Платиновое сердце (СИ)

– Думаю, да… 
– Ну вот и отлично! Как будешь готова – позвони мне, я приеду, куда скажешь.
– Хорошо.
– И давай, не вешай нос, – бодро добавил Миша. – Все будет хорошо!
Я грустно усмехнулась.
– Надеюсь… Спасибо тебе большое!
– Пока не за что. До связи!
Он скинул, а я удивленно уставилась на экран смартфона. Очень неожиданный звонок. Когда интересно Полина успела поговорить с Мишей обо мне? Да и вообще… Он ведь даже сам позвонил, еще и безвозмездную помощь предложил!
Только решит ли это что-то?..
На следующий день, передавая Мише документы, я немного воспряла духом. Он был так добр и буквально заряжал своей положительной энергией. Сказал, что позвонит, как только будет что-то известно. Единственное о чем Миша попросил меня – пока ничего не рассказывать Полине. Только когда что-то будет решено. Я пообещала, что не стану и снова поблагодарила его.
Это было невероятно, но уже вечером мне пришло сообщение: «Вы получите квоту. На днях с твоей тетей свяжутся»
Я не могла поверить, читая смс от Миши снова и снова. На глаза набежали слезы, хотя страх внутри еще держался основательно. Я долго не знала, какие слова подобрать, чтобы достойно ему ответить. Так быстро и сразу успешное решение!
«Миша, я не представляю, как тебя благодарить!»
«Не нужно меня благодарить, я ничего особенного не сделал. Сосредоточься лучше на лечении тети. И если что-то понадобиться, пиши!» – тут же пришел ответ.
Взволнованная от радости, я позвонила Свете и все ей рассказала. Она тоже не поверила. Пока. Но зато у меня как гора с плеч свалилась, наконец. Хоть что-то решено!
***
На следующий день город накрыло пеленой дождя. Не передать словами, как мне было влом ехать в дом Молотовых, но я понимала, что надо. Что сейчас ни в коем случае нельзя расслабляться, а, стиснув зубы, делать все, что в моих силах.
Однако когда я добралась до заветной улицы, даже к воротам не подошла. Застыла в нескольких метрах возле забора, прячась от дождя за капюшоном куртки. Отвратительный случай с кражей не давал покоя, заставлял сомневаться. И неизвестно, сколько бы я так мокла под дождем, если бы не услышала, что совсем рядом со мной притормозила машина.
Невольно отшатнувшись, я уставилась на черный кузов Гелентвагена и тонированное окно, которое поползло вниз.
– Садись! – не предложил – велел Женя.
Но я лишь неловко отступила еще на шаг и спрятала глаза за капюшоном.
– Садись, сказал, трусиха!
Мгновенно ощетинившись, я поджала губы и поцарапала Молотова взглядом. Подавшись к его здоровой машине, дернула ручку и неуклюже забралась в дорогой салон, где тут же ощутила себя неловко.
  
26
 
Все такое навороченное, кожаное, дорогое. Стянув капюшон, я уронила взгляд на сиденье, где наверняка останутся следы, ведь моя одежда была мокрой, хоть выжимай. А потом придется выслушивать возмущения мажора…
Кованые ворота начали расходиться перед Геликом и я осторожно покосила на Женю. Упираясь локтем в панель двери, он задумчиво водил большим пальцем по нижней губе.
– На маршрутке приехала? – вдруг беззлобно поинтересовался. Одновременно с этим дотянулся рукой до панели управления и мне в ноги тут же подул горячий воздух.
Ничего себе сервис.
– Угу…
Я уставилась на дом, к которому автомобиль покатил по ухоженному асфальту, но уловила, как Молотов оглядел меня.
– А че это тебя дружок не подвез в такой дождь?
Нахмурившись, я недоуменно уточнила:
– Какой еще дружок?..
– Тот, который вчера с универа тебя забрал на внедорожнике, – пояснил он так, будто это было очевидно.
От растерянности, мне даже не сразу удалось сообразить, что мажор застал момент, когда я уехала с Мишей. Но с какого хрена он говорил об этом с каким-то ехидством?! Типа у меня парня не может быть? А если и есть, то он непременно какой-нибудь распиздяй?!
– Не поняла… Ты за мной следишь что ли, Молотов?! – с подозрением выдала я.
Он снисходительно усмехнулся.
– Не слежу, а примечаю, Воронцова, так что не обольщайся!
 
