Темный рыцарь (ЛП)

Подтягивая рубашку повыше на горле в жалкой попытке скрыть отметины от его любопытных глаз, я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к нему лицом.
— Мило с твоей стороны показать свое лицо и выяснить все самому.
— Это была середина гребаной ночи. Я был разбит.
— Вот тебе и защита от всех ужасов в мире, — бормочу я, мои глаза закатываются так сильно, что становится больно.
Его губы приоткрываются, чтобы возразить, но он быстро решает воздержаться от того, что собиралось сорваться с его губ.
— Тебе нужно решить, на какой линии всего этого властного, сверхзащитного большого брата ты стоишь, Нико. Ты не можешь пытаться контролировать мою жизнь в одну секунду, а потом наплевать, если в следующую я сгорю дотла в домашнем пожаре.
— Папа сказал, что с тобой все в порядке.
— Не в этом дело, придурок, — шиплю я.
Реальность такова, что прошлой ночью я не хотела, чтобы он приближался к дому или моему подвалу. Но дело не в этом.
Он пытается показать, что он весь такой по-братски защищающий, бросает все силы и следит за тем, чтобы я делала только то, что он хочет, чтобы я ни делала, но его нет рядом, когда он потенциально может мне понадобиться.
— Ты лицемер, — огрызаюсь я. Я не в первый раз произношу эти слова, и я уверена, что не в последний. — Сколько девушек было прошлой ночью? Так вот почему ты не смог прийти мне на помощь? — Я съеживаюсь от своих собственных слов.
— У меня не было—
— Малышка Си, вот ты где, — раздается громовой голос из коридора, заставляя мой желудок сжаться.
— Деймос, — рычит Нико, уже предсказывая, что должно произойти.
Рука Алекса обнимает меня за плечо, и он притягивает меня к своему телу, прикасаясь губами к моему уху.
— Ты в порядке, детка? Ты не ответила на мои сообщения.
Поднимая сумку повыше на плечо, я вырываюсь из его хватки и пристально смотрю на него.
— Что? — спрашивает он. — Я забеспокоился, когда увидел групповой чат этим утром.
— Ты в курсе, что если бы там действительно был пожар, мне пришлось бы разбираться с ним в одиночку прошлой ночью, верно?
Очевидно, что это неправда, и я слишком остро реагирую на их бездействие прошлой ночью, но я ничего не могу с этим поделать.
— Деймон сказал— начинает Нико, но обрывает себя, когда мой взгляд становится убийственным.
Благодаря Анту и Дейману — черт возьми, и Алексу тоже — я сумасшедшая. Мои эмоции переполнены, нервы на пределе, и я понятия не имею, что делать дальше. Это означает, что моя обычная реакция на все — слишком остро реагировать и огрызаться на всех.
Хотела бы я быть более уравновешенной во всем этом. Возможно, я буду через несколько дней, как только все уляжется.
— Черт, Кэл, — сказал Алекс, нервно потирая затылок. — Я проспал до утра. Думаю, ты утомила меня, когда приходила ко мне. — Его ухмылка становится шире, когда Нико рычит в гневе.
— Ты была у Алекса прошлой ночью?
— Я покончила с этим. Вы оба просто убирайтесь с моего чертова пути. — Я протискиваюсь мимо Алекса, толкая плечо моего брата, когда он просто стоит там, свирепо глядя на него с пульсирующей раздражающе-кровавой жилкой на виске. — Я уже знаю, что прошлой ночью у тебя не было компании, — бросаю я через плечо. — Ты никогда не бываешь таким невыносимым придурком, когда трахаешься.
— О, братан, она тебя выпорола, — воет Алекс.
К счастью, я пропускаю реакцию Нико, когда вхожу в раздевалку и оказываюсь в окружении бессмысленных девчачьих сплетен.
— Калли, что случилось? — спрашивает Стелла в ту секунду, когда отрывает взгляд от застегивания спортивного лифчика, и обнаруживает, что я стою посреди комнаты, как будто мне здесь не место.
— Н-ничего. Просто Нико ведет себя как обычно, придурок.
— Он весь день был похож на медведя с больной головой, особенно учитывая, что ты избегала всех, как чумы.
— Я чувствую себя не очень общительной, — бормочу я.
— Что случилось? Я думала, что пожар был ложной тревогой.
