Инквизитор III (СИ)
Ни секунды не медля, подхватил хрупкую девичью фигуру и бросился к выходу из ставшего западней места. В голове все еще стояла муть, тело пронзали приступы слабости, словно от лихорадки. Однако ноги несли меня только быстрее, буквально горя от напряжения. Десяток секунд спустя плато оказалось позади и тогда же оно вновь сотряслось в агонии взрывов. Но уже поздно. Оставшиеся в живых солдаты успели убраться прочь. Так что канонада гремлинов стала лишь нашим прикрытием и актом бессильной ярости.
— Гвинед? — обращаюсь к потрепанному, покрытому кровью и копотью воину.
— Без разговоров. Уходим! — ответил паладин, подхватив раненого охотника.
Один из инквизиторов на секунду отвлекся, наложив исцеление на остающуюся в беспамятстве Марру, а затем мы все продолжили бегство. По узкой извилистой тропе. По неровной дороге. Уходя от возможного преследования.
На сей раз поспешность оказались не лишней. Взбешенный противник не собирался униматься. В просвете между скал показался дирижабль и вновь разрядил свои орудия. Опять мимо — гремлины редко отличались точностью, а мы не стали играть роль мишеней. Чуть поредевший отряд удалялся прочь на всей доступной скорости.
Дальнейшие события измотали меня и солдат в разы больше, чем сама битва. Противник и не думал успокаиваться. Дирижабль преследовал нас словно охотник раненую добычу. Не оставляя усилия, находя каждый раз, когда солдаты вставали на отдых. Если бы не ворон, контролирующий небо и то, что раненые постепенно вставали в строй, усилия врага непременно принесли бы плоды. Но и без того нам пришлось жарко. Несколько раз гремлины успевали нагнать отряд в неподходящий момент, укладывая снаряды в непосредственной близости от нас. Именно такой взрыв унес жизнь еще одного охотника на ведьм и прибавил раны парочке солдат.
Но все же полного успеха неприятелю добиться не удалось. А с наступлением вечера, спустя пять часов погони, враг оказался вынужден оставить преследование. И только тогда мы смогли перевести дух.
— Черт возьми. Кто-нибудь, прикончите меня, — простонал я, распластавшись на камнях.
То, что место лежки было твердым и холодным, уже совершенно не смущало. Чертово бегство испило все силы и еще чуть сверху. Даже говорить было тяжело.
— И не надейся! — откликнулся Гвинед. — Ты нас подвязал на эти приключения, так что теперь наслаждайся последствиями.
Бегство сумело вымотать даже паладина. Хотя тому пришлось сложнее, нежели мне. Именно Гвинед руководил отрядом, руководствуясь моими разведданными, прокладывал маршрут, нес на руках раненых. И главное, проделывал все с великолепным присутствием духа, не позволяя опускать руки подчиненным. Впрочем, он и инквизиторы находились еще в неплохом состоянии. Гораздо тяжелее пришлось остальным.
Медузы явно уже не чувствовали хвостов. Немногие уцелевшие охотники на ведьм лежали ничком, счастливо переводя дух. Нэкоматам же пришлось тяжелее всего. Кошки затачивались на ловкость и магическую силу, но не отличались выносливостью. Во время бомбардировки они смогли уцелеть исключительно потому, что их, по моему приказу, прикрывали инквизиторы. Однако отступление, даже с помощью товарищей, оказалось для них тяжелым испытанием.
Марра, сразу после частичного исцеления пожелавшая двигаться самостоятельно, была ярким тому примером, сразу после остановки уснув на голых камнях. Беловолосая красавица сжалась в клубок, производя впечатление трогательной беззащитности. Ранимости. А еще заставил во мне шевельнуться остатки тщательно закопанной совести. Тяжело поднявшись на ноги и покачиваясь, словно пьяный моряк, я подошел к девушке и извлек из Сумки спальные принадлежности. Затем осторожно перенес Марру на расстеленное одеяло. Девушка так и не проснулась.
Справившись и посвятив несколько секунд разглядыванию умиротворенного девичьего лица, я отошел в сторону опустившись рядом с паладином. И тут же поймал его ехидный взгляд.
