Право истинной пары (СИ)

— Как давно ты узнал об этом? И что самое главное, почему ты не поделился со мной этим?
Я выдвинула ящик комода, доставая оттуда полотенце и огромный махровый халат.
— Мы с Тагиром провели свое небольшое расследование и узнали о том, что именно мать Рояла навеяла на нас чары забвения, представляешь?
— А я ее упустила из виду, — опустив глаза, пробормотала Амалия. — Если бы я знала…
— Ты не могла знать и не вини себя за это. Так должно было случиться, — поцеловал я ее в макушку. — Слышишь? Все хорошо и мы найдем ее.
— Хорошо, — также грустно ответила она и опустила руки на колени.
— Прими ванную, поговорим позже, хорошо?
Я возмущенно подняла брови, показывая этим, что недовольна его поведением, но тут же улыбнулась. Такое поведение вовсе не было мне свойственно.
— Меня Тагир просто просит зайти к нему, — объяснил он.
— Вы уже научились обмениваться мыслями? Я рада за вас. Иди, — поцеловала я его в щеку. — Приходи скорее, я буду ждать.
— Непременно, — не дал он мне пойти в ванную комнату, схватил за талию одной рукой и прижал к себе. Он несколько раз чмокнул меня в губы и прижался губами к волосам. — Теперь иди.
Пока набиралась вода, добавила масла и немного пены. Вошла в воду с необычайно прекрасным настроением. Я так радуюсь открытиям братьев, что сама становлюсь окрыленной и в меру счастливой. Они начали чувствовать друг друга, а это уже границы возможностей братьев-близнецов. С такими мыслями, я пролежала в ванне полчаса, а когда вода остыла, я осторожно вышла из воды и, укутавшись в халат, перебралась в спальню, дожидаться Тиграна.
Задремала прямо сидя на мягком кресле. Не раскрывая глаз, я сладко потянулась и увидела полоску света, проскользнувшую через щелку открытой двери. Опустила ноги на пол и мягко ступила на палас. Посмотрела на часы, стоящие на тумбочке — без двадцати минут два. Почему Тигран так долго отсутствует?
Взглянув на себе в зеркало, ужаснулась: я все еще была укутана в полотенце. Вниз спускалась в халате. Наверху никого не было, и я решила проверить гостиную на первом этаже, так как именно оттуда доносились голоса. Я пошла на звук и оказалась среди гущи событий.
Вся семейка была в сборе — Арабелла с Разилем, Тигран и Тагир. Они все сидели друг напротив друга. Я перевела взгляд на стол, где в разброс лежали какие-то бумаги.
— Амалия, не хотел тебя будить… — начал Тигран, но Арабелла прервала его.
— Она же часть нашей семьи, не так ли? — язвительно фыркнула она. — Она не может присутствовать здесь! Ты должна уйти, сейчас же!
— Мама! — крикнула Тагир. — Ты не можешь так поступить!
Я опустила глаза, не желая находиться в такой обстановке. Что я еще могла сделать? Сделала шаг назад, но Тигран рывком оказался рядом со мной, взял за руку и произнес:
— Она будет моей женой и мне плевать, что ты об этом думаешь!
— Я знаю, Тигран, — сквозь навернувшиеся слезы, произнесла Арабелла. — Я уже поняла, что тебе все равно на мое мнение. И это после того, как ты не пришел ко мне, как только узнал о том, что твоя семья здесь, рядом с тобой!
Я честно старалась держать себя в руках, но сожаление к этой женщине вышло за пределы моих возможных чувств. Я перевела свой взгляд на Тиграна, держащего меня за руку, и тихо прошептала:
— Побудь с матерью, она ведь в шоковом состоянии. Со мной ничего не будет.
На этот раз ответил Разиль:
— Тигран, пожалуйста, не будь жесток с матерью. Амалия права, она до сих пор не может поверить в твое чудесное спасение, а ты…
— Разиль, мама начала набрасываться на Амалию как только она перешагнула порог этой комнаты, позабыв о том, что я вообще нахожусь перед дней. И что ты предлагаешь мне делать? Она моя будущая жена и она…
— Она супруга твоего брата! Это невозможно! — начала кричать Арабелла, встав со своего места. — Тагир, хоть ты что-нибудь скажи! Он не может жениться на ней! Вы связаны!
— Вот, пожалуйста! — Тигран вклинился в монолог своей матери. — Сейчас мама больше переживает за честь своей семьи, а не за меня. Какой еще шок она испытывает?
 
Я хотела сказать, что мы никогда с Тагиром не были по-настоящему женаты, но этого делать было ни в коем разе нельзя. Нас могли жестоко наказать, это каралось смертью…
— Сейчас мы все ложимся спать, а утром разберемся, что с этим всем делать! — актерскому мастерству Арабеллы можно было только позавидовать… — Вы, — она указала на нас. — Спите раздельно. Тагир со своей супругой, а ты, Тигран, в спальне для гостей.
— Я еще и гостем оказался, — возмутился Тигран, но не стал больше отвечать на нападки матери.
Но я не поняла одного. Да, Арабелла немного черствая женщина и не всегда могла показывать свои эмоции окружающим ее людям, но как она могла себя так вести, когда узнала о том, что ее якобы погибший сын жив? Выждала паузу и в полной мере оценила ситуацию, в которую мы только что попали. Ясно, что нет никаких признаков вспыхнувшей любви матери к сыну, но главный вопрос, мучающий меня: разве такое вообще возможно?
Арабелла столько лет не могла поверить в то, что ее сын погиб в той страшной аварии, верила и надеялась, что его душа спокойна. А тут… тут он стоит перед ней, а она только отчитывает его за любовь, которую он проявляет и чувствует ко мне? Здесь что-то неладное… И я это обязательно выясню.
— Амалия, идешь?
Обернулась к Тагиру и четко выговорила каждое слово:
— Ты спишь на диване.
— Естественно, а где же еще? — пожал он плечами. — Пойдем спать, — обнял он меня за плечи. — Завтра все более или менее прояснится, обещаю тебе.
Амалия
— Честное слово, думала, что после всего случившегося меня уже ничего не смогло бы удивить, но я ошибалась. Причем очень сильно…
— Амалия, ты поспать не хочешь? — Тагир открыл один глаз и вымученно глянул снизу вверх.
— Да как ты после всего произошедшего можешь спокойно спать? — я быстро поднялась с кровати и отошла к окну. Глубоко вздохнула и прикрыла глаза.
— Выдохни уже, — Тагир сел в позе лотоса. — А что я еще могу, по-твоему, сделать? Нервничать? Ходить по комнате или же задавать себе вопросы, на которые у меня не будет ответов? Что из этого?
Обернулась и четко выговорила:
— Почему твоя мать была так спокойна? Я не такую реакцию ожидала от нее.
— Амалия… Выдохни уже. Все мы разные и по-разному реагируем на ситуации. Мама отреагировала так, ты по-своему? За что ты хочешь зацепиться?
Это стало последней каплей для моей психики. Я не выдержала. Я с бешено колотящимся сердцем подошла к нему и, опустившись на колени, четко проговорила:
— Твоя мать столько лет горевала о Тигране и каждый раз проклинала себя за то, что не смогла его уберечь. Тут, оказалось, что он жив, да еще и стоит перед ней, а она начинает придираться к другим вещам! Мне это совсем не понятно.
— Ты вспылила из-за того, что предметом нападков стала ты? Тогда я тебя понимаю, правда.
— Тагир, ты просто невыносим. Разве я об этом сейчас говорю? — изумилась я.
— Хорошо, предположим, мама должна была кинуться в объятия к Тиграну. А дальше то что?
— Она именно так и должна была поступить! Понимаешь, мать, которая узнала только что о том, что ее сын вернулся практически из могилы, должна была так поступить! — у меня начал заплетаться язык, да и слова я по несколько раз повторяла.
— И что ты хочешь всем эти сказать?
— Твоя мама прекрасно знала о том, что Тигран жив, — заявила я, а глаза Тагира широко расшились после моих слов. Он явно не ожидал от меня такого.
— Ты что, с ума сошла? — чуть ли не поперхнулся он. — Она бы так не поступила с нами, со мной во всяком случае.
 
— Так вот твое неверие и должно помочь мне в расследовании. Ведь ты хочешь узнать правду? — улыбнувшись, спросила я. — Я права?
— Это безумие, — он откинулся на подушку. — Я не смогу поверить в твой бред.
— Тем более, — я легла на кровать и посмотрела вниз на него. — Ты же хочешь переубедить меня в обратном? Это твой шанс.