НЕ ВЕРЬ... НЕ БОЙСЯ... НЕ ПРОСИ...(СИ)
Гарри Поттер — ты задрот,
Грязный пидор и урод!
— весело прокричали слизеринки, наблюдая, как Урхарт в очередной раз принялся трахать гриффиндорца, очко которого уже было порвано в нескольких местах бутылкой и теперь слегка кровоточило. От всего происходящего Малфоя начало тошнить и он, покинув гостиную, направился в туалетную комнату. Он едва успел подойти к раковине, как его вывернуло наизнанку, то ли от излишне выпитого алкоголя, то ли от омерзения. Тяжело дыша, Драко посмотрел в зеркало на свое отражение, испытав в этот момент отвращение к самому себе. Он не понимал, что с ним происходит. С одной стороны, он должен быть рад, что его соперника, который превосходил его во многом и которому он всегда завидовал, так жестоко опустили. Но почему-то он не испытывал торжества и не получал удовлетворения от содеянного, а каждый глухой вскрик гриффиндорца отдавался какой-то тупой болью в груди. Малфой не понимал, что это — внезапно проснувшееся раскаяние или жалость к поверженному сопернику? Поттер всегда был достойным противником, он был безрассудно смелым, отважным и благородным, в нем всегда были такие качества, каких не было в Малфое, и Драко злобно завидовал гриффиндорцу, в глубине души соглашаясь, что Поттер действительно истинный лидер и герой, чего не дано ему, как бы он ни стремился таким стать. И вот теперь Поттера уничтожили, он никогда уже не будет прежним, как тонко подметил проницательный Забини. В лучшем случае гриффиндорец превратится в затравленное, униженное существо с комплексом собственной неполноценности, которое будет шарахаться от собственной тени и вздрагивать от громкого звука, а в худшем — может наложить на себя руки. И Драко вдруг понял, что не этого он хотел. Он хочет, чтобы Поттер был таким, как раньше — наглым и язвительным, смелым и бесбашенно отважным, чтобы в его зеленых глазах светился спортивный азарт и злость, как это было сегодня во время матча, когда он сумел повторить потрясающий прием «Финборг Флик», отчаянно пытаясь вытащить свою команду к победе. Да, где-то в глубине души Малфой восхищался именно таким Поттером и хотел, чтобы гриффиндорец всегда таким и оставался. — Черт, — сквозь зубы процедил Драко и со злостью врезал кулаком в кафельную стену, сбивая в кровь костяшки. — Малфой, пора это прекращать! — выпалил Забини, стремительно врываясь в туалетную комнату. — Детишки слишком заигрались и не знают меры. Поттер уже в отключке, он может «врезать дуба» в любой момент, сердце не выдержит такой нагрузки. Тогда всем придет пиздец! — Блядские уроды, я же предупреждал! — прошипел староста и стремительно направился на выход, но Блейз схватил его за руку. — Если с Поттером что-то случится… Малфой невольно вздрогнул, как от удара, но Забини, пристально всматриваясь в лицо своего любовника, с напором повторил: — Если с Поттером что-то случится, ни в коем случае не смей брать вину на себя, и не сознавайся в изнасиловании. Поттер пришел сюда сам, по доброй воле. Отрицать заключенное пари не имеет смысла, об этом знает вся школа. Поттер и грязнокровка-грейнджер решили, что мы хотим его унизить, заставив отмечать вместе с ними нашу победу. На этом и надо стоять. Поттер пришел по приглашению, упился до скотского состояния, начал вести себя неадекватно и развратно, чем и спровоцировал парней. Он сам домогался тебя, а ты был пьян, мало что соображал, ситуацию не контролировал, а Поттер своими бесстыдными действиями вызвал у тебя эрекцию, в результате чего чисто случайно произошел противоестественный половой акт. Не надо упоминать о том, что Поттер был девственником, наоборот, в случае чего скажи, что задрот уже неоднократно имел сношения с мужиками, со своими маггловскими родственничками на летних каникулах. Ты понял меня, Драко? — произнес Забини. — Ловко ты все спланировал, mon cher, — облизнув пересохшие губы, хрипло ответил Малфой. — Это запасной вариант, mio angelo, на случай самого хренового развития событий. Надеюсь, до этого не дойдет. А сейчас пойдем, надо срочно избавиться от Поттера, пока наши пьяные идиоты не заебали его до смерти. Малфой стремительно вышел из туалетной комнаты и ворвался в гостиную. Поттера уже никто не трахал, даже игроки команды пресытились доступным телом гриффиндорца и сейчас попивали огневиски, посмеивались и обсуждали события вечеринки. Многие парочки, возбужденные недавним зрелищем, уединились по темным углам, откуда теперь