Римлянин. Книга третья (СИ)

«Доказательство для губернатора», — отписался человек.
— Выбрось, — приказал атаман. — А лучше закопай где-нибудь в овраге, чтобы никто не нашёл. Я до всех казаков доведу, чтобы говорили, что случайно убили. А ты вообще помалкивай.
Человек раздражённо посмотрел на атамана.
— Извини, не подумал, — произнёс атаман. — Но никоим образом не распространяйся про этот налёт. Понял меня?
Человек кивнул.
Он и так не собирается ни с кем обсуждать произошедшие события, поэтому от него не будет никаких проблем.
Человек ускорился и начал догонять нос колонны. Недолго осталось, уже видно город.
Но вот они в Астрахани. Голова хана Дондука-Омбо лежит в седельной сумке, так как человек посчитал, что будет неплохо иметь материальное свидетельство о смерти цели. Придётся закопать её где-нибудь.
Войдя в постоялый двор «Придорожный», человек кивнул Яшкину и уселся за ближайший стол.
Достав из нагрудного кармана дневник, он открыл его и перечитал сообщение о награде за задание.
Награда за выполнение : 180 патронов к револьверу.
Местоположение: комната № 3 в постоялом дворе «Придорожный».
Торопиться было бессмысленно, поэтому человек дождался корчмаря.
— Вернулись уже? — спросил Яшкин, приняв заказ на кружку пива и похлёбку. — Надеюсь, калмыки надолго запомнят наш ответ?
Человек утвердительно кивнул.
— О, новый посетитель, — увидел корчмарь вошедшего в помещение мужчину. — Ладно, вечером всё обсудим.
Пообедав, человек вышел из корчмы и снял с коня седельную сумку.
На заднем дворе корчмы он взял лопату и выкопал яму в полметра глубиной. Не самое лучшее место, чтобы прятать отрубленные головы, но и искать на заднем дворе корчмы никто её не будет.
Заложив ханскую голову собранными за оградой камнями, человек закопал эту импровизированную могилу и вернул лопату на положенное место.
Далее он поднялся на второй этаж корчмы и отворил дверь. На столе его ждали бумажные коробочки с патронами.
На коробочках не было никаких изображений, только надписи «11,2×60 мм — экспансивные» и «11,2×60 мм — оболочечные со стальным сердечником»
Вскрыв упаковку с экспансивными патронами, человек начал внимательно изучать вынутые оттуда пули.
Вручённые Бездной боеприпасы отличались от местных поделок в лучшую сторону: экспансивные пули можно было смело называть полуоболочечными, с максимальным останавливающим действием. Судя по выемке в носике каждой пули, при попадании в тело противника пуля разворачивается в «цветочек», полноценно передавая свою кинетическую энергию жертве. Но главным преимуществом было то, что эти пули являлись полуоболочечными, то есть, частично плакированы мельхиором или хризохалком, что существенно снижает риск срыва пули с нарезов и избавляет от проблемы освинцовывания ствола.
Последняя проблема не была сколько-нибудь существенной, так как человек регулярно и тщательно чистит своё оружие, но, тем не менее, с новыми патронами можно вести интенсивную стрельбу без постепенного снижения качества выстрелов.
«До заката надо успеть почистить револьверы», — напомнил себе человек.
Вернув патроны в коробочку, он поместил все коробки в сумку. Сто восемьдесят патронов в шести коробках — это существенное увеличение его боеспособности. И пусть пули с цельнометаллической оболочкой будут наносить куда меньший ущерб, тем не менее, это всё ещё пули и они способны убивать.
Далее человек приступил к чистке револьверов. Оружие требует заботы, как женщина. Не проявишь достаточно внимания — будь готов, что в один день тебя предадут. И в обоих случаях смерть — это не худший из возможных исходов.
Когда человек оттирал барабан второго револьвера от масла, в нагрудном кармане нагрелся блокнот. Новое задание?
Человек отложил барабан, протёр руки ветошью и извлёк из кармана дневник.
