Начать заново (СИ)

— Хорошо, что тут только на входе требуют мзду, а то так можно и сознание потерять пока дойдешь до нужной двери.
— «Триада» — условная мафия Мангольдии. — шепотом сказал Каир.
Не успела я и рта раскрыть, как к нам подошел мужчина в черном кимоно.
— Вас ожидают? — спросил он Каира.
— Нам нужен господин Вонг. — уверено проговорил мой спутник.
— Зачем нам этот гольд? — спросила я, еле шевеля губами, чтобы, не дай Стихии: наш провожатый не расслышал, если я решусь на скаверзный мат, потому что Каир привел меня в бордель по моим прикидкам.
— Он точно знает, кто и когда уходил из его заведения.
— Теперь я понимаю, почему у Марко проблемы с личной жизнью. — медленно проговорила я, наблюдая как привлекательная гольда в красном платье с глубоким декольте развязно села на колени к полному господину с сигарой, что сидел в кресле.
— Идем. — шепнул мне Каир, выводя меня из шокового транса, пока я глазела как профессиональная куртизанка засунула язык пожилому гольду в ухо. А говорили, что на людях в Мангольдии такое не позволительно. Враки! Однозначно враки! Просто нужно знать места.
— И часто вы ходите по таким ммм… заведениям? — подобрала я более-менее нейтральное слово, хотя на языке вертелось нечто позабористей.
— Как обязывает работа. — отозвался Торренс с серьезным видом.
— Понятно, это теперь так называется. — рассмешил меня своим ответом мужчина, хотя в пору было пугаться.
— Хочешь откровение? — спросил Каир почему-то разозлившись.
— Давай. — почему-то мне все больше становилось смешно.
— Признаюсь тебе, я не тот мужчина, за которого выходят замуж и даже выбирают в качестве постоянного ухажера, но в первые в жизни мне захотелось быть с кем-то, не размениваясь. Поэтому, Айрис, я не буду отвечать на такие вопросы. Тем более тебе.
Я удивленно на него посмотрела, от легкого тона не осталось и следа, но решила не драконить Торренса старшего. К тому же ситуация явно не располагает к шуткам. И я замолчала, не зная, что ему на это ответить. К слову, словесный ступор случается со мной редко.
Мы плутали по коридорам с разными комнатами с не менее разнообразными звучаниями. Где-то мне слышался даже петушиный клекот, а где-то шум толпы. Я вопросительно смотрела на Каира, но тот сказал лишь одно слово «потом». Когда мы дошли до двухстворчатой двери в конце одного из каменных коридоров, то провожатый скрылся на пол минуты в комнате.
— Господин Вонг примет вас. — объявили нам.
Приемная оказалась на поверку просторной гостиной с камином-ртом в человеческий рост, на полу красовалась шкура дикого медведя, а на стенах полотна знаменитых мастеров Геи в позолоченных рамах. Похоже обладатель интерьера был коллекционером. Резная мебель стояла полукругом. Мужчина сидел к нам спиной, и я разглядела на бритом затылке с закрученной косой на макушке гольдские символы. Хаку-раху. Но значение осталось для меня загадкой.
Затем он повернулся и расплылся в медленной хитрой улыбке. Знаете, есть такие люди, у которых она врожденная. Этот тип был именно из таких. Тонкие усы подчеркивали тонкий рот и острый нос. А затем я поняла, что тот мужчина в гостиной не самое бесстыдное, что можно было здесь увидеть.
— Надо же какие люди! Давно тебя не видно было. Можешь идти, Шая. — сказал он кому-то вниз, и полуголая девица в одном халате поднялась с колен. Наверное, нужно было видеть мое лицо, но мой мир приличий и рамок явно рухнул в адскую бездну. Звякнула пряжка. Гольда, не стесняясь голой груди и в целом своего положения, запахнулась. И, отправив воздушный поцелуй, подхватив звякнувший бархатный мешок с козетки, удалилась.
— Теперь я понимаю, где ты набрался этих привычек. — хмыкнула я тихо у плеча Торренса, но он не успел мне ответить.
— Смотрю, ты с подругой. — оценил мое присутствие гольд и, честно говоря, в этом контексте мне быть однозначно не прельщало.
— Вонг, я по делу.
— Разумеется. — погладил он тонкие усики, оглядывая меня. Гольд переместился к секретеру и налил нечто из графина в хрустальный стакан. Звякнул лед из специального ящика. — Ты у нас занятой… мужчина. — запнулся он, понимая, что при мне болтать точно не стоит. Гольд двигался медленно и как-то плавно, перетекая, точно ленивый кот. Худощавая фигура выглядела обманчиво расслабленной. Потому я не ожидала выпада. — Выпьешь? — предложил он внезапно, тряхнув стаканом прямо перед носом, отчего я, признаюсь, растерялась. Но ответил за меня Каир.
