Проклятие Табигати

Рыбам пираньям из западных морей скормили барана всего за несколько золотых. Маруф, садовник, под страхом смерти супруги скинул мясо в бассейн.
Со змеями вышло дороже. Местный аптекарь подмешал в духи Замиры настойку полыни за право расширить лавку вдвое на базаре Оштоша, а няня оросила ими сорочку девушки.
Дрессировщика львов запугали нукеры за возможность подсмотреть за омовением нагой девушки. Льва накормили и допустили к львицам. Вдоволь наигравшись, царь зверей даже усом не повел, когда мимо него объятая страхом прошла будущая верховная.
Естественно, сама Замира ничего этого не знала, и для нее всё было по-настоящему. Она вспомнила все свои шалости. И поцелуй с красавцем Ибраимом, начальником охраны. Она не устояла перед его сладкими комплиментами, и поддалась соблазну, сойдя с ума от тихого, но мужественного голоса. Замира тогда собиралась отправиться в храм пораньше, а няня куда-то запропастилась, и девушка решила сама сообщить об этом охране. Она спустилась в мужскую часть дома и зашла в караулку, а там стоял он, обнаженный по пояс. С мышцами, как у героев из запретных книг. Замира до этого ни разу не видела раздетого мужчину так близко. Сердце девушки замерло, а он, словно сам Иблис во плоти, зашептал лестные слова. Странное чувство наполнило низ живота девушки. Ее исподнее вдруг стало влажным, тело бросило в дрожь, а дальше всё было как в тумане. Он склонился к ней так близко, что она не удержалась и коснулась его губами.
«Прости, Безликая…»
Замира окунулась с головой в бассейн с кровожадными рыбами, но они не обратили на нее никого внимания. Девушка вылезла из воды и, надев сухую сорочку, ступила на тропу змей. И тут память воскресила в сознании момент, когда ночью ей снова приснился кошмар на берегу озера. Где она среди ночи в одной сорочке наткнулась на вездесущего Ибраима, которого старалась избегать после того поцелуя. Но мужчина ни словом не напомнил о случившемся. Он внимательно слушал, сопереживал её страхам, а когда его ладонь коснулась спины Замиры, страхи улетучились, а низ живота странно защекотало, словно стая бабочек вспорхнула в один миг. С ним было не страшно. Уютно и тепло. Она прижалась к сильному плечу, а его ладонь нырнула под её плечо и накрыла грудь. От остроты ощущений она застонала, когда его пальцы нащупали затвердевший сосок. Ночные кошмары ушли в прошлое, ноги девушки стали ватными, а с губ едва не сорвался громкий стон. Мужчина накрыл её уста поцелуем, не позволяя привлечь к ним лишнего внимания.
«Прости, Безликая, но он мне очень нравится…» И Табигати простила, ведь змеи расползлись, освобождая путь.
Впереди её ждал лев. Грозный страж лесов и пустынь. Громадный зверь лежал в углу клетки, и Замира застыла от страха. Она вспомнила, как позволила Ибраиму целовать её в личных покоях. Мужчина долго покрывал её тело поцелуями. Нежно и страстно. Медленно и возбуждающее. Замира вспомнила, как сами по себе раздвинулись ноги, когда опытный любовник коснулся соска губами. Как её тело горело огнём, пока стражник прокладывал дорогу из поцелуев к её животу и ниже. Вспомнила, как мир взорвался фейерверком, унося её в далекую и прекрасную даль, когда его губы коснулись её самого сокровенного места. Она принадлежала ему. Она была его Замирой.
Сердце в груди стучало набатом, казалось, оно вот-вот расколется о ребра, и уши заложило. Сладкие воспоминания заставили её соски отвердеть и явить себя сквозь легкую ткань рубашки. Промежность увлажнились, и девушка покраснела, смущаясь собственных порочных желаний. Лев же, учуяв запах добычи, лишь шевельнул ухом и отвернулся, не удостоив избранную даже взглядом. И когда Замира дошла до храма в одной ночной рубахе, её встретили авиациями. Местная жрица и верховная возвели её на лобное место и привязали руки к алтарю. Затем служители внесли имитацию мужского полового органа, сделанного из чистого золота.   Будущая безликая со страхом посмотрела на блестящий золотом пенис, который явно был больше, чем достоинство Ибраима. Замира вспомнила, как ей нравилось ласкать его, и как она ощущала власть над этим грозным воином, целуя его член. Она в тот момент была для него целым миром…
 