— Молчи, просто молчи, — сказал этому зубоскалу.
— Как скажешь, — ответил Гвинед, сверкая настолько довольной ухмылкой, что тут же захотелось стереть ее кирпичом. Но я сдержался. Сил все еще не было.
Вместо этого выудил из верной Сумки бутыль эликсира восстановления маны и сделал щедрый глоток. После чего прикрыл глаза. Но не для того, чтобы предаться блаженному отдыху, а дабы посмотреть на действия противника. Ведь все это время один из моих воронов продолжал кружить над неприятелем, фиксируя его путь. Просто в круговерти отступления я не имел возможности к нему обратиться.
Секундная настройка на взор птицу и передо мной уже раскинулась плоскость земли, чуть притушенная заходящим солнцем. Вид все еще великолепный, но в настоящий момент я не испытывал желания им любоваться, ведь противник обнаружился вовсе не там, где предполагалось. Вместо ожидаемых скальных массивов и узкой прорези ущелья, взгляд ворона показал гущу лесов, узкие проплешины полей и узкую колею дороги. Я видел долину, свою родную долину.
«Но почему? Какого черта враг столь упорно двигается вперед?» — недоуменно спросил мироздание. — «Ведь он уже понес серьезные потери. Последняя битва должна была окончательно отбить у противника желание продолжать войну. Но тем не менее этого не произошло. И вместо отступления за прошедшие несколько часов вражеская армия успела выбраться из ущелья и теперь становилась лагерем недалеко от горного перевала. Они проникли в мои земли. Оказались в одном дне пути от родного замка, в нескольких часах от находившегося на юго-западе селения…»
Последняя мысль стало словно бы ушатом холодной воды. Я оборвал связь с вороном и весь подобрался, глядя в пространство. Мысли в голове не остановились, но приобрели куда более практичный характер.
Итак, враг почти подошел к стенам крепости, а значит теперь существовало всего два варианта действий. Первый — выйти в поле и дать бой. Второй — запереться в этих стенах и держать осаду. Первый манил возможностью быстро закончить эту войну, не позволив противнику хозяйничать на своей территории. В пользу него говорили понесенные противником потери и то, что я пока сумел сохранить большую часть солдат. Даже неудачное окончание недавней битвы не стало катастрофичным. Погибли шестеро охотников на ведьм и один инквизитор, но костяк армии был сохранен. Так что силы дать решительный бой имелись.
Второй вариант являлся куда безопаснее и давал шанс сохранить больше жизней моих солдат. Да и воспоминание о тех средствах, что были вложены в строительство крепости, склоняли меня к этому решению. Впрочем, выбирать один из них и торопиться не следовало. Лучше было посоветоваться с опытными людьми, а еще подождать наступление следующего дня, ведь уже завтра начиналась новая неделя, а вместе с ней очередной найм и возможность провести через повышение ветеранов. Усилить свою армию, что являлось крайне важным делом в преддверии решающей битвы. Жалко только, что вновь придется снимать деньги со счета. Имевшихся в казне сбережений совершенно точно не хватит.
Однако, если мы принимает такой порядок действий, то надо предпринять и соответствующие шаги. Самому вместе с отрядом добраться до замка раньше противника, но главное — обеспечить безопасность жителей селений. Последнее — первоочередная задача, промедление в которой преступно. Так что заняться этим надлежало немедленно, благо под рукой имелся подходящий инструмент, дабы организовать эвакуацию, а также уже рассчитанные места, в которых могли укрыться крестьяне.
О каком инструменте я говорил? Об отрядах все эти дни прочесывающих местность на предмет истребления монстров. Их базы располагались непосредственно рядом с охраняемыми селениями, лидеры разведчиков и простые солдаты успели наладить связи с деревенскими жителями, а потому и заставить их уйти с обжитых мест были способны. Собственно, я еще ранее связался с отрядом, расположившимся в форте на тракте, велев тому взять весь наличный состав, все имущество и организовать эвакуацию деревни Гиблое, ближе всего располагавшейся к ущелью. Сейчас же требовалось организовать подобный исход из других деревень.