 
— Она не станет.
— Дай ей решить самой, Торренс. Таковы правила. — подмигнул он.
— Тут и решать нечего. — заступился за меня в игре, правил которой я не понимала. Хотя судя, потому что Каир напрягся, то это опять их гольдские штучки со стаканами.
— А-а, я понял. — посмотрел он с прищуром на горца. — Неужели ты привел в бордель свою А-мэ? — усмехнулся он. — Ну так как, милая, выпьем или ты немая?
— От чего же не выпить, — разозлилась я и нехорошо улыбнулась, почувствовав доступ к источнику, — но… попробуй сперва сам! — волна ярости накрыла меня быстрее, чем я успела осознать, что делаю. Рука вывела плетение и алкоголь в его стакане вспыхнул голубым пламенем и быстро накалился, отчего гольд резко разжал пальцы, обжегшись. Стакан упал на пол, расплескав кипящее спиртное.
Каир тут же прикрыл меня, мысленно выругнувшись.
— Тварь! — потрясал он кистью, а затем прожег меня испепеляющим взглядом и… рассмеялся. Сумасшедший. — С огоньком, значит? Девушка-госпожа-маг. Приятно. — неожиданно расплылся в улыбке.
— Вонг, я здесь в поисках. Давай без своих игр. Девушка со мной и эту тему закроем. Сюда последний раз приходил Марко. Твои парни наверняка видели его. Куда он ушел потом?
Ухмылка гольда мне не понравилась сразу, как и прозвучавшие далее слова.
— А с чего ты взял, что он уходил? — черная бровь чуть приподнялась, хрустнул опять лед в железном коробе и мужчина приложил его к обожжённой руке.
— И где он? — спросил Торренс, обладая по истине огромным терпением. Паузами, которыми кормил нас этот гольд впору было подавиться.
— Твой брат проигрался и отрабатывает. — рот гольда исказился в усмешке.
Я посмотрела на Каира и было видно, что мужчине трудно просить этого человека, чью роль я пока не совсем понимала. Стряпчий? Администратор? На главу заведения он не тянул, иначе вышвырнул бы меня вместе с Торренсом за мою выходку. Но я не жалела, потому что всегда считала достойным дать ответ таким мерзавцам как этот делец.
— Надеюсь, не пожизненно. — хмуро добавил Каир.
— О, я тебе даже покажу. — мужчина открыл дверь и изобразил галантный жест. — Прошу.
Мы прошли в коридор и Каир уверенным шагом направился первый внутрь. В конце бесконечного, как мне казалось, хода стояла железная дверь. Когда он повернул ручку, то послышались удары, а затем сдавленный стон. Мы вышли на втором ярусе балкона, огибающего зал, где внизу трое крепких парней избивали мужчину. Лица было не разглядеть из-за кровяных подтеков. Но когда мне это удалось…
— Марко! — не смогла сдержать я вскрика и зажала рот рукой, чтобы из меня не вылетели слова не подобающие приличной девушке. Хотя о каких приличиях здесь можно говорить?
— Как видишь, милая, твой приятель отрабатывает у нас тренировочным снарядом.
Я посмотрела на Каира, ожидая его действий, но тот лишь сжал челюсть. Щелкнула пальцами, но здесь магия уже не откликалась. Похоже в стены здесь были зашиты пластины из мирила или еще что.
— А-а-а, — покачал он назидательно пальцем, как маленькой девочке, — магией здесь пользоваться нельзя.
— Договоримся? — сдержано спросил Торренс, что только раззадорило еще больше проклятого гольда.
— Не со мной договор, Каир. Я бы и рад помочь. Тебя в должниках приятно держать. Но увы. Тебе в западный кабинет.
— Кто в западном кабинете? — спросила я у еще больше помрачневшего Торренса.
— Вы не знакомы с господином Каном? — удивился гольд.
Секундой позже Каир сжал кулаки и двинулся в противоположную сторону, а я осталась стоять, не зная, что мне делать. То ли идти за ним, понимая, что этого делать не следует, то ли остаться здесь и наблюдать за избиением, не в силах ничего сделать. Без магии женщине сложно в мужском мире. Мой взгляд был устремлен на арену, где лицо Марко представляло собой просто кровавый кошмар. Мне хотелось испепелить этих головорезов, но о физическом превосходстве последних, я даже упоминать не буду. От бессилия я прикусила губу практически до крови, наблюдая за Марко. А когда Торренс слепо посмотрел на балкон, где я стояла, то у меня сжалось сердце. На этой ноте голос отвлек меня: