Путь в Бездну 13 (СИ)

В общем, всё пошло совсем не так, как мы надеялись. И теперь, видя этого полубога воочию, я уже засомневался, что мы поступили правильно, вообще сунувшись в его владения. Мощь его ауры и первоосновы была впечатляющей. И было хорошо понятно, как именно он собрал такую Силу.
Спустя мгновение, огромный гнолл уже снова был рядом с моим союзником, нанёс новый ужасающий удар, пытаясь разрубить Герцога пополам. Но Эферион откатился в сторону, и из его глаз, по полубогу, ударил Прожигающий Взор. Магический удар способный пробить меня, в этой форме, насквозь, но против этого полубога он оказался не очень эффективен.... Горрел не успел увернуться, и его отбросило в сторону, слегка опалив морду и плечо. Он взревел от ярости и вновь сблизился с, уже вставшим на ноги, Герцогом, обрушив на того град ударов, и вынуждая баатезу отбиваться уже своим оружием. Не будь у Эфериона его особых усилений, он не смог бы блокировать и один такой могучий удар. Но даже сейчас ему пришлось очень трудно.
Вокруг началась бойня. Изменённые кровью гноллы с орками, набросились на наших бойцов со всех сторон. Их было в два раза больше, и каждый из них по силе не уступал бабау. В центре зала началась страшная битва.
Я тоже не стоял столбом, и сразу же набросился на теснящего баатезу бога со спины. Шея у твари была очень толстой и прикрытой мехом, к тому же, спина, почти до колен, была защищена доспехом, поэтому, я мог попытаться лишь подрубить ему ноги, но сделать это мне не удалось.
Тварь развернулась ко мне и нанесла удар топором, с такой силой, что попытайся я блокировать его, мой собственный меч, вырвавшись из рук, разрубил бы меня пополам. Поэтому, я использовал всю доступную мне ловкость, и стал уворачиваться от могучих ударов, лишь пытаясь, хотя бы слегка, ранить его в ответ.
В первые же мгновения битвы стало ясно, что этот могучий монстр, несмотря на габариты, не уступает мне в скорости, а в силе превосходит, по крайней мере, раз в пять. Его первооснова была заточена под ближний бой, шкура крепка, а тело не знало усталости. Умей он ещё увеличиваться в размерах, то нам бы уже давно пришёл конец.
Герцог атаковал его со спины, и теперь монстру пришлось биться против нас двоих, постоянно отражая удары с разных сторон. Это значительно упростило мне задачу, хотя тварь оставалась слишком могучей, и я пока не знал способа её завалить…
Два гиенодона набросились на могучего корнугона, и даже тому, с его размерами и силой, стало непросто. Он отшвырнул от себя первую тварь, и попытался разрубить топором вторую, но существо оказалось весьма юрким, и, в скорости, баатезу почти не уступало. А потом, в бой вступил и отброшенный к стене монстр, вцепившись зубами в руку старшего демона, удерживающую топор. Нашему корнугону стало совсем не до шуток. Его повалили на землю, и одна из тварей впилась в горло. Демону пришлось схватить чудовище за челюсти, и он попытаться их разжать. Помочь ему остальные бойцы сейчас не могли, поскольку, все наши демоны, и так сражались против превосходящих сил противника.
Пожалуй, лишь хаматуласы, красные абишаи и набассу, оказались достаточно сильны в бою против, изменённых божественной кровью, орков и гноллов. Остальные наши демоны были не готовы, к такому противостоянию. В первые секунды боя, мы лишились трёх камбионов и двух бабау. Но и противник потерял троих.
Баатезу с танар’ри смогли выдержать первый напор, отступив к стене, а потом, даже перешли уже в собственное наступление, с трудом оттесняя противника от себя. Но в центр зала никто из них не лез, там проходил бой трёх могучих лидеров, и никто не собирался соваться в эту мясорубку.
Я уже не раз попадал мечом по груди твари, но клинок ударял по прикрывшей её защитной пластине, не причиняя полубогу никакого вреда. Спина тоже была защищена, хотя и значительно хуже, но толстые пластины третьего уровня, в сочетании с непробиваемой шкурой, надёжно защищали полубога. Всё чего я добился, это небольших порезов, на которые полубог не обращал внимания. Поняв бесполезность этих атак, я сосредоточился только на ногах и руках Горрела.
