Игра в бессмертие (СИ)

  
Игра в бессмертие
   
Пролог
 
Серебристый флаер завис над дюной, взметнув тучу песка. Такие же «тучи» поднялись слева — Кэсс их заметила чуть позже, переведя кабину в режим прозрачности; видимо, флаер вспугнул белозубров, и всё стадо спасалось бегством.
— Зубры так не убегают, — укоризненно сказала Кэсс. — Они должны бежать все вместе, в одном направлении.
Из микронаушника прозвучал голос Инги Смирновой:
— А эти что, бегут не в одном? Их ведь за песком не видно.
— Это нам с тобой не видно, а приборы видят всё, — Кэсс глядела на приборную панель, где светились экраны. — Шесть особей отделились от стада и бегут в разные стороны, — а должны бежать в одну. У них же стадный инстинкт.
— Тоже мне, зоолог… — проворчала Смирнова. — Может, инопланетные зубры индивидуалисты.
Кэсс прыснула — ну Инга и сказанула!..
Вновь взглянув на экран, Кэсс решила не вносить поведение зубров в отчёт: это явная ошибка, допущенная на этапе вертикального среза, но скупердяи–разработчики её не признают — пожалеют деньги и время. Скорее, и впрямь заявят, что зубры — индивидуалисты.
Вместо того, чтобы идти на посадку, Кэсс потянула штурвал на себя.
Флаер послушно рванулся ввысь. В салон вплёскивалось солнце, облака будто упали к обрамлявшим горизонт скалам. Кэсс стабилизировала машину, та зависла, и за дюнами открылся Китеж.
— Увеличение, — бросила Кэсс.
Борткомпьютер (а на самом деле — игровая программа) изменил пейзаж, словно приблизив маячивший впереди город — с обветшалыми зданиями, разрухой на улицах и зарослями на небоскрёбах; Китеж соответствовал стандартам постапа со всеми его атрибутами.
— Как картинка? — спросила Смирнова.
— Красиво, — оценила Кэсс. — Но ни фига не правдоподобно. Рядом пустыня, а на шоссе — ни песчинки.
— Тебе не угодишь, — Инга хрустнула печеньем и с набитым ртом сказала: — Ветра ведь не было… Поднимется ветер — будет песок. Снижайся давай, зануда.
Кэсс «слюбезничала» в ответ:
— Как скажешь, чревоугодница.
Инга сейчас находилась в реале — в зале внутреннего тестирования или попросту в диспетчерской, куда транслировались «картинка» и звук. Игра, над которой они корпели (а с ними — ещё сотен пять тестировщиков) соответствовала названию города — «Китеж». Пока это был обособленный сегмент ВИРТУСа, закрытый от общей Сети; бедолаги–тестировщики, работая в парах, кропотливо проверяли «куски» игры — модели персонажей, окружение, игровые объекты… Кэсс и Инге досталась пустыня. А уже через месяц начнётся последний этап работы — открытый бета–тест с участием целевой аудитории.
Вернув пейзаж в прежний масштаб, Кэсс посадила флаер и вышла.
Лицо обдало тёплым ветром, под ногами хрустнул песок… пожалуй, слишком уж громко. Но об этом она уже писала в отчёте, а начальство — ноль внимания. Большинство игроков ничего не заметят (из них мало кто ходил в армейской обуви по песку), а значит, можно не заморачиваться.
Кэсс уныло оглянулась на флаер.
Вот «птичка» в игре получилась что надо — светло–серая, чем–то похожая на акулу. Открытые двери торчат вверх, как у сложившей крылья бабочки. Подпорки наполовину вошли в песок — для игроков это станет неприятным сюрпризом. Чтобы отсюда взлететь, придётся поработать лопатой.
— Не забудь запустить дрон, — напомнила Инга.
— Да ну его… — отмахнулась Кэсс. — Дрон в норме, мы вчера его проверяли.
— При чём тут проверка? Тебе ж нужно узнать, что за живность вокруг…
Кэсс со вздохом попросила:
— Посмотри сама, ладно?
— Кто–то отлынивает от работы… — беззлобно проворчала Инга и вывела данные в диспетчерскую; она как внешний тестировщик получала всю информацию об игре — точнее, о тестируемом ими секторе, — поэтому могла сказать, с кем предстоит столкнуться напарнице.
— Да тут целый зоопарк! — Инга присвистнула. — Гриф, суслик, койот, два удава, одна мышь… ой, мыши уже нет, её удав съел… И ещё перекатник.
 
