Охота за наследницей (СИ)

— Будет кто-то еще? — взгляд в сторону третьего прибора.
— Еще одна дама.
Дама, значит. Ага. Уж не ее ли шмотки на мне сейчас? И как она отреагирует на факт, что я щеголяю в ее трусах? Да черт с ней, ее реакцией. Я изнемогаю. Изнемогаю от голода.
— Я могу приступать? — голодный блеск моих глаз мог бы испугать кого угодно, но Марк был невозмутим.
— Чувствуй себя как дома.
Я аки коршун набросилась на добычу, отрезав кусок птицы и шмякнув на тарелку, не глядя на растерянного официанта, застывшего рядом с кулинарными щипцами и ножом в руках. Мне было все равно. Закинула кусок сочащегося соком мяса в рот, даже не замечая его вкуса, и проглотила не прожевав. Господи, как вкусно! А когда-то я всерьез подумывала стать вегетарианкой.
— Я искренне извиняюсь, — произнесла с набитым ртом. — Просто последний раз я ела, дай бог, вчера в обед… Кстати, который час? — Мой мобильный остался… неизвестно где.
Блондин взглянул на запястье, украшенное стильными часами, вежливо сообщил:
— Двадцать минут восьмого.
И наставительно добавил:
— Нельзя себя так истязать.
Я не поняла, к чему этот менторский тон. Это такой имидж? Но когда он лапал мое тело в поисках флэшки, на джентльмена совсем не походил. Решив оставить скользкую тему, я попыталась завести светскую беседу:
— Так, значит, я нарушила какие-то правила? У тебя каждый день ужин по расписанию?
— Ну что ты. У меня ненормированный график работы. Но когда удается провести вечер дома, стараюсь следовать традиции.
— Ага-ага…
— Да, — скривившись, поправил Марк.
— Да… А когда присоединится вторая… дама? — я невольно фыркнула, произнося это старомодное слово.
— Думаю, скоро.
— Ей не обязательно придерживаться правил?
— Иногда я даю поблажки. Например, раненым…
… Или чересчур горячим, закончила я про себя, уставившись на красотку, неожиданно появившуюся в дверях столовой. Пока она плыла к своему месту, я успела хорошо рассмотреть. Двенадцатисантиметровые шпильки подчеркивали тонкие щиколотки и удлиняли и без того бесконечные ноги. Тонкая талия — ах, черная зависть! — перетекала в пышную грудь размера минимум третьего. Теперь понятно, чье белье мне сегодня предложили. Венчала все это телесное совершенство аккуратная голова с каштановыми волосами, уложенными в ракушку. Злорадно отметила, что впечатление портит чересчур короткая шея. Впрочем, на девушке платье с высоким горлом. Вероятно, это оно искажает облик.
Дама уверенным шагом пересекла столовую, обвила руками шею Марка, оставив на его щеке кроваво-красный поцелуй. Тот лишь слегка приобнял девушку и, взяв со стола текстильную салфетку, невозмутимо стер со щеки след от губной помады.
— Дарина, это Марина. Марина, это Дарина.
Та повернулась ко мне лицом, демонстрируя ярко-зеленые глаза, не чета моим:
— Приятно познакомиться.
— Да ты ведьма, — придя в себя, бестактно сообщила я, видимо, находясь под стереотипами многочисленных поглощенных книг в жанре фентези. Она радостно засмеялась.
— Да, так и есть. Владею магией. — и склонила голову набок, изучая меня. — Милое платье.
— Ах, это. Да. Надеюсь, я вас не стеснила, — я поднесла к губам стакан воды и сделала щедрый глоток, чтобы скрыть неловкость.
— Ну что ты! Друзья Марка — мои друзья, — кажется, она говорила искренне. — И давай без церемоний, на «ты», раз уж начала. Или нам выпить на брудершафт?
Я поперхнулась, закашлялась и метнула взгляд на Марка. По его лицу ничего не понятно. Решила поддержать светский разговор:
— Ты здесь живешь? А то Марк сказал, я нарушила правила, спустившись к ужину несвоевременно.
Брюнетка бросила на него неопределенный взгляд.
— Живу. Но у нас особые отношения, — лукаво произнесла она.