— Это было… Я просто… — Мои глаза жгут слезы, а в горле образуется комок.
— Черт, Кэл. — Стелла бросается вперед и обнимает меня, пока я борюсь, чтобы не развалиться на части перед командой сук, которая является командой по гимнастике.
 
— Я в порядке, — шепчу я, когда чувствую себя немного сильнее. — Я просто измотана. Мне нужно убрать подвал, а Нико — засранец.
— Не могу поспорить с последним, — беспечно говорит Стелла. — Но тебе не нужно заниматься этим делом в одиночку. Хочешь бросить это, захватить немного еды и Эмми, пойти и начать?
— Нет, я не могу просить тебя—
— Каллиста Чирилло, — рычит она, в ее тоне звучит предупреждение, которое у меня нет выбора, кроме как воспринимать всерьез.
— Мисс Питерсон будет в бешенстве.
— Трахни ее. Ты важнее. Кроме того, это даст нам возможность поговорить. Что-то подсказывает мне, что ты избегаешь этого с прошлых выходных.
— Я-я не. Я—
— Калли, — выдыхает она. — Не лги мне.
Я вздыхаю, не желая продолжать убегать от всех и скрывать, что я чувствую.
— Просто в последнее время все стало немного не по себе.
— Мне жаль, — говорит она.
— Это не твоя—
— У нас происходило столько дерьма, что мы пренебрегали тобой.
Я качаю головой. — Я привыкла к—
— Нет. Просто нет. Только потому, что парни уже так с тобой обращались, это не значит, что это правильно, и мне жаль.
Она делает шаг назад и оглядывается на остальных членов команды, которые не обратили на нас никакого внимания. Возможно, это как-то связано с тем фактом, что моя лучшая подруга — крутая задница, которая на данный момент ударила не одну из них и в целом снова и снова доказывала, что она намного лучше любой из их элитных задниц.
— Пойдем, пока не появилась мисс Питерсон.
Накинув на плечи толстовку с капюшоном, она засовывает ноги в кроссовки и берет сумку.
— Ты на машине? — спрашивает она, когда мы выскальзываем из раздевалки и направляемся по теперь, к счастью, пустому коридору.
— Да.
Стелла достает свой телефон и начинает отстукивать, прежде чем поворачивается ко мне и говорит: «Эмми в деле».
Улыбка растягивает мои губы, когда меня поражает осознание того, как сильно мне нужно было немного времени с моими девочками.
Потребность рассказать им правду о том, что происходит, сжигает меня, но я знаю, что не могу. Я не могу произнести им имя Анта. Если кто-то еще узнает и сплетни распространятся, он может быть мертв до захода солнца. А что касается Деймона. Что ж… Я думаю, мы просто продолжаем притворяться, что там ничего не произошло. Я имею в виду, мы делаем это с Хэллоуина, так что это не должно быть слишком сложно.
Только теперь он не игнорирует тебя.
Я хочу поделиться со своими девочками и сказать им, что я наконец-то потеряла свою V-карту. Но в то же время я не готова к тому, чтобы они узнали.
Стелла берет инициативу в свои руки и открывает мою водительскую дверь, прежде чем у меня появляется шанс приблизиться, но я не жалуюсь. Я более чем счастлива, что мне не нужно ни на чем сейчас сосредотачиваться.
Я ожидаю, что она направится прямиком ко мне, поэтому сажусь немного прямее, когда она делает поворот, которого я не ожидаю.
— Куда мы направляемся?
— Встречаемся с Эмми и получаем то, в чем, я думаю, ты отчаянно нуждаешься.
Сбежать?
— Ах, да? — Спрашиваю я, любопытствуя узнать, чего, по ее мнению, мне сейчас не хватает — помимо моего здравого смысла, очевидно.
В ту секунду, когда она ведет нас к территории Жнецов, у меня появляется очень хорошая идея о том, куда мы направляемся. Упомянутое кафе быстро стало любимым местом Стеллы и Эмми в городе, где они могут потусоваться и набить свои лица большим количеством сахара, чем, я уверена, они должны съесть за месяц.
Я была здесь с ними всего пару раз, и я не могу спорить, что Стелла права. Это именно то, что мне нужно.
Я замечаю мотоцикл Эмми на несколько мест впереди нас, когда Стелла паркуется, и мы выходим.