Кэсс мрачно кивнула — разумеется, перекатник. Злобное растение, придуманное сценаристами «Китежа». Эдакий «кустик–трансформер», способный складываться в шар и, втянув корни, скатиться с холма… отсюда, собственно, и название.
Вернувшись во флаер, Кэсс отстегнула от пола кофр. Сундучок был тяжёлым; её скромный арсенал в игре весил ровно столько, сколько весил бы в реале.
Кряхтя и потея, Кэсс выволокла его наружу. Ещё один минус разработчикам: там, где не надо, те ратуют за реализм — хотя симуляция веса должна быть щадящей.
Открыв кофр, Кэсс выбрала двуствольный автоматический «Рой»; пистолет не дальнобойный, зато с низкой отдачей. Против здешней ксенофлоры с зачатками разума вполне сгодится. Сняв с кармана солнцезащитные очки, Кэсс водрузила их на нос, а «Рой» вложила в кобуру. Вот теперь она готова.
Болтая с Ингой, Кэсс пошла по пустыне.
Она взобралась на холм, где огурцом–переростком зрел кактус. Солнце жгло как в аду, пучки травы будто взывали сквозь пыль: выдернете нас, избавьте от мучений! После полусотни метров Кэсс расстегнула куртку (между прочим, очень лёгкую, с хорошей терморегуляцией… во всяком случае, по задумке разработчиков), но всё равно чувствовала себя пекущейся в фольге рыбой.
— Инга, это какой–то кошмар, — пожаловалась она напарнице. — Их термальный фидбэк никуда не годится.
— Опять?.. — тоскливо отозвалась Инга. — А говорили, исправили…
— Да ни черта они не исправили, — Кэсс ругнулась и, сняв куртку, бросила её на песок. — Слушай, залезь–ка в мой аккаунт. Найди аватара, который хорошо переносит жару.
— Хочешь взять аву из частного профиля? — Инга явно занервничала. — Кэсс, но так ведь не положено…
— А жарить тестировщиков заживо — положено? — огрызнулась Кэсс. — Эти придурки никогда ничего не делают вовремя. Инга, серьёзно: смени мне аву, или я тут расплавлюсь.
Смирнова кивнула (хотя Кэсс её не видела) и застучала клавиатурой.
Кэсс как раз на такой случай создала резервный профиль и — к слову, в нарушение правил — перенесла личные файлы на сервер «Китежа». Пароль и логин она отправила Инге, чтобы та в её папках могла выбрать личность из другого сегмента ВИРТУСа: не из «Китежа», а из любой другой игры, где у Кэсс был свой аватар. За такое вообще–то могли и уволить — тестировали–то они «Китеж», а значит, сторонние аватары не допускались. Но в ряде случаев начальство закрывало на это глаза: игра пока ещё «сырая», в ней полно багов и, если «местный» аватар по каким–то причинам доставляет тестировщику дискомфорт, то сгодится и сторонний. Главное, указать эти причины в отчёте.
Открыв нужный интерфейс, Инга стала просматривать персонажей. Ещё один признак недоработанности игры: «изнутри» персонажа никак не выбрать — это можно сделать лишь из диспетчерской, сидя за клавиатурой. Поэтому Кэсс и обратилась с просьбой к Инге, а не выбрала аватара сама.
— Сефирот, Джокер, Малефисента… — перечисляла Инга, глядя на монитор: в его левой части Кэсс брела по пустыне, а справа в иконках отображались её личности — то есть каждый, под чьим обликом Кэсс хоть раз «жила» в ВИРТУСе. Настоящая Кэсс сидела в гейм–кресле позади Инги. Разумеется, глаза её были закрыты.
— Любишь ты классику… — вздохнула Инга, бегло читая имена. — Только тут почему–то одни злодеи. Неужели не хочется побыть хорошей?
— Я хорошая в реале, — парировала Кэсс (у Инги тоже имелся микронаушник, откуда и звучал голос напарницы). — Слушай, глянь в самый конец — там должен быть Белый Странник, он же Бедуин. По–моему, ему плевать на жару.
 
Инга проскроллила меню до конца.
— Ага, вижу… — она глядела на фигурку с закрытым лицом — эдакий ниндзя, но весь в белом. Открыв его статы, Инга прочла их и улыбнулась: — Нулевая восприимчивость к жаре и холоду… То, что надо!
Кэсс отстегнула кобуру и положила оружие на песок. Очки постигла та же участь. Если всё это не снять, вещи исчезнут вместе с её нынешним аватаром.