Турнир (СИ)

- Интересуетесь наукой? – задал князь встречный вопрос.
- Немного, но именно натурфилософией. 
- Тогда, возможно, вы встречали в журналах имя Зандера фон Берлинга…
- Встречал, - кивнул Трис, взглянув на собеседника с новым интересом. – Мне понравились ваши «Ремарки на полях «Теории Сил». 
- Вот как? – чуть нахмурился князь Трентский. Похоже, Трису удалось его по-настоящему удивить. 
- Наверное, я не ошибусь, если предположу, что вас интересует физическая природа Барьера, - продолжил Трис.
Это было всего лишь допущение, но в его основе лежало знакомство с несколькими статьями фон Берлинга, опубликованными во франкских, германских и британских научных журналах. Триса же эта тема интересовала, как человека, который на самом деле был вызван с помощью магии с той стороны и прошел, - пусть и бестелесно, - через этот самый Барьер.
- Да, - подтвердил князь. – Вы правы. Меня серьезно занимает этот предмет. Но раз вы читаете научные журналы, получается вы тоже ученый?
- Скорее, любитель и дилетант, - объяснил Трис. – У меня нет ученой степени. Всему, что я знаю, я обязан отцу.
- А ваш отец?..
- Мой отец тан Густав Перигор-Мишильер. 
- Я знаком с несколькими работами Густава Перигора… - осторожно обозначил свой интерес собеседник Триса.
- Это он и есть.
- Но последний раз его исследования публиковались чуть больше двухсот лет назад.
- Я поздний ребенок, - улыбнулся Трис. – Что же касается отца, его интересовало знание, само по себе. И в какой-то момент своей долгой жизни он пришел к выводу, что публикации ему более не нужны, поскольку бессмысленны. С тех пор он лишь удовлетворял свое собственное любопытство.
- Но… - Было видно, какой нешуточный интерес вызвал у князя этот короткий рассказ. – Возможно, сохранились рукописи…
- Вас интересует теория множественности миров? – прямо спросил Трис, смело предположивший, что этот вопрос может стать основой их будущего сотрудничества.
- Да.
- Что ж, я могу вам кое-что рассказать… Остались так же рукописи… Что, если я приглашу вас в гости, чтобы поговорить об этих тонких материях без суеты за бокалом хорошего вина?
- С вашей стороны это было бы более, чем великодушно! – проявил заинтересованность князь Трентский.
- Завтра в шесть после полудня? – предложил Трис. – Я живу близ Южной заставы в палаццо Коро. 
- Благодарю за приглашение, тан, - вежливо поклонился князь Трентский. - Я приду. И надеюсь вы нанесете мне ответный визит так скоро, как сможете. Я живу в Старом городе в башне Людовика. Вам достаточно прислать мне записку, чтобы предупредить о визите…
- Я думаю, в этом случае, лучше будет дождаться вашего ответа, - улыбнулся Трис. Он не любил спонтанности в такого рода вопросах, тем более, если речь шла о новом знакомстве…
[1] Сильфы - в средневековом фольклоре духи воздуха. Существо впервые описано алхимиком Парацельсом в качестве элементаля Воздуха. Женских особей называют сильфидами и феями.
[2] В древнеримской религии, Tempestas (лат. tempestas: «время года, погода; непогода; буря, буря») - богиня грозы или внезапной погоды.
[3] Мизерабль - жалкое, несчастное существо; ничтожный человек, негодяй.
  
Глава 4(2)
 
2. Габи 
Несмотря на то, что накануне - после бала в императорском дворце, - Габи вернулась домой только в полночь, в пять утра она уже была на ногах. Надела спортивный костюм, - широкие штаны и просторную рубаху мужского кроя, - спустилась во внутренний двор, где уже тренировались несколько молодых кланников, выполнила под их заинтересованными взглядами весь комплекс упражнений на растяжку и еще сорок минут изнуряла свое тело замысловатыми физическими нагрузками. В общем, позанималась, что называется, от души, но неожиданно - и к немалому своему удивлению, - обнаружила, что, как ни старалась, даже не вспотела. Это было неправильно и к тому же противоречило всему ее жизненному опыту. Тяжелый физический труд всегда заставляет человека потеть. Непривычные нагрузки в этом смысле даже хуже, чем привычные. Однако сейчас у нее ничего не болело, нигде не ныло и не тянуло, и кожа оставалась совершенно сухой. Привычной «теплой сырости» не ощущалось даже в подмышках. Поймав этот образ ощущений, Габи оглянулась назад во времени и с удивлением обнаружила, что в прошлом, - то есть на протяжении шести последних недель, - все происходило правильно и одновременно совсем не так, как этого следовало ожидать. 
 