раздавались характерные стоны и вскрики. Несколько парней, стоя рядом с Поттером, продолжали мастурбировать на него, кто-то, пьяно хихикая, лил ему на живот вино, считая это очень забавным. Лицо гриффиндорца было залито белой пеной, покрыто разводами спермы, из приоткрытых губ вытекала на подбородок вязкая белая жидкость. Какие-то шутники засунули гриффиндорскому капитану в анус снитч и золотые маленькие крылышки едва заметно трепетали у него между ягодиц, на которых было написано «Лучший ловец года». Поттер был без сознания и уже ничего не чувствовал. — Хватит, достаточно! — громко крикнул Драко, привлекая к себе всеобщее внимание, и многие уставились на него, не понимая, чего он хочет. — Заканчиваем вечеринку! — добавил блондин. — Да ладно тебе, Малфой, — произнес пьяный Урхарт. — Сейчас пропустим еще по стаканчику и продолжим с ним. Что ты здесь распоряжаешься? Я капитан команды… — А я староста факультета, — стальным голосом отчеканил Малфой. В гостиной вмиг повисла тишина, даже перестали раздаваться стоны из дальних темных углов. – Ну, это же наш трофей, приятель, — примирительно сказал Урхарт, усмехнувшись, показывая на бесчувственного гриффиндорца. Драко быстро взглянул на Блейза Забини, который напряженно наблюдал за развитием событий, готовый в любой момент вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля. — Ты прав, Урхарт, — отчеканил Малфой. — Мы выиграли и это наш трофей, но ты же не хочешь, чтобы он сдох здесь, на этом столе, от остановки сердца? В мои планы не входит оказаться в объятиях дементоров за групповое изнасилование с применением запрещенного наркотика, повлекшее смерть «Избранного». А ты хочешь отправиться в Азкабан? Казалось, что слизеринский капитан начал трезветь на глазах, он заметно побледнел, нервно сглотнул, облизнул пересохшие губы и хрипло произнес: — Ты прав, Драко. — Вот и отлично, — кивнул Малфой. — Надо привести его в сознание и выпроводить отсюда. Блондин подошел к столу, на котором лежал Гарри, и, направив на него волшебную палочку, прошептал заклинание, выпуская в бесчувственное тело струю золотистого свечения. Гриффиндорец тихо застонал, слипшиеся от спермы ресницы вздрогнули и приоткрылись, Гарри взглянул на Драко и тот, поспешно опустив глаза, отвернулся в сторону. — Вставай, Поттер, проваливай отсюда, ты выполнил условия сделки, все кончено. В гостиной стояла напряженная тишина. Пьяные студенты молча смотрели, как гриффиндорец, превозмогая боль в истерзанном теле, осторожно привстал, и, сняв со стола промокшую насквозь мантию, старается как-то ей прикрыться. — Возьми, тебе это пригодится, — Драко сунул Гарри в руку бутылку огневиски. — Давай, Поттер, уходи. Гарри, еле передвигая ногами, закусив губу от боли, пронзающей его измученное тело при каждом движении, медленно побрел к выходу, в одной руке держа грязную мантию, а в другой — бутылку огневиски. Слизеринцы провожали его молчаливыми взглядами, некоторые нервно курили. – Эй, Поттер, — Драко, не осознавая что делает, кинулся к гриффиндорцу. Гарри остановился и посмотрел в глаза слизеринцу. — Поттер, т-там твоя одежда, — запинаясь, взволнованно произнес слизеринский староста. – Там, на полу, твоя одежда… — Это не моя одежда, Малфой, — хрипло ответил гриффиндорец распухшими губами, на которых еще оставались следы спермы и капельки крови. — Поттер, ты что, спятил? — сглотнув подступивший к горлу комок, прошептал Драко. – Там, на полу, твоя спортивная капитанская форма, забери ее… — Я не капитан Гриффиндора, Малфой, — вдруг усмехнулся Поттер, отчего Драко отступил на шаг назад, с ужасом взирая на парня. — Что ты такое несешь, Поттер? — побелевшими губами произнес Драко, на миг решив, что гриффиндорец от пережитого тронулся умом. — Я не капитан. После проигрыша нашей команды меня отстранили от должности и вывели из состава команды, — ответил Гарри. — К…когда? — прохрипел Малфой. — Пока я лежал в больничном крыле, в гриффиндорской команде произошла смена состава. — И ты знал об этом… — прошептал Драко. — Знал, — подтвердил Гарри. — Кто… кто стал капитаном Гриффиндора? Ради кого ты…. — Джинни Уизли, — смотря в глаза Малфою, ответил Поттер. Лицо блондина стало похоже на мраморную маску, он тяжело дышал, но воздуха не хватало, и Драко схватился за ворот спортивной формы, пытаясь ослабить его. — Ты…ты… любишь ее? — прохрипел Малфой. – Да, — ответил Гарри и медленно, не делая резких движений, направился к выходу из слизеринской гостиной.