Платиновое сердце (СИ)

Растерянно посмотрев на Женю, который вальяжно уселся за стол следом за мной, я неосторожно прикусила щеку. Паника током ударила по нервным окончаниям от осознания безысходности ситуации. Я теперь буквально прилипла к стулу, на светлой обивке которого остались красные пятнышки. И совершенно не знала, что делать.
А у меня ведь с утра ныл живот. И надо же было всему случиться именно сейчас, когда Молотов находился совсем рядом! Хотя скорее началось все еще до того, как я пришла в столовую, просто так совпало неудачно. 
Сетуя на стеб судьбы, я снова притянула кружку подостывшего чая, не замечая, как нервно цепляюсь за нее. Возможно, поэтому Женя вперился в меня задумчивым взглядом, чем еще больше заставлял нервничать.
– Что это с тобой? – с подозрением спросил он.
– Ничего… – тут же отозвалась я.
Сузив глаза, он склонил голову набок.
– А выглядишь так, будто накосячить успела.
Смотри, какой проницательный гад! И я ведь даже возразить ничего не могла.
– Стол что ли поцарапала? – вдруг предположил Молотов бесстрастным тоном. – Или пятно на стуле оставила?
Прямо попадание в цель оказалось полной неожиданностью. Резко уставившись на него, я ощутила, как вся покрываюсь пятнами от жгучего стыда. Просто выдала себя с потрохами, дурочка!
«Нет-нет-нет!» – мысленно прокричала я, когда Женя изменился в лице.
– Ты че серьезно?! – строго выдал он.
Блин, ну как же так?!
Съежившись от его охреневшего взгляда, я испуганно уставилась на дверь, боясь, что кто-то еще зайдет. Хотелось сбежать. Или под землю провалиться, да что угодно! Рядом, как назло, не было ничего, чем я могла бы прикрыться. И оторвать задницу от стула я тоже не могла, хотя чувствовала, что кровь все больше пропитывает мое белье. Куда же запропастилась Маргарита!
– Блять… – обреченным тоном вытолкнул Женя, с шумом поднявшись из-за стола и принявшись блуждать взглядом по кухне. – За эту обивку мать тебя за трусы подвесит, Маруся!
Взволнованно наблюдая за ним, я выпалила:
– Я все уберу!..
Молотов скривил губы и качнул головой.
– Ага, уберешь. Твою мать… – Он неожиданно сдернул со стула свою куртку, с которой направился ко мне. – Вставай.
– Что?.. Что ты делаешь?! – оторопело выдала я, когда Женя крепко взял меня за локоть, вынуждая подняться.
– Моя лучшая куртка, блять…
Не позволяя отойти, он завел ее мне за спину и ловко завязал на талии. Я же просто впала в шок. Застыла как статуя, боясь пошевелиться, а Молотов уронил взгляд на испачканный стул. Вот тогда реально захотелось раствориться в воздухе на атомы.
– Иди, переоденься, – сдержанно велел Женя, отступив от меня. – И убери это скорее.
– Хорошо…
Низко опуская голову, я мелким шагом поспешила к двери, но прежде чем выйти в коридор, замедлилась.
– Спасибо, – смущенно обронила, поймав своего спасителя взглядом.
Он уже стоял с откуда-то взявшимся полотенцем в руках, которым небрежно накрыл обивку. Затем перехватил мой взгляд, но ничего не ответил.
  
35
 
Меня спасло, что я имела привычку носить с собой сменное белье, и что во внутреннем кармашке рюкзака всегда лежало пару тампонов. Униформу тоже пришлось переодевать – в служебной комнате висел только один вариант на несколько размеров больше, так что платье теперь болталось на мне как на вешалке. Но что делать? Моя смена еще не закончилась, а отпрашиваться, после своего фальшивого больничного, лишний раз не хотелось.
Я приводила себя в порядок совсем недолго. Торопилась, как могла, чтобы успеть почистить обивку сиденья, однако когда пришла в столовую, не обнаружила там ни испорченного стула, ни Молотова. Застала лишь Маргариту, которая находилась на кухне. Она сушила светлую сидушку феном и на ней уже не было ни пятнышка.
Мне стало очень неудобно. Направившись к кухарке, я смущенно произнесла:
– Давайте я?
Вскинув взгляд, она категорично замотала головой и участливо улыбнулась.
– Извините… – выдохнула я, обняв себя руками. – Мне так неловко.
Махнув ладонью, Маргарита вдруг отложила фен.
 