 
Божеству гноллов тоже пришлось непросто, мы с Герцогом, оказались слишком шустрыми и весьма сложными противниками. Он пытался сражаться сразу против обоих, но быстро понял тщетность этих попыток, после чего, с рычанием, набросился на Эфериона. Пытаясь раздавить его в первую очередь, а потом уже заняться мной. Он делал круги вокруг отступающего Герцога, и, своими ударами, пытался разрубить его пополам. Тот, в ответ, пытался использовать свой Прожигающий Взор, но полубог был настороже, и сразу отбивал божественные лучи своим оружием, не позволяя себя коснуться. А слишком долго использовать их Эферион не мог. Души, что он в себе удерживал, быстро истощались…
Вот сейчас бы очень помогли мои отростки, и яд, что в них содержится. Но я не “разблокировал” их заранее, и Сил, чтобы сделать это сейчас, у меня не было. Оставалось надеяться, что действуя сообща, мы всё же способны остановить этого могучего врага. В одиночку, с ним мне точно не справиться. И главным для нас было лишить его подвижности…
Выждав момент, я послал сообщение Герцогу, чтобы тот ослепил тварь. Эферион ничего мне не ответил, лишь продолжал пятиться и уворачиваться от страшных ударов, вновь прижимающего его к стене монстра. Но в один момент, отпрыгнув назад, вдруг обрушил свой Прожигающий Взор в лицо твари. Вынуждая монстра остановиться, зашипеть и прикрыть лицо лезвием топора. Настал момент действовать уже мне. Резко сблизившись с полубогом, я присел к земле, и обрушил сильный удар по внутренней стороне колена. Горрел словно почувствовал опасность, и попытался убрать ногу, одновременно разворачиваясь ко мне. Мой удар пришёлся не туда куда нужно, но всё же, я чуть не перерубил его правую ногу пополам, прорубив кость, больше чем наполовину. В следующее мгновение, разозлённый монстр врезал мне рукояткой топора, сделав это с такой силой, что меня отбросило в позиции, сражающихся с гноллами, демонов. Я чуть было не лишился своего оружия, да и несколько рёбер точно были сломаны. Хотя это, конечно, не ранение для Лорда, даже в столь уязвимой форме.
Вскочив с земли, я разрубил пополам, вставшего у меня на пути, противника, и вновь ринулся к Горрелу, опасаясь за своего союзника. Но ситуация уже изменилась.
Моя последняя атака не была напрасной, и монстр всё же получил серьёзное ранение, а когда он повернулся ко мне, то мой союзник не растерялся, и, почти сразу же, обрушил точно такой же удар, на уже раненную и замедленную ногу твари, и в этот раз, перерубив её пополам.
Божество гноллов рухнуло на землю и пыталось встать на здоровую ногу, а Эферион носился вокруг, обрушивая множество ударов и не позволяя тому подняться. Я присоединился к нему, атакуя раненого врага с другой стороны. Как бы ни был силён наш противник, но, оказавшись на земле, он сильно замедлился. Монстр исходил пеной и злобой, пытался встать и схватить нас своей когтистой лапой, пытался дотянуться топором, но теперь уже, шансы были не в его пользу.
Мы, раз за разом, наносили ему раны и, в конце концов, выбили оружие из рук, а вскоре отрубили и саму кисть. Тварь не сдавалась, шипела и пыталась до нас дотянуться, кричать ему сдаться, было бесполезно. Горрела охватила ярость, глаза затуманились, а из пасти, с шипением, лилась пена. Он встал на четвереньки, и пытался загрызть нас словно бешеный зверь.
Мы нанесли множество колющих ударов, и лишили полубога второй кисти, он истекал кровью, но продолжал брыкаться и бросаться на нас, как безумный.
К этому моменту, наши войска уже заканчивали с бойцами Горрела. Мы с Герцогом переглянулись, и я ему кивнул. После чего, мы одновременно сблизились с раненым полубогом, втыкая свои клинки ему в голову, пробивая мозг. Даже с такой раной, он ещё пытался нам сопротивляться, рычал, выл и махал культями, но было ясно, что для него всё кончено. Тем более, мы больше не собирались оставлять ему жизнь. Контролировать этого монстра всё равно не получится, он же, способен, с лёгкостью, убить любого из нас, и даже остальные наши союзники боги вряд ли осмелятся бросить ему вызов… К тому же, этот бой сильно истощил наши силы. Даже я потратил остатки душ, чтобы усиливать себя в этом бою, и получил немало серьёзных ран. Все эти затраты стоило компенсировать, но, душами его приспешников, этого было не сделать…