Римлянин. Книга третья (СИ)

Впрочем, люди из охраны Бирона тщательно проинструктированы в технике эксплуатации этого ненадёжного поделия и даже успели выстрелить по одному разу. Опыты показали, что некоторые бронзовые трубки можно переснарядить для повторного использования, но Таргус бы не стал так рисковать.
План штурма включал в себя обстрел особняка из огнемётов, с четырёх сторон, а затем непосредственно штурм с применением гранат. Хаоситы этого точно не ожидают, поэтому Таргус рассчитывал застигнуть их со спущенными штанами.
Но планирование — вещь сложная. Особенно сложная, когда у тебя в распоряжении не проверенные битвами легионеры, а обычная охрана опального дворянина.
«Скажи своим людям, что штурм состоится завтра», — написал Таргус.
— Вы уверены, что это так нужно? — спросил Бирон. — Мы вообще не понимаем, что это за люди и чем они вам не угодили.
«Вам и не нужно ничего знать», — написал Таргус и одарил Эрнста раздражённым взглядом. — «Это мои злейшие враги, а, следовательно, и ваши. Они не остановятся ни перед чем, чтобы убить меня».
— Мои люди никогда не готовились к штурмам, поэтому я опасаюсь, что мы останемся без… — начал Бирон.
«Не переживай понапрасну», — отписался Таргус. — «Я всё спланировал и если всё пойдёт по плану, то обойдётся без жертв с нашей стороны».
— Будем надеяться, — произнёс Бирон.
Ему это сидение на постоялом дворе было совершенно не по нраву, так как Курляндия до сих пор в опасности. Только вот перечить человеку, убившему в открытой схватке двадцать с лишним казаков… А ещё он человек, переживший прямое попадание в голову…
«Скажи вот этому, здоровому, пусть берёт тренировочные мечи и идёт во двор», — написал Таргус. — «А вот этот пусть возьмёт винтовки».
По указанию Бирона, охранники взяли требуемое и направились на задний двор.
Таргусу нужно было размяться и освежить навыки владения холодным оружием. А то расслабился слишком.
Во дворе он размялся и начал избиение сначала одного охранника, а затем второго. Они ничего не могли противопоставить навыкам и физическим кондициям Таргуса, но он старался не усердствовать, дабы создать иллюзию, что они теоретически способны его одолеть.
Систематические упражнения превратили его тело в точно работающий механизм, будто специально предназначенный для убийства. Впрочем, не будто.
Сколько бы ни тренировались охранники, это не было частью их жизни с раннего детства, поэтому догнать Таргуса в уровне владения любым видом оружия они не могли. А про рукопашный бой даже можно не говорить.
«А ведь столкнись я прошлый с кем-то вроде меня нынешнего — проиграл бы», — подумал Таргус, берясь за винтовку.
Ближний бой с винтовкой — это хит эпохи. Сабли и палаши постепенно уходят в историю, но вот длинный штык будет неотъемлемой частью войны еще долгие века. Потом, конечно, обязательно придумают пистолеты-пулемёты, штурмовые винтовки или что-то ещё мощнее и скорострельнее, но здесь и сейчас доминирует штык. Даже существенно возросшая точность винтовочного огня не исключает последующего штыкового натиска. Поэтому легионеры закованы в сталь, далеко не всегда держащую современную пулю. Зато в ближнем бою они неуязвимы: штык не способен пробить эти латы, а о минимизации уязвимых мест позаботились учёные Промзоны.
Статистика, собранная в ходе боёв, однозначно утверждала, что легионеры побеждают в ближнем бою в девяти случаях из десяти.
«А ведь с окислительным конвертером дела примут совсем другой оборот», — подумал Таргус. — «Мы будем получать сталь с заданными характеристиками, в том числе и специальную противопульную. Лёгкую, чтобы увеличить полезную нагрузку легионеров, легированную, чтобы не гнила от плохой погоды, а также по-настоящему массовую, чтобы снабдить ею каждого».
Статистики есть и в других странах, поэтому все уже успели заметить, что в ближнем бою легионеров не победить. Это не может не сказаться на тактике. Только вот Таргус не видел сколько-нибудь значимых способов одолевать легионеров в рамках линейной тактики или даже тактики рассыпного строя и атакующих колонн.
