Бездна Отчаяния (СИ)

Грег подошёл к стене, где свисал потрёпанный блокнот, прикреплённый цепочкой. Он осторожно взял его и пролистал страницы, испещрённые заметками и формулами.
— Здесь говорится о нестабильности и изменениях, — сказал он, поворачиваясь к остальным. — Но упоминание об объекте встречается слишком часто, чтобы быть случайностью.
Лена подошла к одному из столов, осторожно передвигая куски стекла и обломки. Её внимание привлёк старый диктофон с облупившейся краской. Она нажала на кнопку, и по комнате раздался хриплый голос.
«День 142-й. Объект демонстрирует признаки… адаптации. Экипаж насторожен, но исследования продолжаются. Мы не можем остановиться, слишком много поставлено на карту…»
Запись оборвалась на тревожной ноте, и в комнате снова повисла тишина. Все трое переглянулись, и Джон ощутил, как заострились их чувства. Воздух стал плотным, мысли о случившемся начали складываться в пугающую картину.
— Если они знали, что объект адаптируется, почему они продолжали? — тихо спросила Лена, её голос дрожал от непонимания.
— Возможно, не могли иначе, — сказал Джон, оглядываясь на треснувший контейнер. — Или просто не успели остановиться.
Медленно осматривая помещение, они начинали понимать, что случившееся здесь — результат цепочки событий, вызванных человеческим желанием познать неизвестное.
— Мы должны двигаться дальше, — сказал Грег, оглядываясь по сторонам. Он чувствовал, как напряжение нарастает с каждой минутой их пребывания в этой комнате. — Здесь уже ничего не осталось, что могло бы нам помочь.
Джон кивнул, но прежде чем они направились к выходу, его взгляд задержался на одной из старых фотографий, наполовину спрятанной под бумагами на столе. На снимке были запечатлены члены предыдущего экипажа, стоящие рядом с этим самым контейнером, но без трещин и повреждений. Они выглядели сосредоточенными, кто-то даже улыбался, как будто они были на пороге великого открытия.
— У них были семьи, мечты, — пробормотал Джон, больше для себя, чем для других. — И всё это закончилось здесь.
Лена, услышав его, подошла ближе и посмотрела на фото. Её взгляд смягчился, и она тихо сказала:
— Мы не должны повторить их ошибки.
Они покинули лабораторию, и коридор снова поглотил их тишину. Свет фонариков выхватывал из темноты полустёртые символы на стенах, похожие на предостерегающие знаки. Воздух стал холоднее, а звук шагов сменился шорохом их собственных мыслей.
— Нам нужно выяснить, где находится центральная часть станции, — произнёс Грег, нарушив молчание. — Там должны быть записи обо всех проведённых исследованиях.
— Если, конечно, они ещё целы, — добавила Лена, с сомнением глядя на испещрённые трещинами стены.
Джон остановился, пытаясь вспомнить карту, которую они видели в начале. Ему казалось, что центральная часть станции находилась чуть дальше по коридору, за двумя пересекающимися проходами.
— Мы почти у цели, — сказал он, указывая вперёд. — Держитесь ближе, и будем осторожны.
Они двинулись вперёд, ощущая, как с каждым шагом их уверенность сменяется тревогой.
Свет фонариков выхватывал из полумрака детали коридора, и чем дальше они заходили, тем больше деталей становилось заметно. На стенах появились следы глубоких царапин, будто кто-то отчаянно пытался выбраться или оставить предупреждение. Лена замедлила шаг и осмотрелась, затем её внимание привлёк небольшой металлический ящик, прикреплённый к стене. Она осторожно открыла его и нашла внутри старую карту станции.
  
— Джон, посмотри на это, — сказала она, передавая карту.
Джон прищурился, рассматривая схему. Центральная часть действительно была недалеко, но их ждала сложная сеть коридоров и запертых отсеков. Он провёл пальцем по отметкам и заметил один из участков, выделенных красным.
— Это зона с ограниченным доступом, — пробормотал он, показывая на карту. — Возможно, там и скрывается больше информации о том, что произошло.
— И почему я не удивлён, что всё самое важное — в самой защищённой части станции? — Грег усмехнулся, но в его голосе не было веселья.
Они продолжили путь, держась близко друг к другу. Вскоре перед ними возникла массивная дверь с тусклым индикатором, который мигал красным светом. Надпись на двери гласила: «Доступ ограничен. Внимание: высокий уровень опасности».
— Нам нужно взломать эту дверь, — сказал Джон, оглядывая панель управления. Она была повреждена, но выглядела достаточно стабильной для попытки.
Лена присела и начала работать с панелью, пробираясь сквозь остатки защитных алгоритмов. Минуты тянулись мучительно долго, пока на экране не высветилась надпись: «Доступ разрешён». Дверь со скрипом начала открываться, выпуская наружу застоявшийся воздух и холод, от которого кожа покрылась мурашками.
Внутри был просторный зал, освещённый мерцающими лампами. На стенах висели мониторы, часть из которых всё ещё работала, показывая беспорядочные данные и лог-файлы. В центре комнаты находился массивный стол, покрытый отчетами и записями, а рядом стояла папка с надписью: «Проект ‘Нова’».
Джон взял папку и начал её пролистывать, натыкаясь на термины, которые становились всё более зловещими: «дестабилизация», «неконтролируемая реакция», «потеря связи».
— Это больше, чем просто исследование, — сказал он, его голос звучал приглушённо в тишине. — Они знали, что рисковали всем.
Грег потёр уставшие глаза и вздохнул.
— Джон, может, сделаем перерыв? Мы здесь уже несколько часов, и я, честно говоря, начинаю чувствовать себя как выжатый лимон.
Джон оторвал взгляд от отчёта и взглянул на Грега. В приглушённом свете ламп было видно, как усталость легла на его лицо, отчётливо выделив морщины и тёмные круги под глазами.
— Возможно, ты прав, — нехотя согласился Джон, закрывая папку. — Мы не сможем мыслить ясно, если будем так продолжать.
Лена села на край стола и покачала головой.
— Как бы странно это ни звучало, я скучаю по земным проблемам, — сказала она с легкой усмешкой. — Пробки на дорогах, шум города, запах кофе по утрам. Все это теперь кажется таким далеким.
— О да, — кивнул Грег, улыбаясь, вспоминая что-то своё. — А я скучаю по вечерам на крыльце нашего дома, когда отец возвращался с работы. Мы сидели в тишине и смотрели на закат. Это были самые спокойные моменты в моей жизни.
Джон внимательно слушал, прислонившись к стене. Он давно привык держать свои воспоминания при себе, но сейчас ощущение уязвимости сближало их.
— А ты, Джон? Что у тебя было на Земле? — спросила Лена, взглядом намекая, что всем было интересно.
Джон нахмурился, на мгновение его глаза потемнели от мыслей.