Платиновое сердце (СИ)

Дыхание стало прерывистым, сбитым. Хотя Женя не касался меня, я ощутила, как напряглись соски на обнаженной груди, которую мои руки невольно потянулись прикрыть. Тем более он очень скоро встал спереди. Снял с меня балетки, а следом зацепил пальцами резинку трусиков с двух сторон. Неторопливо стянул их, и я осталась полностью обнаженной.
Сердце теперь билось через раз. Женька ласково притянул меня к себе и поцеловал в губы, после чего неожиданно подхватил на руки. Через несколько секунд, я погрузилась в приятную горячую воду, при этом без спешки, будто он давал мне время привыкнуть.
Машинально притянув колени к груди, я начала слушать, как Молотов раздевается. Он тоже залез в ванну и, наконец, коснулся моих волос, чтобы снять повязку. Растерянно оглядываясь, я раскрыла рот от удивления. Вся ванная комната была уставлена розами! Лепестки роз усыпали бортики вокруг нас, а еще на них симметрично стояли свечи. Они оказались единственным источником света, так что атмосфера была просто невероятной!
– Боже… – выдохнула я, смущенно посмотрев на обнаженного Женю.
Он явно оказался доволен моей реакцией. Огромная ванна легко вмещала нас двоих, но мне все равно казалось, что здесь очень тесно.
Видя мое стеснение, Молотов не спешил смущать меня еще больше. Он взял бокалы с вином с маленького столика рядом и протянул один мне. Мы осторожно стукнулись, я сделала глоток и стянула виноградину с тарелки, которую Женя поставил поближе.
В этот момент я чувствовала себя так, будто попала в сказку. Будто я невероятно особенная! В этот момент все внутри порывалось сказать: я люблю тебя, Женя! И неважно был бы он готов ответить мне. Главное то, что я это ясно осознавала!
Убедившись, что я расслабилась, любимый забрал у меня бокал и поставил его на бортик рядом с собой. Затем протянул мне руку, которую я доверчиво обхватила. Переместившись, я легла спиной ему на грудь, оказавшись в надежных объятиях.
– Тебе хорошо? – хрипло спросил Женя, зарываясь носом в мои волосы.
Закрыв глаза от удовольствия, я искренне прошептала:
– Мне безумно хорошо…
Некоторое время мы просто лежали в воде, наслаждаясь моментом. Не хотелось ничего говорить, не хотелось ни о чем думать. Только ощущать – здесь и сейчас.
Женя ненавязчиво проводил ладонями по моему телу, оглаживая бедра, живот, шею, едва задевая грудь и промежность. Потихоньку заставляя меня ныть от накатывающего возбуждения.
В какой-то момент он взял мыло, распределил в ладонях и принялся намыливать мое тело. Господи, это было так приятно! Чувственный, интимный массаж. Я окончательно раскрепостилась, ведь Женя не просто касался меня, а возбуждал! Невыносимо медленно плавил меня руками как воск, сопровождая ласку поцелуями в шею, плечи, мочку уха...
Возбуждение стягивалось узлом в животе, вынуждая меня выгибаться и тихо стонать. Молотов тоже непомерно заводился – я хорошо ощущала поясницей, как вырос и окаменел его член. Страсть одолевала нас стремительно. И первой не выдержала я – вдруг повернулась к Жене лицом и поймала его губы своими.
Меня охватывала дрожь. Я села так, что моя промежность теперь касалась крупного возбужденного члена. Но…
– Не торопись, малышка… – прошептал Молотов на тяжелом вдохе, сжав мои волосы.
Хотя сам еле сдерживался, я же знала! Он не удержался и снова поцеловал в губы, но затем все же непреклонно отстранился. Вновь взял мыло и с искушающей улыбкой протянул его мне.
– Теперь твоя очередь.
Щеки вспыхнули. Все было так остро, на грани, что интимное напряжение ничуть не спадало!
Облизнув распухшие от поцелуев губы, я выдавила ароматную субстанцию себе в ладонь и несмело растерла ее. Затем прикоснулась к крепкой влажной груди Жени, настраиваясь быть решительной. А это оказалось очень увлекательное занятие! Я будто скульптуру намыливала: шею, руки, пресс и ниже… Молотов даже сел повыше, давая мне возможность добраться до его самой интимной части тела.
Лицо уже конкретно пылало, руки тряслись, но я старалась не тормозить, когда достигла его горяченной плоти. Тут уже он не смог сдерживать низкие стоны. Дышал сквозь зубы, когда я намыливала ладонями основание члена, тяжелую мошонку и раскрытую розовую головку. Темный взгляд Жени не отрывался от моей покачивающейся обнаженной груди. Как же все это возбуждало… Я все острее чувствовала ноющий жар между ног!
 
