Право истинной пары (СИ)

Тигран бросает на меня быстрый взгляд и прижимает к себе. Мое сердце бешено колотиться, а бабочки в животе перешли в наступление. Почему его простые прикосновения меня так возбуждают? Немного успокоившись, я смотрю на него и произношу:
— Ведь как говорят, мечтам свойственно сбываться.
Тигран
Тело Амалии отвечает мне, сжимается в судороге, и я снова кончаю, громко выкрикнув ее имя. Я взрываюсь и, достигнув своего пика блаженства, замираю. Тяжело дыша, я валюсь на Амалию и целую ее в лоб.
— Это было просто восхитительно, — шепчет она мне в ключицу.
Амалия тоже тяжело дышит и не в силах двинутся с места. Я открываю глаза и медленно выхожу из нее. Не торопясь встаю и начинаю одеваться. Полностью одевшись, я возвращаюсь к своей малышке, накрываю ее одеялом и ложусь рядом с ней.
Она довольно улыбается.
— Мне нравится, как ты на меня реагируешь, — бормочу я, а Амалия застенчиво улыбается.
— Я и сама не знаю, как это получается.
Подперев голову рукой, я лежу рядом с ней и любуюсь ее красотой. Пожимаю плечами и отвечаю:
— Это все наша магия. И как же мы без нее бы жили?
Ухмыляюсь и жду ее ответа, но Амалия лишь вздыхает, и ложиться на мою грудь, чертя узоры на моей рубашке.
— Думаю, и без нее мы смогли найти и любить друг друга. Ты так не считаешь? — она подняла голову и ждет моего ответа.
— Думаю, да.
— Как думаешь, любовь между нами может когда-нибудь исчезнуть?
Я поднимаю брови. Она это серьезно? Поняв, по ее глазам, что серьезно, запрокидываю голову и начинаю громко смеяться. Сейчас она выглядит такой смешной.
Широко улыбаюсь в ответ.
— Амалия, наша любовь никогда не закончится и, пожалуйста, не забивай свою голову такими мыслями.
Она будто потрясена и не может это скрыть. Хмурюсь и заставляю ее подняться на кровати.
— Амалия, ты действительно считаешь, что любовь может когда-нибудь закончиться? Вот так просто? Ты же шутишь, да? — беру ее за руки и вглядываюсь в глаза.
Амалия удивленно смотрит на меня.
— Я всегда думала, что… — ей явно не хватает слов. Думаю, такое происходит впервые. — Что угодно может пройти. И любовь в том числе.
— Я не намерен больше такое слышать, Амалия. У нас все будет хорошо и любовь, которую мы сейчас испытываем, никогда не исчезнет. Ведь она такая чистая, невинная и местами страстная, — приблизился к ней и поцеловал шею.
Она нагибается и целует в губы. После сжимает губы и произносит:
— Мы же можем надоесть друг другу. Не сейчас, а через много-много лет. Ты так не считаешь?
— Может я тебе надоем, но ты мне, поверь, никогда! — делаю акцент на последнем слове.
Амалия поднимает брови, похоже, она слегла изумлена.
— Ты мне никогда не надоешь, любимый, — прильнув ко мне, отвечает она. — Мы преодолели столько сложностей, что я никогда не смогу даже подумать о том, что смогу отпустить тебя.
— Я тоже тебя люблю, — мягко произношу я, гладя ее волосы. — И никто не сможет этого изменить.
— Погоди ка минутку, — говорит Амалия, садясь и беря свою футболку. Я неохотно встаю с кровати и помогаю ей одеться. — Мы должны подумать об ужине, совсем об этом забыли. Я еще и нюни распустила, прости меня.
Я поднимаю штаны с пола и вручаю их Амалии, безуспешно пытаясь скрыть свою ухмылку.
— Я вспомнил, как сорвал их с тебя, прости, — поднимаю руки в знак поражения, — немного порвал их здесь, — указал я на небольшой разорванный шов.
Амалия прищуривает глаза и делает вид, что смотрит на меня самым сердитым взглядом. У нее это плохо получается. Волосы ее растрепаны, и я знаю, что, когда она попытается привести их в порядок, у нее ничего не получится. Она берет с прикроватной тумбочки резинку для волос и пытается завязать их в тугой узел. Она начинает ворчать, на что я начинаю смеяться.
— Отрежу их к чертовой матери!
— Ты не посмеешь, — помогаю ей справиться с волосами.
Следом мы идем вместе в ванную, умываемся и пока мы это делаем, ко мне приходит отличная идея, от которой Амалия не будет в восторге. Но откладывать на потом не хочется.
— Пойдем, — я открываю дверь и прислушиваюсь. — Тагира поблизости нет. Похоже, он у себя в комнате и…разговаривает по телефону.
 