 
Можно стать «вровень» с легионерами, начав строить из своих солдат стрелковые цепи, но это возможно только при наличии казнозарядных виновок. В таком случае ближний бой уходит на второй план, становясь маловажным, ведь схождение для рукопашки снизит контроль над подразделениями и повысит риск поражения. Не можешь управлять подразделениями — не контролируешь ход боя. Недопустимо.
Другое дело, что Таргус изначально дал высокую автономность когортам. Тысяча легионеров под контролем капитана — это сила, способная внести решающую лепту в ход боя. Даже отправляя когорту в ближний бой, Таргус может быть уверен, что капитан способен оценить положение вещей и отступить, если надо. Компетенция капитанов когорт позволяет действовать на поле боя так, как и не снилось некоторым франкским генералам.
«Но пока я вожусь тут с хаоситами, франкские генералы учатся противодействовать моим легионам», — подумал Таргус. — «И не только они».
Нужно было возвращаться как можно скорее.
Вдоволь намахавшись тренировочными мечами и мушкетами, Таргус отпустил взмокших охранников Бирона и пошёл в баню.
Русская баня лишь отдалённо напоминала римские термы, являясь чем-то совершенно иным. Даже самый жаркий кальдарий (1) пасовал перед русской парилкой. Но Таргусу такой экстремальный вид развлечения пришёлся по нраву. Он уже давно пообещал себе, что выделит деньги и построит в каждом своём дворце капитальные русские бани, чтобы хотя бы пару раз в неделю от души пропариваться.
«В этом определённо что-то есть», — засел Таргус на верхней лавке.
Взяв веник, он начал охаживать им спину.
«Надо что-то придумать с освещением», — подумал Таргус. — «Керосиновые лампы тут долго не протянут, а значит, нужно встраивать их в стены с двуслойным толстым стеклом».
Идея пришлась ему по нраву, поэтому он сделал себе зарубку на память.
Спустя полчаса он понял, что больше в парилке находиться нельзя и выбежал наружу, сразу же перемахнув через борт большой бочки с водой.
Посидев пару минут в холодной воде, он вылез из неё и взял висящее на крючке полотенце.
После парилки мир сразу же зацвёл новыми красками, стало гораздо легче жить. Проблемы и напряжение последних дней ушли на второй или даже на третий план, а мысли крутились лишь вокруг Марии Терезии. Они вынужденно прервали работу конвейера по производству Виридианов этого мира, поэтому по возвращению отрыв надо будет стремительно сокращать.
Переодевшись в свежую простолюдинскую одежду и загримировав шрамы, Таргус вернулся в номер, где завалился на кровать.
Быт современного крестьянства скуден и прост. А ещё полон мистики и тайн.
С религией сельских жителей Таргус уже определился: они действительно верят в своих старых богов, но стараются не афишировать. Волхвы действительно есть, причём это не экстраординарное явление. Что-то такое было в покорённой Галлии, где жители на словах приняли новых богов, которые, как оказалось, не такие уж новые, но столетиями поддерживали культ недобитых друидов.
В России христианство — удел горожан и аристократии. Православные священники не справляются с охватом населения, поэтому в большей части деревень их просто нет.
Что с этим можно сделать? Как это можно использовать?
Был у Таргуса соблазн просто прекратить существование Русской православной церкви, славящейся крайней непоследовательностью в выборе стороны. Из недавнего: они уже собрались венчать на царствование малолетнего Иоанна III, который в год своего правления так и не был официально коронован. Поступок РПЦ уже был достаточно легитимным поводом, чтобы при возвращении власти разогнать охамевших святош к чертям, а имущество их отобрать. Они будут бороться, обязательно нарекут его Антихристом, но какая разница? Не оправдал доверия и предал — жри последствия полной ложкой.
С аристократией тоже всё предельно понятно: никто против Временного правительства и Иоанна III не выступил, даже военные. И ладно Таргус, он официально умер, но есть ведь вполне себе живая императрица Екатерина II.