Замира закрыла глаза.
Жрица храма смазала пенис душистым маслом, задрала подол рубашки и раздвинула ягодицы девушки. Верховная налила масла на её бедра и принялась втирать его в промежность, а потом, раздвинув половые губы своими пальцами, плавно ввела святыню в преемницу. Замира закричала скорее от унижения, чем от боли, а ткань её рубахи обагрилась. Верховная воздела к алтарю окровавленный член и начала читать молитву.
Юсуфбей улыбнулся. Дело сделано. И обошлось даже скромнее, чем он готов был заплатить. Осталось дождаться восемнадцатилетия Замиры и отправить её в столицу. Алчный мужчина уже тратил в мечтах полученные барыши. Народ же в храме ликовал. Султанат обрел новую верховную, да еще и на новогодие. Это было очень хорошим знаком…
 
Глава 9
 
Пир по поводу обретения Султанатом новой избранной плавно перетек в новогодние торжества. Вино текло рекой, в небо то и дело взмывали салюты и фейерверки. Столы ломились от яств. Праздник был в самом разгаре, но Юсуфбею было не до празднований. Странное предчувствие беды гложило его сердце. Будучи опытным человеком, он понимал, что обещанная награда не гарант сохранения тайны, в отличие от смерти хранителя ненужных знаний. И он решился. Вечером на третий день после инициации, Бай направился к начальнику охраны дочери. Ибраим слюной истекал, глядя на Замиру, а значит, он выполнит порученное. Юсуфбей без стука отворил дверь в спальню капитана и взревел от ярости. Он увидел голую задницу Ибраима между ног дочери. Стража влетела на зов. Начальника охраны стащили с Замиры, а её саму замотали в одеяло.
Хозяин Оштоша был в ярости, Ибраим же сжался в комок от страха, и от былого воина не осталось и следа.
– Г…г...господин, это всё она. Я отказывался и отнекивался, она угрожала мне расправой, если не подчинюсь, – промямлил мужчина, уткнувшись лбом в носы сапог Владыки.
Замира смотрела на любимого и не верила ни своим глазам, ни своим ушам. Сердце замерло от ужаса, ведь уста, которые восхваляли её, сейчас нещадно плевались грязью.
– Ибраим, да как же так? Что ты такое говоришь? – прошептала осипшим голосом, но стражник будто и не слышал её вовсе, продолжая изворотливо лгать.
– Сначала она подкараулила меня в раздевалке и заставила себя поцеловать. Потом среди ночи, пожаловавшись на кошмарные сны, потребовала ласкать ее грудь…
– Что!? – возмущённо взвизгнула девушка и подняла взгляд на отца, лицо которого было пугающе серьезным. – Мне приснился кошмар, я испугалась, а он… Ты не можешь верить ему… – отчаянно всхлипнула Замира и снова перевела взгляд на любимого. – За что ты так? Это же неправда…
– У тебя ещё будет право слова! – оборвал дочь Юсуфбей. – Продолжай, Ибраим.
Мужчина вздрогнул от приказа хозяина и снова забормотал:
– А … а потом заставила целовать её везде. Даже там, где запрещено. Это был приказ. Я не мог ослушаться.
– Скотина, ты совратил меня, забыл? Что ты за тварь? Как я могла подумать, что люблю тебя! Мерзкий выродок! – не сдержавшись, Замира бросилась к стражнику, сжав кулачки, но нукеры перехватили её и усадили на кровать.
Один из них поцарапал плечо девушки пластиной доспеха. На белоснежной коже появилась алая капля, и глаза бая злобно сверкнули.
– Я сказал, заткнись. Сейчас говорит он! – сабля Юсуфбея коснулась лба капитана. – Что было дальше?
– Дальше? – Ибраим, почувствовав холод клинка, на мгновение потерял нить повествования. – А… дальше… она потребовала явить ей мой член и дать изведать его на вкус, я отказывался, но молодая госпожа стала грозить мне расправой. Пощадите, хозяин.
Слезы ручьем бежали из глаз девушки. Эмоции базарной бранью рвались из груди, но застревали комом в горле. Ей было больно и обидно. Как? Ну как такой воин как Ибраим мог оказаться предателем, а безродный сын садовника таким честным и отважным? Ведь тому парнишке она даже не позволила коснуться себя. Он просто смотрел на неё и восхищался. Замира вспомнила взгляд Алишера, и поняла, что не просто нравилась ему. Юноша пожертвовал собой ради нее, а она забыла его ради вот этой лужи соплей под ногами отца. Предала, обещала молиться за его Безликой, а сама постигала запретные плоды с этой мразью.