Правитель (ЛП)

— Прими душ, включи воду, сделай ее теплой и включи музыку. — Хан поджал губы, когда вода полилась с пяти сторон, его самодовольная улыбка говорила мне, что ему нравится контролировать ситуацию и ставить меня на место.
— Ах, — простонал он и откинул голову назад, подняв руки и массируя кожу головы с закрытыми глазами. У него были темные волосы подмышками, которые все на Родине удаляли до того, как они достигали половой зрелости. Это было визуальное напоминание о том, что Хан не был милым, нежным мужчиной Родины. Он был чистокровным мужчиной Севера, и вдобавок ко всему он был их лидером — альфа-самцом, если таковой когда-либо существовал.
Тихо играющая музыка никак не могла успокоить мое бешено колотящееся сердце.
— Теперь раздевайся, — сказал он и вытер воду с лица.
— Я не буду раздеваться, — твердо настаивала я.
— Да, ты это сделаешь. — Его ответ был коротким и не подлежащим обсуждению. — Или ты раздеваешься, или я сделаю это за тебя.
— Ты дал мне слово, — резко напомнила я ему.
— Я никогда не говорил, что не буду тебя раздевать.
— Но ты сказал…
Он прервал меня.
— Разве я применил силу к тебе?
— Нет, но ты потащил меня.
— Так что это — нет. Я тебя изнасиловал?
— Нет, но это граничит с…
Он покачал головой и положил обе руки по обе стороны от моего лица, заставляя мою голову запрокинуться, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Я не собираюсь трахать тебя, Перл. — Наслаждаясь моим вздохом в ответ на его грубое слово, он навис надо мной, его губы почти касались моих: — Если ты сама этого не хочешь? — его вопрос прозвучал хриплым шепотом.
Если бы у меня было адамово яблоко, мое бы подпрыгивало у меня в горле, когда я изо всех сил пыталась обрести свой голос.
— Ты этого хочешь? — спросил он низким и соблазнительным голосом. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя?
— Н… не… — я запнулась, совершенно не в своей тарелке.
— Итак, полагаю, Арчер больше в твоем вкусе, да?
Арчер? Я находила Арчера очаровательным и отзывчивым, но он был не в моем вкусе. У меня не было своего типа.
Когда я не подтвердила или не опровергла его вопрос, его челюсть напряглась, а руки задрали мою рубашку.
— Сними свою одежду. — В его голосе слышались горькие нотки.
— Нет, — повторила я, мои руки пытались остановить его.
— Хорошо, тогда я это сделаю, — сказал он и полностью сорвал с меня рубашку, сильным и решительным движением.
Чвак! Звук моей ладони, ударившей по его мокрому лицу, громко прозвучал в душе, и он отвернул от меня подбородок. Это было таким грубым нарушением моих моральных ценностей как пацифиста — ударить кого-то — я была шокирована тем, что вообще была способна на это.
Я сделала это только в целях самообороны, оправдывала я это в своей голове, но потом он медленно оглянулся на меня, и выражение его глаз заставило мою кровь закружиться, как циклонический ветер. О, нет!
— Осторожнее, — пригрозил он и резким рывком стянул с меня штаны, прижимая мою грудь обратно к своему твердому телу.
Я прикрывала свои обнаженные груди руками и чувствовала тепло его тела на их тыльной стороне.
И снова он дернул мои штаны, чтобы стянуть мокрую ткань вниз. К счастью, они были достаточно узкими и намокшими, что затрудняло ему задачу. Прикрывая грудь одной рукой, я использовала другую, чтобы оттолкнуть его руки, а когда это не помогло, я использовала обе руки. Это заставило Хана остановиться, откинуться назад и посмотреть вниз на мою теперь уже обнаженную грудь.
— Твои сиськи больше, чем я думал.
— Перестань пялиться на меня, — потребовала я и вытерла с лица льющуюся на меня воду.
Но Хан не остановился. Он продолжал стягивать с меня штаны, и теперь они были у меня на середине бедер.
— Я сказала, прекрати это! — я закричала, толкая его в грудь и извиваясь, чтобы защитить себя.