Первый подход к чему бы то ни было всегда проходил более, чем трудно. Сначала у нее попросту ничего не получалось, а чуть позже начинало болеть именно там, где и должно, по идее, болеть после такого рода нагрузок. Упражнения на растяжку, например, вызывали поначалу жуткую боль в паху и промежности. Ныли бедра и икры ног, болел живот, тянуло спину, плечи и шею. Но постепенно – по мере того, как у нее начинало получаться, - страдания постепенно, но при том достаточно быстро уходили. Так в принципе и должно было быть, но поражала именно скорость адаптации. Сегодня, например, она выполнила вертикальный шпагат не только с удивившей ее саму легкостью, но при этом не ощутила ни боли, ни даже болезненного напряжения мышц. Объяснение этому могло быть только одно – магия. 
«Магия!» - согласилась Габи с очевидным. По-видимому, Дар определял не только способность манипулировать магическими потоками, но и многое другое, о чем сразу и не подумаешь.
Продолжая выполнять свои упражнения, Габи стремительно перебрала в уме все, что должно было ее насторожить, - но не насторожило, - еще, как минимум, две-три недели назад. Она ведь занималась целыми днями – магия, танцы, этикет и все, все, все, - и в первое время выматывалась до такой степени, что от изнеможения буквально валилась с ног. Но постепенно отдых и сон перестали быть настолько актуальными. Усталость усталостью, но потребная длительность сна не увеличивалась, как этого следовало ожидать, а напротив, существенно сократилась. Три-четыре часа сна, и все, собственно. Но не только.
Тело Габи приноровилось к большим нагрузкам. Мышцы обрели неведомую ею прежде силу и эластичность. Основательно улучшился аппетит. И она съедала теперь за день огромное количество разнообразной пищи. В былые времена и от меньшего объема съеденного у нее, бывало, крутило живот. А сейчас – нет. Живот не болел, голова не кружилась, мышцы не ныли. И более того. Не раз и не два за свою короткую жизнь Габи простужалась только от того, что выпила в жару стакан холодной колодезной воды или вышла вспотевшая на ветер. Однако ничего похожего на это с ней больше не происходило. Ни холод, ни сырость навредить ей теперь не могли. И получалось, что Источник даровал ей не только Дар большой силы, но и здоровье ему под стать. Впрочем, возможно, это были всего лишь вторичные эффекты невероятно возросшей магической мощи. Ведь, если сила пронизывает все ее тело, она должна на него как-то воздействовать?
«Надо будет спросить у Триса, - решила она, - он про такое должен знать! Для него это же, наверное, азы…»
Покончив с мышечными нагрузками, она спустилась в подвал. Здесь, в одном из прямых подземных коридоров по приказанию Триса соорудили стрелковый тир. Габи спускалась сюда, чтобы пострелять из револьвера или из охотничьего ружья, но по утрам она занималась здесь кое-чем другим. С шести до половины седьмого утра сюда никто не заходил, потому что Габи тренировалась в боевой магии. В ее арсенале было уже несколько приемов, разученных под руководством Триса. В основном, это были вариации на извечную тему «брось во врага камнем». Однако вместо камня в стену на противоположном конце коридора летели то огненные шарики, то отлитые из невероятно жаркого пламени крошечные стрелки, а то и вполне правдоподобные грозовые молнии. Все это она бросала с обеих рук, довольно далеко, метко и с огромной скоростью. Последним по времени достижением стал закрученный в тугую спираль огненный смерч, который летел горизонтально земле и не расширялся на конце, а напротив сужался. Бросив такой «буравчик» с левой руки, Габи пробила дырку в стальной двадцатимиллиметровой плите и, удовлетворенно хмыкнув, пошла принимать душ, пить кофе и переодеваться. А ровно в восемь утра она подкатила на своей черной «пантере» к резиденции герцогов Перигор шато дю То[1], расположенному в самом начале улицы Весталок.