись с другом, с полуслова и полу взгляда поняв друг друга, с рыками и наперегонки стали есть, не соблюдая никаких приличий. Я успела толкнуть маму в бок, чтобы подыграла.
Она в свою очередь подала знак хозяевам дома. Леди Тариэра тут же умилилась и пропела:— Бедолажки, какие голодные.
Всего полдня в школе, а так измотались. — Да, надо будет их почаще подкармливать, а то с таким расходом сил совсем отощают, — включился в разговор и отец семейства.
— То есть, их манеры вас не смущают? — досадливо скривился один из гостей.
— Вас они смущают? — оскалилась мама.
От ее ухмылки даже я едва не подавилась, что уж говорить о неподготовленных мужчинах. — В таком случае, смею вам рекомендовать поискать другую невесту.
А мы пока будем учиться манерам. — Тэриша, дорогая, думаешь, стоит?
Девочка и так прекрасно себя ведет. А голод не шутка, любой сорваться может, — пропела мама Ридэша.
— Да, ты права, а кому не нравится, мы ведь никого не держим. Я прекрасно видела, каких трудов стоило мужчинам усидеть на месте.
Но они остались. Стойкие какие попались.
Ничего, мы еще только начали. Вот только что бы еще такого придумать, чтобы и родителей не опозорить, и аристократов отвадить?
Как назло в голову лезли только всякие неподобающие леди шутки. И тут меня выручил Высь, он под столом расстелил мне на коленях полотенце, и я с удовольствием вытерла руки.
Со стороны смотрелось, словно я их о платье вытираю. Одного из аристократов перекосило, а тут еще и икота на меня напала, стесняться не стала.
 
Да, от своего отвратительного поведения я и сама готова была побиться головой об стол, но сейчас важнее было выпроводить нежданных гостей, ведь по-хорошему же они не уйдут, а выставлять аристократа за дверь не принято, иначе жди неприятностей. Эх!
Как же в этом плане проще безродным, они ни на что не обращают внимания особо не заморачиваются с манерами. — Ну, что?
Теперь пошалим? — обернулась к братцу.
— Колданем? — В кого превращать будешь?
В осла или козла? — деловито осведомился Ридэш.
Наши родители сидели с каменными лицами, словно так и надо и все в порядке вещей. — А, — махнула рукой.
— Там видно будет. Если сильно достанут, то и в жабу.
Будет песни петь и крыльями махать. — Тогда надо отправиться… ммм… Где бы нам на приключения нарваться?
— воздел очи к потолку юноша. — Да что тут думать?
Прямо в школе, уверена, нас там уже ждут. А мы их всех нечаянно и… ррраз… а потом будем каяться и заламывать руки.
Кстати, мы там кому-то лбы разбили, может, с них и начнем, чтобы впредь неповадно было каменные подножки ставить, — с азартом выдала и вскочила из-за стола, опрокинув стул, но сделала вид словно не заметила. — Только попробуйте, — не выдержали гости, вскакивая вместе с нами со своих мест.
— А вы, собственно, кто? — я сделала вид, что только сейчас их заметила.
— Дэриша, радость моя, это сваты, пришли к тебе свататься, — пропела мама. Я подавилась воздухом.
— Что, все трое? Вы решили для меня построить гарем?
Так может и их в жаб? — с надеждой попросила, заставив мужчин позеленеть от злости.
— Нельзя, это уважаемые члены общества, герцог, барон и маркиз. Их никак нельзя в жаб, — как с душевнобольной начала разговаривать мама Ридэша.
— А зачем им я? Раз они такие уважаемые, то зачем им черная ведьма?
— удивилась я искренне. — Да еще и всем троим.
— Так они решили предоставить выбор тебе, — отозвался отец семейства. — А не староваты они для меня?
— спросила и сама едва не расхохоталась, когда все трое едва кипеть не начали от возмущения. — Так они не сами, а сыновей сватать пришли, — пояснила мама.
— А кто у них сыновья? — прищурилась и глянула на Ридэша.
Тот с радостью поведал:— Как раз те, кого ты только что в жаб превратить хотела, это они пытались поставить каменную подножку. Я снова мысленно дала сама себе подзатыльник, так как стало стыдно, ведь прекрасно осознавала, насколько ужасно себя веду.
Да, мне было стыдно, неудобно и неловко, но это казался мне единственный способ избавиться от сватовства. Во всяком случае я на это надеялась.
— Шишки-то хоть сошли? — усмехнулась, рассматривая мужчин.
В любой другой ситуации я бы только восхитилась, насколько хорошо они выглядели, и не скажешь, что у каждого взрослый сын. Отвечать нам не пожелали.
Склонив головы, все трое поторопились покинуть дом Ридэша, а мы выдохнули с облегчением, и только когда остались одни, я, наконец, спросила:— А на самом деле, с чего они вдруг сюда примчались? И как я должна была выбирать?