Сибирский некромант - 2 (СИ)

— И что мы будем с ними делать, ёпт? — спросила Инга.
От морозной армии не осталось и следа, но сама девушка приманка для другого некроманта. Когда он выследит их, его смогу перехватить я. Хотя как драться с некромантом Пятого Круга? Так просто с ним не сладить, на Четвёртом почти нет заклинаний, способных его повредить. Зато у меня есть Чингисхан, личи отлично держаться против Пятёрок. И деда можно позвать.
Но кажется, я придумал, что делать.
— Думаю, тебе стоит переехать, — сказал я. — Микипер перевезёт поближе к моему деду. А дед даже поможет вырыть тебе яму в вечной мерзлоте.
— Но зачем? — Арина приоткрыла рот от удивления.
— Потому что мне надо будет перехватить ядовитого, — честно ответил я. — Причём на моей территории. И пусть Сердце будет там. А дедушка — он у меня лич, так что некромант Пятого Круга дважды подумает, стоит ли с ним связываться. А когда решится, мы уже будем знать, где он и что.
Некрить девушку я не собирался, для меня не было смысла. А вот поймать ядовитого — многого стоит. Вот только инквизиция зачем-то охотится за недобитой Метелицей, а не за опасным ядовитым.
— Ну хорошо, — Арина вздохнула. — Что ещё остаётся?
— И свою бабушку забери, — я кивнул на неё. — Может, дед вспомнит молодость. Может, вернёт тебе генерала.
Девушка согласилась, ей всё равно было некуда податься. Конечно, у дачи деда теплее, чем здесь, зато мне туда проще добраться из Читы. Оставил Микипера для помощи в перевозке. Ну и чтобы он проследил за погрузкой Сердца, которое тоже пусть лежит недалеко от деда. В город я его не повезу.
Сам я отправился в инквизицию. Почему-то охрана на входе вместо кабинета проводила меня в подвал. Раскольников ждал там, стоя у карты области, держа руки за спиной. Здесь же был и Злобин, который что-то писал, сидя за столом. Китайская ручка тихо шуршала по бумаге, а Злобин хмурил лоб, о чём-то напряжённого думая. Лампа над головой раскачивалась с тихим скрипом.
— Такая большая территория, — медленно сказал Раскольников. — И так мало людей, живущих на ней. Вполне бы все уместились здесь, — старший инквизитор ткнул пальцем в Читу. — И нам бы не пришлось мотаться по всему краю, разыскивая отступников, — он повернулся к нам. — Что с ледяными?
— Тот, кого мы привели, не раскололся, — Злобин с опаской посмотрел на шефа. — Вернее, ничего не сказал. Оказывается, он вообще умер. Вернее, да, он умер, но умер после захвата, ещё раз, окончательно. Ни следа жизни или некроэнергии.
— Можно его занекрить, — я усмехнулся.
— После некрения большая часть памяти исчезает, — сказал Раскольников не глядя на меня. — Это известно всем. Стирается без следа, остаётся только эхо, которое невозможно расшифровать. Так что с ледяными?
— Думаю, ядовитые опаснее, — сказал я. — И они вполне могли наслать некрочуму.
— Это ерунда, — главный инквизитор отмахнулся. — Мелочь, не достойная внимания. Лучше ищите ледяного. Он может быть опаснее.
Ну, какой-то он недальновидный. Один ядовитый скелет в городе может натворить кучу бед, ведь один заражённый некроядом легко заразит другого. Да и Злобин это подтвердил.
— Мы нашли в системе очистки вот это, — он достал смартфон и начал листать, выискивая среди сброшенных на телефон серий «Некромантского Петербурга» нужный снимок. — Вот он. Ядовитый скелет, заражённый некрочумой, купался в питьевой воде. И мы понять не можем, как он там оказался. Там же три уровня нашей защиты!
На снимке довольный скелет, сидящий в воде на самом дне резервуара, показывал инквизиторам средние пальцы. А я думал, колдовство было более изощрённым, но тут всё проще. Скелет аж светился зелёным, его заразили по полной.
— Ерунда, — Раскольников направился к выходу. — Найдите ледяного. Чингисхан у них. Он поднимет целую армию и атакует город. Это опаснее, чем десяток-другой больных.
Спорить я с ним не собирался, ведь я-то точно знал, у кого Чингисхан. Раскольников вышел, а Злобин продолжал делиться новостями. Только он был недоволен.
