90-е: Шоу должно продолжаться 8 (СИ)

  
Глава 2
 
— А вот и моя Маша! — Гарик остановил мутный взгляд на одной из девушек. Шагнул к ней, протянул обе руки, потом с недоумением воззрился на микрофон, будто силясь сообразить, что же это такое он в руках держит. Очки на его лице покосились, он зашевелил губами. Потом вспомнил, зачем микрофон и поднес его к лицу. — Маруся-Маруся! С тобой я напьюся!
Длинноногие модели, стоявшие по бокам от девушки, на которую залип Гарик, шарахнулись в стороны. А сам виновник торжества обнял свою «звезду» и повис на ней. — Машенька, ты здесь самая лучшая, поняла? Если кто-то скажет другое, покажи мне его, и я ему… того… этого… ик! Подправлю лицо, вот! Поняла?
Он сунул микрофон прямо в лицо девушке.
— Я Вера, — сказала она неуверенно.
— А какая разница! — Гарик махнул рукой, снова качнулся, потерял равновесие и повис на девушке. Та обхватила его за талию и беспомощно огляделась. — Была Вера, станешь Маша… Главное, что ты самая лучшая, да? Кстати, девушка, телефончик же оставите…
Микрофон в руке Гарика мотнулся и продолжения его речи было не слышно. Но судя по всему, говорил он что-то весьма неприличное, потому что даже с моего места было видно, как девушка покраснела.
Зал, который с момента появления на сцене Гарика, безмолвствовал, теперь ожил. Раздались шуточки с места, смех и неуверенные аплодисменты.
— Боже, какой позор… — простонала Ирина у меня над ухом. Не успел заметить, когда она пришла в зал из-за кулис.
— Не позор, а испанский стыд! — с важным видом поправил я. — Позор был бы, если бы на сцене пьяная сейчас ты стояла.
— Трындец… — Ирина закрыла лицо руками. — И что теперь делать?
— Пока ничего, — я пожал плечами. — Стоим, смотрим, наслаждаемся.
— Издеваешься? — Ирина убрала руки от лица и посмотрела на меня взглядом несчастного щеночка.
— Ничуть, — усмехнулся я. — Вон туда посмотри. Видишь?
Ирина поднялась на цыпочки. За кулисами маячили Влад и Афоня. Первый сложился пополам от хохота, второй просто ржал и бил себя кулаком по ляжке.
— Мужики развлекаются, — сказал я.
— Ну да, они развлекаются, а у меня мероприятие провалилось, — буркнула Ирина.
— Милая, с чего провалилось-то? — я обнял ее за плечи. — Посмотри на зал, люди в восторге!
— Маша! Маша! — скандировали хором первые ряды. Остальные хохотали в голос, утирали счастливые слезы и орали просто от избытка чувств.
— Они ржут, а не в восторге, — огрызнулась Ирина. — Теперь мне хрен кто поручит проводить мероприятия…
— Знаешь, чтобы специально такое устроить, нужно очень постараться, — сказал я серьезно.
— Ну да, бухой придурок на сцене — это очень смешно, — вздохнула Ирина.
— Расслабься, — засмеялся я. — Теперь те, кто не пошел на это шоу будут завидовать тем, кто тут был. А те, кто был, будут взахлеб делиться подробностями.
— Позорище, блин… — фыркнула Ирина. — Ладно, все-все-все. Намек поняла, ныть прекращаю. Но ты же… Ты же поможешь спасти ситуацию?
— Конечно, милая, — я подмигнул. — Но давай досмотрим, чем история с Машей закончится.
Девушка Вера, которую Гарик принял за Машу и честно пытался со всех сторон ощупать, опомнилась и принялась шлепать его по рукам и отталкивать.
— Нет у меня никакого силикона, вы что, с ума сошли⁈
— Погоди-погоди, я должен проверить… Все должно быть… ик… честно!
— Вообще-то это я — Маша!
— Ты? Да не, не может быть, какая ты еще Маша? У моей Маруси такие… уоооо… Хотя…
— Дорогие зрители, никуда не уходите, скоро все девушки получат награду… Игорь, Игорь, ты что делаешь?..
— У меня, между прочим, сиськи еще больше!
— А вот и третья Маша! Дай-ка я пощупаю, а то у меня что-то… ик… очки запотели!
— Я не Маша, я Жанна! Между прочим, я не замужем!
На сцене творился развеселый хаос. Самые сообразительные из девушек, до которых быстро дошло, чье это пьяное тело вышло, ломанулись к нему со своим богатством наперевес. Холеные длинноногие дивы откочевали к заднику, переступали та своими высокими каблуками, шушукались и недобро поглядывали на первых. Вера, та самая девушка, на которой Гарик повис, ажиотажа не разделяла и изо всех сил пыталась отбиться от повисшего на ней директора мясокомбината. Но тот вцепился, как клещ. Сиськи у Веры, кстати, были далеко не самые внушительные. Она была довольно миловидная, пухленькая и невысокая. И явно чувствовала себя не в своей тарелке и среди грудастых и наглых красоток, и среди длинноногих моделек, набранных для количества.
 