Задание «Смешаться с местными» провалено.
Наказание за провал: Реверс.
 
В дверь кто-то требовательно затарабанил. Человек опустил взгляд на разобранные револьверы.
«Сука», — подумал он и резко бросился к стоящей у двери сабле.
Но свет померк и человек отправился в небытие.
//Курфюршество Шлезвиг, г. Эгида, 6 декабря 1747 года//
Близился конец года.
Зозим подумала, что надо готовить годовой отчёт императору, но потом с горечью осознала, что не надо.
«Нет, надо», — мысленно поправила она себя. — «Но не императору, а императрице. В общих чертах, с минимумом подробностей».
Подготовка новых легионов идёт отлично, причиной чему служит многочисленный штат инструкторов из эвокатов I-го и II-го легионов.
Рекрутов набирали призывным методом, в возрасте от 14 до 20 лет. Были определённые проблемы с этим, так как никто не хотел просто так отдавать этих бесправных существ, поэтому пришлось платить. Зозим сделала стандартную ставку выкупа призывницы в двадцать пять рейхсталеров, что чрезвычайно щедро и больно для бюджета. Были и подлоги, когда предприимчивые «любящие» родители выдавали десятилеток за четырнадцатилеток, но Зозим приказала брать всех. В конце концов, так даже лучше, ведь детство рано или поздно проходит, а легионер остаётся. Ещё был этический момент: если уж родители готовы продать своего ребёнка, то этому ребёнку будет лучше без них.
Императрица дала добро, поэтому девушек набирали со всех имперских земель, включая Шлезвиг. Шлезвиг, к слову, оказался своеобразным рекордсменом по призыву, так как именно в нём удалось пятикратно перевыполнить план набора.
Обучение будет идти ещё год и девять месяцев, поэтому было важно сейчас не впутываться ни в какие мутные дела. Да, обороняться они могут сколько угодно, но стратегия от обороны почти всегда обречена на провал. Это Зозим узнала на курсе «Стратегия», лекции которого посещает два раза в неделю, чтобы лучше разбираться в военном деле.
Императора, который полностью перекрывал своей фигурой военную область, больше нет, поэтому Зозим сочла, что надо учиться хотя бы отчасти компенсировать эту тяжёлую потерю.
Карлица была сильно не уверена в своих способностях вести войну, но зато была спокойна за финансовую часть.
Бюджет курфюршества был в полном порядке, причём 48% дохода приносит экспорт черновой меди. 22 ноября было запущено ещё два окислительных конвертера для цветных металлов, выработка готового продукта существенно возросла, но мировая потребность, по прогнозам экономистов, если и будет удовлетворена, то очень нескоро.
Причём очень важно понимать нюанс с терминологией: это в Шлезвиге экспортируемый продукт называют «черновой медью», а вот покупатели так не считают. Несмотря на лишние примеси, шлезвигская медь в исходном виде использовалась для изготовления разного рода бронз, в основном для отлива резко подешевевших пушек. Агенты из отдела промышленного шпионажа докладывали, что мастера Италии и Франции разработали уникальные пушечные сплавы на основе шлезвигской меди. Более того, французы пошли дальше и разработали мушкетный сплав бронзы, благодаря чему существенно ускорили перевооружение армии.
Какая-то светлая голова в Парижской Промзоне самостоятельно дошла до концепции сменных стволов, что решило проблему низкого ресурса бронзовых изделий. Информация о разработке строго засекречена, поэтому агентура не смогла прояснить всех деталей. Также из бронзы делаются револьверные барабаны для винтовок, но они крайне неудовлетворительны по надёжности. И это при том, что в них используется ослабленный заряд пороха. Для некоторых вещей бронза совершенно не подходит…
Зозим знала, что револьверные винтовки — это тупик. Император неоднократно говорил об этом и искренне желал всем иностранным оружейникам «вдоволь натрахаться с этим концептом». Она не знала, почему именно эта концепция тупиковая, но сомневаться в словах императора не приучена.