— С кем? — полюбопытствовала Амалия, следуя за мной по пятам.
— Это личное, — подмигиваю я ей.
Мы идем на этаж выше, в номер, который находится прямо под нашим. Я останавливаюсь около дверей, поворачиваюсь к Амалии и беру ее за подбородок. Наши взгляды встречаются, и я с обожанием смотрю на эту прекрасную девушку.
— Ты готова?
— Готова к чему?
— Готова, — отвечаю я на свой же вопрос, наклоняюсь и целую ее в губы. В следующую секунду стучу в дверь, и через пару секунд передо мной появляется моя приемная мама.
— Заходите, заходите, — щебечет мама, шире открывая дверь. — Я думала, ты еще вчера должен был к нам заскочить и… приветствую тебя, милое создание, — повернувшись к Амалии, произносит мама. — Какая ты красивая и нежная, — гладя ее волосы, добавляет она. — Проходите, дорогие.
— Тигран, зачем ты так поступил? Я же неподобающе одета! Ты меня подставил! — начала Амалия, но я легонько подтолкнул ее в нужном направлении.
— Понравишься ты или нет, зависит только от тебя. Точнее ты им понравишься, только будь самой собой.
Раздается шум в гостиной, и мы оба разворачиваемся на звук.
Спустя минуту, солнечная Айлин приглашает нас в гостиную. Моя рука покровительственно лежит на талии Амалии, она же пытается сбросить ее, смущаясь. Оставив Амалию возле кресла, я, засунув руки в карман, подхожу к окну и смотрю на лужайку перед отелем.
— Тигран, ты тоже присядь, пожалуйста.
Я разворачиваюсь в сторону сидящих. Мы с Амалией обмениваемся тревожными взглядами. Но я не хотел бы омрачать знакомство Амалии с родными такими мыслями, а отменять ужин тем более. И чтобы не произошло, наше воссоединение неизбежно.
— Мама, Айлин, — начинаю и я вижу, что Амалии непривычно, что матерью я называю, да и считаю женщину, которая вырастила меня. — Я пришел сюда не один, как видите.
— Братик, можешь уже сказать, что это очаровательная девушка дама твоего сердца? Любишь ее и никогда не отпустишь? — тараторит Айлин, смотря на меня невинными глазами.
Тигран улыбается и кивает.
— Я знаю, что вы примите ее в нашу семью. Даже не сомневаюсь в этом.
— Конечно, примем. Ты любишь ее, а значит, и мы ее любим. Ведь так, моя хорошая? — беря Амалию за руку, спросила мама. Все же она чудесная женщина, которую некоторым еще надо искать и искать.
— Спасибо, — кладя ладонь на руку мамы, благодарит Амалия. — Тигран рассказывал о вас много, но я и представить не могла, что вы настолько прекрасные люди.
— Если счастлив мой сын, счастлива и я, — произносит мама, смотря на меня, потом на Айлин. — Мои дети сейчас рядом со мной и мне ничего больше и не надо.
— Мамочка, а ты не хотела бы проверить нашу Амалию? — вставляет свои пять копеек Айлин. — Подходит ли она нашему Тиграну или же… Ладно, шучу я, шучу, — смеется Айлин, подходя к Амалии. — Ты так испугалась моих слов, — она обнимает Амалию и следом шепчет: — Рада с тобой познакомиться. И рада тому, что мой брат, наконец, создаст свою семью.
Наши взгляды с Амалией встречаются, и в этот самый момент я понимаю, что неимоверно счастлив. Счастлив так, что одними слова невозможно описать.
  
Глава 26
 
Тагир
Разобраться с Эстер получается не так-то быстро, как мне хотелось бы. Мне казалось, что, когда я назначу встречу и сяду за стол, пятьдесят процентов будет уже сделано, но не тут-то было. Мои действия возымели абсолютно противоположный эффект.
 
Эстер несколько раз продинамила меня, и я как дурак по несколько часов сидел в кафе, ждал ее и смотрел на входную дверь. Эта была третья назначенная встреча, и больше я терпеть не стал бы. В этот раз, если она не придет, то…
Эстер, одетая в безупречно-красивую одежду идет навстречу моему столику, словно является моделью известного глянца. Смотрю на нее и стараюсь погасить искру негодования, начинающую разгораться в сердце. Эта женщина была любовью всей моей жизнь, та с которой я несколько месяцев проводил ночи напролет, ласкал ее и целовал так нежно и искренне.