Жить за двоих. Я к тебе не вернусь

Голова кружилась. Даша опёрлась спиной на подушку.
– Принесите сюда, – получилось слишком жалобно. Служанка расскажет родителям, и те примчатся расспрашивать о здоровье. Пришлось добавить: – Хочу поесть и уснуть. Как вас зовут?
Горничная опасливо покосилась на дочь хозяина. Ещё вчера та швыряла в лицо якобы непроглаженное платье, а сегодня говорит на «вы».
– Лера… – голос трусливо дрожал. Непонятно что задумала истеричка.
Ответ вызвал шок.
– Спасибо, Лера!
Горничная захлопнула дверь, словно в неё запустили тапок, и пару минут простояла, прижавшись спиною к стене. Вывод, вызвавший довольную улыбку: «Видно на самом деле у алкоголички проблемы с памятью и можно расслабиться!»
Завтрак оказался вкусным. Особенно маленькие, нежные, хрустящие булочки с кофе, запах от которых заполнил комнату. Она делала очередной глоток ароматного напитка, когда дверь в спальню отворилась без стука. В дверях сначала показались: охапка алых роз, а следом высокий, стройный блондин лет двадцати пяти, улыбающийся в тридцать два зуба.
– Котёнок, привет! Удрал с собрания… – Розы упали на кровать рядом со столиком. – Твои любимые! – Сладкий цветочный аромат смешался с запахами еды.
Можно было не задавать вопрос:
– Кто вы? – он сам слетел с губ, хотя Даша знала, как зовут беспардонного красавчика.
– Прикалываешься? – Он сверкнул кошачьими, зелёными глазами. Постепенно довольство на хитром лице менялось на оторопь. Блондин протянул по слогам, решая, как этим воспользоваться. – Да ладно!.. Ты на самом деле потеряла память? – Стянутый с широких плеч синий пиджак полетел в кресло.
Даша хмурилась с каждым его шагом в сторону кровати.
– К сожалению! – Она решила сразу объяснить, что ничего из прошлого между ними невозможно: – О наших с вами отношениях знаю со слов отца.
Не подействовало. Роман по-хозяйски развалился на постели. Одна из булочек со столика перекочевала в белозубый рот.
– Для начала переходим на «ты». Между нами три года разницы… – Он говорил, не переставая жевать: – Неужели я так плохо выгляжу?
– Хорошо на «ты»! – Даша смотрела, как исчезают остатки кофе в прожорливой глотке. – Мне нужно время всё вспомнить. Теперь знаю, что ты любишь поесть.
Салфетка промокнула узкие губы. Столик перекочевал на прикроватную банкетку. Даша скинула ладонь наглеца с колена.
– Не лапай! Для меня ты чужой человек… – Недовольное ворчание не помогло.
Невозмутимая мина жениха раздражала. У того на всё был готовый ответ:
– Что касается нас, могу показать в картинках! – Смартфон лёг рядом с Дашей. У Ромы довольно горели глаза.
– Посмотри! Там много видосов. Ты любила, когда я записывал. Пересматривала с удовольствием, перед тем как…
Она брезгливо отодвинула тёплый гаджет.
– Фотографий на сегодня хватит. Расскажи о моей семье. Чего ждать от каждого?
– Не с того начинаешь. Олег Владимирович снова разрешил нам встречаться. Наверстаем упущенное? – у Ромы горели глаза. Лицо расплылось в довольной улыбке. Большая ладонь постучала по упругому матрасу: – «Беспружинный» повидал многое! – влажный язык блондина показательно облизал губы. По позвоночнику Даши прошла волна омерзения. Вопрос, был ли между ними интим, отметался словами гостя:
– Завидую тебе! Всё будет, как в первый раз. Поцелуй, чпоканье, рюмка, дурь, кайф… – Он навис сверху: – Ты хоть помнишь, что любила больше всего, после меня?
Коктейль из ароматов мужского парфюма, кислого пота, кофе, ванили, вызывал рвотный позыв. Так не мог пахнуть её мужчина! Ответила не раздумывая:
– Родителей!
Роман рассмеялся. Жадный взгляд прошёлся по фигурке невесты.
– Так же как они тебя! – Ладони обхватили горло. – Нежно, до удушья…
– Неправда! Отец меня очень любит! – желание разреветься подавила с трудом, но вздох не сдержала.
Он недовольно скривился. Совершенно другой благодарности ожидал за спасение. Сбежал из офиса на свидание, а не болтать.
– Похоже, тебе прошлись по ушам. Придётся просветить, как оно на самом деле, а то поверишь в любимую дочку! – Парень кивнул на большую шкатулку на туалетном столике: – Ивлев постоянно откупается подарками. Его дома неделями не бывает. С детства вместо отца тебя воспитывали телохранители.
  
Даша напряглась, внимательно следя за действиями жениха. Большие глаза округлились от свободного поведения гостя. Он одной рукой расстегнул ремень тесных брюк. Свободный выдох без приставания.
– Вот так хорошо! Поправился, что ли?
Она успокоилась, продолжая слушать, чем дышит семья.
– Полина сама в себе. Модная диета, тренажёрка, спа-салон, подруги, шмотки. Любящей мамой была няня, которую она выгнала год назад. Ты тогда разнесла бар в клубе конкурента. Подралась с официантами. Из полиции еле вытащили. Ивлев в Испании был, на звонки не отвечал.
Даша хмурилась, отказываясь верить. На душе неприятно. Липкий взгляд гостя продолжал гулять по телу.
Рассказ кардинально менял первое впечатление о семье. Наверное, поэтому не может переносить Полину? Но с отцом всё по-другому.
Нельзя расслабляться рядом с похотливым самцом. Рома одним рывком подмял её под себя. Покрывало сдёрнуто с тела. Жадные губы впились в шею. Сильные руки гуляли по телу.
Сердце стучало, как бешеное. Холод в груди, животе. Страх быть изнасилованной, парализовал, лишая последних сил. Даша пищала, пытаясь вывернуться. Рука нащупала на тумбе отложенную в сторону чайную ложечку.
– Знаешь, что ты любила так же, как я? Жёсткий трах! – прохрипел он на ухо прежде, чем навалиться сверху…
Глава 6
Треск разорванных трусиков вынудил действовать жёстко и решительно. Ручка ложки надавила на глаз насильника. Роман моментально замер, вытаращившись на жертву домогательства.
– Да, что с тобой не так? Одурела? Не смей! – Он не шевелился, нависнув сверху, опершись на руки. Только рот раскрывался и то с осторожностью: – Бешеная, успокойся! Я ради встречи бросил работу. Примчался сделать тебе хорошо, а ты сходишь с ума?
Даша рычала, оскалив зубы:
– Отползи, или я воткну ложку в глаз. Ты меня знаешь! – никакого сомнения, что так и сделает.
Обескураженный взгляд Ромы с усиленной мозговой деятельностью в глазах, но ультиматум выполнять не спешил. Невнятное оправдание:
– Мы всегда так играем. Говорил уже, ты так любишь!
– Любила! Не нужно делать мне хорошо, против воли! – В мыслях только одно – не позволить навредить девочкам.
Она свободной рукой с трудом подняла с тумбы настольную лампу. Ложечку убрала от глаза. Напрасно Роман улыбнулся. Тяжёлая подножка светильника приласкала светлый затылок, не дав «ублажителю» воспользоваться ситуацией. Удар нанесла без раздумий, прошипев в перекошенное болью лицо:
– Отыгрались. Теперь я другая! – под тяжестью рухнувшего тела охнула, но не закричала.
Выбраться было непросто. Сжимала зубы, чтоб не расплакаться. Разболелась каждая ссадина, каждый кровоподтёк. Пульсация крови набатом била в виски. Даша взглянула на лежащего вниз лицом полураздетого блондина и на дверь. Хорошо, что никто не зашёл. Пока не вспомнит себя, врагов наживать не стоит. Разбитной Рома может стать полезным.
Решение, что делать дальше, пришло моментально. Агрессора нужно связать. Она выдвигала один за другим ящики, осматривала шкафы, заглянула в завешанную дорогой одеждой гардеробную. Верёвку заменили чулки, что нашла в комоде. Мускулистые руки затянула за спиной, ноги со спущенными до колен штанами у щиколоток.
Снять на камеру смартфона любителя «жёсткого» секса дело минуты. Даша прокомментировала на камеру всё, что произошло в комнате. Хороший компромат.
Что бы ни говорил Рома про родителей, отец отреагирует на произошедшее жёстко. Его слова стоит делить на десять. Решил стать незаменимым? Расписал себя лучиком света в тёмном царстве. Пока всё с точностью до наоборот. Родители свет, а он паразит на репутации дома.
Чувства обострились до предела. Желание что-то сделать давило на мозг. Действие вкачанных в клинике лекарств ослабело. Накрывала паника. Она ещё раз прошлась по комнате.