– Ничего интимнее в жизни не видел… – вдруг услышала я.
Приняла это за комплимент, поэтому улыбнулась. А Молотов вдруг подтянул меня к себе для властного поцелуя, от которого снесло крышу.
Мы оба были готовы и даже перевозбуждены! На прелюдию больше не осталось ни сил, ни терпения... Поэтому Женя решительно выпрямился вместе со мной и вышагнул из ванны.
  
65
 
Обернув меня и себя полотенцем, он даже не дал мне толком вытереться. Я вновь оказалась в его сильных руках, а затем на большой кровати, застеленной свежим белоснежным бельем.
Нависнув сверху, Женя раскрыл меня и принялся собирать капельки воды на коже своими губами. Целуя каждый сантиметр, согревая дыханием мое обнаженно тело, которое тесно соприкасалось с его телом. Хаотично трогая любимого, я все больше металась от возбуждения, реагируя на малейшие касания. Буквально ощущала себя оголенным проводом! Особенно когда Женя сосредоточил ласку на моей груди, сжимая ее ладонью и бережно втягивая сосок, а второй рукой, в то же время, протолкнулся мне между ног. Начал растирать клитор и разводить пальцами мокрые половые губы.
Чувствуя подступление оргазма, он действовал настойчивее. Надавливал сильнее на разбухший бугорок, переместив поцелуи к моим губам, затем обжигая ими шею, нежное место под ушком…
Я вцепилась в его сильные плечи с когтями, вдруг замерла, зажмурилась и рвано простонала. Несколько раз содрогнулась от волн удовольствия, которые вышвыривали меня в космос. Дыхание Жени стало шумным, тяжелым. Он развел мои ноги шире, чтобы лечь между ними и, отвлекая поцелуем, попробовал протолкнуться в меня пальцами. Потихоньку, терпеливо, бережно. Я с готовностью начала принимать вторжение между ног, но очень скоро тупая боль сбила настрой. И даже заставила меня тихо всхлипнуть.
– Т-ш-ш… Потерпи, малышка, – шепотом утешил Женя, покрывая поцелуями мое лицо.
Я согласно кивнула и вновь постаралась расслабиться. Любимый давал мне время привыкнуть, прежде чем вновь пробовать погрузиться глубже, растянуть меня. И его терпение окупилось. Аккуратные толчки постепенно превратились в плавные движения. Вглубь – назад. Вглубь – назад… пока движения не стали совсем свободными.
Время пришло.
Наши глаза встретились. Я затаила дыхание, ощутив, как Женя переместился, касаясь горячей головкой нежного входа. Он начал медленно погружаться в меня, но почти сразу почувствовал сопротивление. Однако не отступил и не позволил мне убежать. Обнял меня рукой, фиксируя тело, и продолжил входить. Дал мне маленькую передышку, затем сделал неожиданный толчок.
Стон вырвался из горла. С трудом сделав вдох, я отвернулась лицо, переживая неприятные ощущения. Поцеловав меня в висок, Женя положил пальцы на мой клитор, чтобы облегчить состояние и хрипло произнес:
– Расслабься, Марин. Скоро будет хорошо. Обещаю…
Пока в это было трудно поверить. А он продолжал действовать уверенно. Коснувшись губами мочки уха, опьянил меня, и тут же сделал толчок сильнее. Продвинулся глубже, следом еще глубже, больше не давая мне передышек.
Неожиданно боль перемешалась с резким удовольствием. Понадобилось еще какое-то время, чтобы свыкнуться, но Женя двигался во мне уже свободнее, стремительно утягивая в новое, незнакомое наслаждение.
– Умница моя… – прохрипел Женя, когда я невольно обняла его талию ногами, подталкивая входить глубже. – Ты просто невероятная! Таких больше нет…
Я издала сладкий стон, забываясь от охватывающего возбуждения. Боль куда-то испарилась, и слез у меня не было. Все прошло гораздо легче, чем я могла предполагать! Осталось только раствориться в моменте… Сильные толчки, рваное дыхание, стоны. Любимый прижимал меня к себе, двигаясь мощнее резче, нетерпеливее. И я вдруг начала ощущать подступление чего-то сильного. С губ слетали всхлипы, по телу бежали мурашки, живот сводило жаркими вспышками, которые усиливались с каждым толчком!