Особые. Это значит… ну, то, что значит. Такая горячая штучка даже слепого соблазнит одним своим голосом. А уж Марк Вадимович на зрение не жалуется. И наверняка…
Но тогда какого черта его язык делал у меня во рту?! Ведь это он перевел, в общем-то, невинный поцелуй в совершенно иной статус. Или это типично шовинистический способ указать женщине на ее место? Порабощение с помощью сексуального насилия? Внутри начало разгораться раздражение — на него, на себя, на всю донельзя странную ситуацию, заложницей которой я стала.
 
Так, что там советовал психолог? Вдох-выдох. Внутренний голос игнорировать. Принимать ситуацию как есть. Я закрыла глаза. Да, скоро забуду это, как страшный сон. Выйду на любимую работу. Наверно, любимую… Увижу друзей, точно любимых. Я позволила себе увлечься мечтами. Но тут угомонившийся было внутренний голос ехидно прошелестел: «Строя планы на будущее, помни: чтобы туда попасть, надо пережить настоящее».
— Убила бы! — сквозь зубы выругалась я, заставив вздрогнуть сидящих за столом. Тут поняла, что некоторое время в столовой было тихо, потому что все занялись, собственно, трапезой. А моя угроза несколько вывела из равновесия это чинное общество.
Проигнорировав удивленный взгляд блондина, решила последовать всеобщему примеру и взялась за вилку. Наконец, голод был утолен, а на столе еще оставалась приличная порция еды.
— Вина? — возник чересчур близко над ухом официант.
— Нет, пожалуй, не надо, — передернула плечами, вспомнив абсент. А Марк взял быка за рога:
— Итак, мы остановились на том, что нужный мне предмет спрятан в надежном месте. Это банковская ячейка? Сейф?
Ха.
— Марк, при всем моем уважении к тебе и вот этому вот всему, — я обвела руками дорогую обстановку, — я понятия не имела, что сей предмет имеет какую-то особую ценность и его следует спрятать в сейфе. Все это просто сплошное недоразумение. Я не хочу иметь ничего общего с этой темной историей. Я просто помогла пострадавшему. И случайно влезла куда не следует.
— Максиму?
— Вы знакомы? — встрепенулась я.
— Встречались, — туманно ответил блондин, пожав плечами, и сделал глоток коньяка из пузатого стакана. Я зачарованно наблюдала, как поднимается и опускается его кадык. Зажмурила глаза. Я слишком устала. Как можно пялиться на мужика, у которого есть жена. И жена сейчас сидит рядом. Ну, или не жена, а любовница. Не суть…
«Да он и сам не блюститель нравов!» — внес разумный довод внутренний голос.
Так. Глубокий вдох. Игнорировать.
И я продолжила:
— Эээ, Марк. Я расскажу все, что хочешь, но мне надо понимать, кому я это рассказываю. И в чем вообще причина переполоха.
— Ты же сказала, что не хочешь иметь ничего общего с этой историей.
Резонно. Но не говорить же ему, что шило в попе мешает сидеть спокойно. И вообще, Макс мне приглянулся. И я бы хотела выяснить подробнее причины всего происходящего, чтобы спокойно позволить ему… Аааа!..
— Да замолчи ты!
— Чтооо? — мужчина поперхнулся коньяком и надсадно закашлял. Марина встрепенулась и похлопала его по спине.
А я поняла, что произнесла фразу, адресованную внутреннему голосу, вслух. Снова.
— Я пытаюсь угомонить свое второе Я, — сообщила, как будто это совершенно нормально. Собеседники переглянулись с сомнением.
— Слушайте, — я пытаюсь спасти свою репутацию, прежде чем мне вызовут скорую помощь. — Я не буйная. Просто это был чертовски длинный день. У меня стресс, вероятно, обезвоживание, и я явно не отвечаю за свои поступки! — многозначительный взгляд на Марка, который столь усердно сверлил взглядом, будто вознамерился пересчитать мои ресницы. И молчал. Опять.
Он вообще какой-то слишком молчаливый. И закрытый. Замороженный, короче. Я не могла его понять. Предпочитаю общество более открытых людей. Вот как Макс, например. Весельчак и обаятельный.
— Ладно! — Марина хлопнула ладонями по столу, прекратив это безмолвное противостояние. — Я, пожалуй, пойду. Меня ждут.
— Идешь развлекаться? — понимающе вопросил Марк.
— Если развлекаться в твоем понимании — это соблазнять миллиардера, то, пожалуй, да! — Игриво наклонила голову, послала ему воздушный поцелуй и, полностью проигнорировав законы логики, вместо того, чтобы двинуться на выход, удалилась наверх.