Пожалуй, пора и впрямь спасать ситуацию, пока она не зашла слишком далеко.
— Ладно, я погнал на сцену, — я чмокнул Ирину в макушку. — Надо успокоить нашего расшалившегося колбасного короля.
Я протиснулся через толпу перед самой сценой и поднялся по боковой лестнице. Помахал раззадоренной публике обеими руками и направился к Гарику и окружающим его девушкам. Чтобы соответствовать творящемуся бредовому хаосу, изобразил «походку страуса». Чем отвлек на себя часть зрительского внимания.
— О, Вовчик! — часто заморгал Гарик, сфокусировав на мне мутный взгляд. — Ну-ка быстро руки убрал, это все мои Маши, понял?
Я выхватил микрофон из рук у конфераньсье.
— Гарик, я тебе удивляюсь! — сказал я, активно размахивая руками. — Ты уже целый час топчешься на сцене и до сих пор не предложил всем выпить за победительницу!
— Выыыпить? — промычал Гарик, и глаза его загорелись. — Выпить, да! Машенька, нам немедленно нужно с тобой выпить. На этот, как его, бурдер… бубер… шамт…
— Я Вера!
— Гарик! — я протиснулся сквозь осаждающих Гарика полуголых девиц и обнял его за плечи. — Не отвлекайся! Ты же колбасный король, где твое величие?
— Выпить… — повторил Гарик.
— Да отпустите вы меня… — чуть не плача простонала Вера.
— Смотри туда, — я ухватил Гарика за волосы и повернул его голову так, чтобы в поле его зрения попал стол, на котором стоял поднос с фигурно порезанной колбасой разных сортов. И табличкой «Новокиневский мясокомбинат».
— О, колбаска! — обрадованно воскликнул Гарик. — Это все моя колбаска, у меня на заводе производится!
Цепкие пальцы Гарика, сжимавшие Веру, наконец-то разжались. Он отодвинул еще одну девицу, которая старалась своими сиськами загородить весь обзор. Кстати, это, кажется, та самая Маша и есть.
— Колбаска! — повторил он. — Девочки, давайте немедленно пожрем! И… ик… выпьем!
Я убрал микрофон подальше от лица и толкнул в бок освобожденную Веру, которая, кажется, даже не поняла, что ее никто не держит. Так и стояла на одном месте.
— Беги, пока он не очнулся, — прошептал я ей на ухо.
— Ой! — она вздрогнула и торопливо выскользнула из кучи-малы посреди сцены.
— Влад! — продолжая удерживать Гарика от падения во все стороны сразу, я повернул голову к кулисам. — Тащи бутылку, срочно надо!
Ржать Влад уже явно устал. И сразу сообразил, к чему я веду, так что никакого удивления не выказал. Подозвал конферансье, прошептал ему что-то ну ухо. У того аж уши заполыхали от возмущения, но Влад ткнул его кулаком в бок, и тот заткнулся. Безропотно взял у Афони початую бутылку «столичной» и с похоронным видом подошел ко мне.
— Гарик! — строго сказал я, заглядывая ему в лицо. Судя по тому, что он начал все больше клевать носом, он был уже почти готов. — Время твоего тоста!
— Тост! — выкрикнул он и взмахнул рукой. Неловко задев ближайшую девушку. Выглядело так, будто он ей оплеуху отвесил.
— Точняк, Гарик! — я продемонстрировал ему бутылку. — Тост!
— Машааа! — взревел Гарик, плотоядно оглядывая окрестности.
— Я Маша! — с готовностью подскочила ему под руку та самая девушка, которую он зацепил молодецким взмахом.
— Маруууууся! — расплылся он в слащавой улыбке и протянул руки к девушке. Девица победно оглядела остальных, поднырнула под его руку и прижалась к Гарику всей собой.
— Мария, — строго сказал я уже не в микрофон. — Нам нужно довести его до цели. Задача ясна?