— Разорался на меня, когда я вылил зелье в воду, — пожаловался лысый инквизитор. — Говорит, нужно было согласие центра. А согласие центра — это ждать месяцы, тут бы всю Читу занекрили. Да и Палыч у нас хорошо разбирается в алхимии, говорит, безопасно.
 
— Ну главное, что вылил, — сказал я. — Альберт, всё же нам надо найти ядовитого. Он опаснее. Думаю, это некромант очень высокого Круга Смерти. Как бы не натворил чего.
— Посмотрим, — Злобин вздохнул. — Но пока приказали искать ледяных. Хотя я попрошу ребят, чтобы поглядывали по сторонам. Не хватало ещё одной вспышки болезни.
Для хранения ядовитой армии нужны особые условия из кислоты и яда, так что без следа её спрятать не выйдет. Попробую заняться, когда будет возможность. Но пока я решил отправиться в школу. Путь лежал мимо камер, которые пустовали.
Но когда проходил мимо одной, чья-то костяная рука схватила меня за полы куртки.
— Господин, — прошептал скелет. — Вы пришли за мной? Я им ничего не сказал!
Это ещё кто? А, точно, скелет некроманта Третьего Круга, который раньше носил маску. Мой Скелет Отпущения, которого я выставил виновным в ритуале подъёма Чингисхана. Но почему он меня помнит? Я же стирал ему память.
Скелет с мольбой смотрел на меня из-за решётки. Хотя это может быть моей фантазией, ведь у скелета нет лица и глаз. Но подумаю, может, стоит его вытащить? Тогда придётся заменять на другого, а другой также будет ждать, когда я приду за ним. Ладно, подумаю.
— Пока подожди, скелет, я ещё не придумал, как тебя вытащить.
— Буду ждать, — он грустно вздохнул и вернулся на своё место у стены.
Я направился в школу, сегодня после обеда было пару уроков у других классов. Вести уроки сегодня лень, да и дети в других классах сегодня почему-то казались особенно тупыми. Так что я устроил контрольную, а сам сидел за столом, поглаживая спящую Ингу. Потом решил сходить за мороженкой.
Удивился, когда увидел резко притормозивший у крыльца красный спортивный шевроле без крыши. Сидящий там мужик в дорогом чёрном пиджаке и рубахе поправил золотую цепь и легко выпрыгнул из машины. Это ещё кто?
Курившие на крыльце Петропалыч и Годзилыч удивились не меньше меня.
— Виталий Иваныч, — поприветствовал меня мужик в пиджаке и пожал руку. — Пётр Палыч, — мужик пожал руку седому охраннику и поглядел на Годзилыча. — Здорово, Годзилыч.
Ну, имени-отчества Годзилыча мало кто знал, так что тут мы не удивились. Мужик решительно вошёл в школу, оставляя за собой запах дорогого одеколона.
— Кто это? — спросил я.
— Лапердин, — Годзилыч достал новую сигарету.
— Пердун? Но он вообще не похож!
Вместо печального усатого учителя в старом свитере, который тайком выпивал между уроками, это вообще был другой человек, решительный и уверенный в себе. Помню, как он совсем недавно занимал у меня деньги, но быстро отдал, в отличие от Годзиллы, которая теперь тщательно делала вид, что меня не помнит.
— Он же в лотерею выиграл, — сказал Петропалыч.
— А потом в казино сорвал джекпот, — добавил Годзилыч. — И не один раз, говорят. Видел, какие котлы у него? Швейцарские.
Я помню, как говорили, что Лапердин выиграл в лотерею и…
Тут мне стало любопытно, в голове появилась одна мысль.
Я вошёл в школу.
— Ну-ка, сопляки, отстали от него! — Лапердин легко отогнал толпу детишек, которые загнали в угол Вовочку.
Детишки разбежались, удивлённые внезапным преображением учителя истории и географии. А сам Лапердин продолжил идти в свой кабинет.
— Варвара Леонидовна, вы сегодня хороши как никогда, — поприветствовал он Чуму, от чего та вздрогнула и уронила термос с кофе.
— Вера Иннокентьвна, да я вас не узнал, — Лапердин увидел Годзиллу. — Думал, какая-то девочка в школу пришла.
— Хо-хо-хо, — рассмеялась довольная Годзилла. На старческих щеках проявился румянец.
— Надежда Павловна, вы прекрасны как всегда! Евгеньич, мужик, уважаю!