Я цокнула языком, а мажор уже припарковался прямо возле парадной двери дома. Однако я лишь неуверенно коснулась ее взглядом.
– Так кто это сделал?.. – серьезным тоном спросила. – Кто подсунул мне статую?
Коротко посмотрев на меня, Молотов отмахнулся:
– Неважно. Главное решили и все.
Пристально изучая глазами его профиль, я разочарованно покачала головой.
– Ну ясно! – воскликнула язвительным тоном.
Схватила рюкзак, дернула ручку двери и выпрыгнула из салона.
– Что тебе ясно?! – рявкнул он мне вдогонку.
– Все ясно! – ответила я, прежде чем захлопнуть дверь.
Естественно к парадному входу я не пошла, а, натянув капюшон, двинулась в обход дома. Милость мажора не спасет меня от придирок управляющего. Вот только я не ожидала, что неугомонный сын хозяев идет следом…
– Слушай, ты заколебала параноить! – наехал он, схватив меня за плечо и развернув к себе. – Сказал же – не я подкинул тебе эту хрень!
Вывернувшись из его руки, я так же несдержанно выдала, перекрикивая дождь:
– Значит, ты кого-то покрываешь! А вообще мне уже плевать… Я на работу опаздываю!
Круто развернувшись, я быстро зашагала дальше, но все же услышала:
– Стерва недотраханная!
Мне почему-то стало смешно. Я захохотала в голос и даже остановилась.
– Да уж лучше быть недотраханной, чем, как ты, лизаться с каждой шлюхой, которая попадется на тусовках! – презрительно ответила, обернувшись.
Через пелену дождя, я увидела, как изогнулись брови на мокром лице Молотова. 
Черт…
– О-па! Так это кто еще за кем следит?!
– О боги, – отозвалась я, закатив глаза. – Да твои засосы репостят все, кому не лень, так что ты тоже не обольщайся!
Он вдруг широким шагом направился ко мне. Остановился в сантиметре и навис над моим лицом, вынуждя невольно втянуть голову в шею.
– А ты как будто ревнуешь, Каштанка? – лукавым голосом проговорил мажор.
И прежде чем я успела что-либо ответить, буквально заставил меня пятиться в беседку, возле которой мы стояли.
– Да у тебя больная фантазия! – выплюнула я, стукнувшись поясницей об угол каменного стола.
Капюшон упал назад, наши лица были влажные и все в капельках. Я попыталась обойти Молотова, но он ловко преградил мне путь.
– Да? – коварным тоном уточнил, загоняя меня в угол. – Не хотела бы оказаться на месте той блондинки, с которой я целовался?
Глядя на него все настороженнее, я возмущенно выдала:
– Чего?! Да мне абсолютно плевать на тебя, мажор неотразимый! Но ты, конечно, уверен, что у каждой телки при твоем появлении ноги автоматом раздвигаются?..
– Ага. У каждой, Марина, – нагло подтвердил мажор низким тоном.
– Тогда подбери слюни! Потому что…
Внезапно он оказался вплотную, обхватил мою шею сзади и впился в губы, не давая договорить.
В первую секунду я просто остолбенела, ощутив тепло его рта, вкус дождя и запах дорого мужского одеколона. Но к счастью быстро реабилитировалась. Начала убегать от поцелуя, отталкивать Молотова, как не в себе и ругаться.
– Ты что творишь, ненормальный?!
Однако он ловко сковал меня и снова поймал губы. Только в этот раз стал целовать мягче, захватывать нежнее, проталкиваться языком порочнее. И тут со мной что-то произошло…
По телу со скоростью света разлилась слабость, горячее дыхание мажора, попавшее внутрь меня, отравило разум и я перестала сопротивляться. Просто не нашла на это ни воли ни сил!
В какой-то момент Женя прервал поцелуй, но завис очень близко над моими губами.
– Целуй меня, – хриплым требовательным голосом сказал он. – Не бойся.
Внутри схлестнулись жар и холод, когда мажор снова накрыл мой рот. Будто забыв обо всем, я начала несмело отвечать ему на поцелуй, стремительно утопая в неправильной, но очень сильной страсти. Начиная дрожать от всплеснувшегося возбуждения, тяжело дышать, желать большего, но… внезапно все снова прекратилось. Теперь уже окончательно. И я оторопело уставилась на влажные пухлые губы Жени.