«Поезжай домой» – написала она на планшете.
Но я тут же возразила:
– Нет, все в порядке! Я поеду, когда все доделаю. Спасибо вам большое за заботу… Точно не нужна помощь?
Задумчиво глядя на меня, кухарка отрицательно покачала головой.
– Хорошо. Тогда я пойду.
Однако только я развернулась, как она вдруг остановила меня за плечо. Вновь достала планшет и написала:
«У меня есть одна просьба…»
– Да конечно! – с готовностью отозвалась я, озадаченно уставившись на женщину.
Некоторое время она мялась, будто не была уверена, стоит ли просить меня. А я кажется уже догадалась, в чем дело. Поэтому не удивилась, прочитав то, что Маргарита дальше написала.
«Ты не могла бы поговорить с Ксюшей? С ней что-то происходит. Я очень волнуюсь»
Встретившись с ее глазами, я прикусила губу. Ведь эта просьба налагала на меня определенную ответственность, брать которую не очень хотелось. Но и отказать я не могла.
– Хорошо, – согласно произнесла, в конце концов. – Я попробую.
Шумно вздохнув, кухарка кивнула и губами произнесла «Спасибо». А я, неловко улыбнувшись, поспешила уйти из кухни, чтобы не дать обещаний, которые не смогу выполнить. Потому что для себя решила сразу – передавать Маргарите буду только то, что посчитаю нужным. Не хватало оказаться между двух огней…
Тем временем живот болел все сильнее. Поясница тоже безбожно ныла, будто в нее гвоздь забили, однако я отработала на совесть последние часы смены. С Ксюшей мы больше не пересекались, и мне казалось специально искать ее не стоит. Я успела обдумать просьбу Маргариты, и предположила, что прямым разговором вряд ли смогу что-нибудь выведать. Придется набраться немного терпения. И возможно проявить хитрость, ведь мы не были так уж близки с Рыжиком.
Перед уходом, я долго соображала, как поступить с курткой Жени, который сегодня меня просто поразил своим поступком. Внутри собрались смешанные чувства, а еще безотчетный трепет. Мне хотелось как-то реабилитироваться, сделать все правильно. Просто так отдать ему куртку было неудобно… В итоге я задержалась в доме, чтобы застирать внутреннюю подкладку, хотя там и не было никаких пятен. Затем я аккуратно повесила куртку сушиться в постирочной.
Наверное, по-хорошему стоило отдать ее в химчистку, но я не рискнула забирать одежду Молотова с собой. Вдруг подумают, что я ее украла? Оправдываться будет сложно.
Добравшись до дома, я не нашла сил сделать себе ужин. Приняла душ и сразу завалилась спать, ощущая ужасную усталость. Даже не стала Полине перезванивать, от которой увидела пропущенный еще в маршрутке. Завтра моя смена начиналась утром, так что не мешало хорошо выспаться.
На следующий день, придя на смену, я первым делом поднялась в постирочную, чтобы проверить куртку Жени. Все было в порядке. Подкладка высохла, и мне осталось лишь отпарить ткань. Затем я отправилась убирать библиотеку, понимая, что Молотов вряд ли уже проснулся, ведь сегодня была суббота. Наверняка вчера он зависал где-нибудь допоздна. И засосы раздавал своим шлюшкам…
Тут же одернула себя за мысли. Это не мое дело, где и с кем он проводит время! А я рассуждаю так, будто моё.
Мне так и не удалось поймать мажора в коридоре первого этажа. Я обнаружила его лишь, когда спускалась на обеденный перерыв. Знакомая фигура мелькнула за стеклянными дверьми тренажерного зала, и я не стала терять эту возможность. Быстренько поднялась в постирочную, чтобы забрать куртку и вернулась на первый этаж.
Аккуратно открыв прозрачную дверь, я неуверенно зашагала мимо крутых тренажеров. Почти сразу поймала взглядом Женю и чуть не залипла, наблюдая как он отжимается на поручнях в белой боксерке, облегающей все его мышцы, и спортивных штанах. Меня он не замечал до последнего. Или специально или просто был сосредоточен на счете.
В какой-то момент я сама привлекла к себе внимание, прочистив горло. Сделав еще пару отжимания, Молотов спрыгнул с турника и взял белоснежное полотенце, которым протер шею. Его хмурый взгляд остановился на куртке, которую я бережно удерживала в руках.