Это была ошибка!
Его глубокий стон отразился в маленьком пространстве душевой, и он прижал меня к стене, его рука обняла меня за талию, а рот оказался на моем плече.
Мы больше не были лицом к лицу, но то, что его эрекция прижималась к моему заду, казалось, только больше возбуждало его.
 
Хан прорычал низкое «Фуууф» и скользнул руками вверх по моим бедрам, его пальцы глубоко впились в мою плоть.
— Ты обещал, — выкрикнула я, не уверенная, показывало ли мое бьющееся сердце страх, что он изнасилует меня, или возбуждение от того, что это происходило на самом деле. С тех пор как он начал открыто мастурбировать, я думала о Хане сексуально. Запрещенные книги, вероятно, тоже сыграли свою роль, и этот сценарий был мягким по сравнению с некоторыми из моих греховных мыслей.
Хан не ответил. Вместо этого он потянул меня за собой на шаг назад и наклонил к себе.
— Положи руки на стену, — приказал он и издал низкий болезненный звук, когда я медленно это сделала.
Я могла бы сразиться с ним, но я этого не сделала. Вместо этого я закрыла глаза, стыдясь того, что мое предательское тело отреагировало возбуждением, мою кожу покалывало, мои соски болели без его прикосновений.
— Ты даже не представляешь, — пробормотал он и снова прижался ко мне, только на этот раз его эрекция скользнула не по моим ягодицам, а вниз между ними. Я не могла ясно мыслить из-за того, что мои гормоны сходили с ума и заставляли меня хотеть делать неприемлемые вещи, например, не сопротивляться ему.
Короткий всхлипывающий звук, вырвавшийся у меня, когда я отдалась своему желанию, спас меня.
Хан неверно истолковал это как страх, притянул меня обратно к своей груди и тихо заговорил мне на ухо.
— Я так сильно хочу тебя трахнуть.
— Пожалуйста, — прошептала я, все еще не уверенная, умоляла ли я его сделать это или оставить меня в покое.
После пяти долгих вдохов мне в ухо Хан развернул меня лицом к себе. Глядя мне в глаза с напряженным огнем в своих темно-карих глазах, он заговорил, низко и хрипло.
— Скажи «да», Перл, — прошептал он.
«Да!» — гремело в моем сознании, но разумная часть меня быстро взяла верх над греховной и безответственной.
— Нет, — выдохнула я и бросила на него сердитый взгляд за то, что он заставил меня почувствовать это нелогичное желание к нему.
Пальцы Хана глубже впились в мои бедра, и он был напряжен, но в конце концов он отпустил эластичную ленту и шагнул от меня.
Я на секунду заколебалась, глядя на него обнаженного и возбужденного передо мной. Его татуировки и мускулы вызывали у меня желание протянуть руку и прикоснуться к нему, исследовать, на что похожа его теплая кожа, но небольшое расстояние между нами казалось огромным, когда он наблюдал за мной, настороженный и бесстрастный.
— Прости, что я ушла, — тихо сказала я, мои плечи расправились, а руки прикрыли грудь.
— Да, — пробормотал он. — Мне тоже жаль.
Мне было непонятно, за что он извинялся. Извинялся, что затащил меня сюда и заставил почти раздеться? Сожалеет, что я покинула его офис и потратила впустую его время?
Хан включил функцию сушки, и мы не разговаривали, так как теплый воздух обрушивался на нас со всех сторон.
— Перл, — сказал он и схватил меня за запястье, когда я начала уходить.
— Да? — я оглянулась на него.
— Больше никаких побегов. Ты следуешь за мной, — сказал он, прищурив глаза. — А не наоборот.
Я стояла неподвижно, наполовину войдя в душ, наполовину выйдя из него.
— Ты поняла это? — Его торжественное выражение лица стало угрожающим и устрашающим.
— Да, я поняла, — тихо сказала я и высвободила запястье.
Глава 9
Чудо
Перл
Я была в восторге, когда Хан сказал мне, что мы собираемся навестить Боулдера и Кристину, которые переехали из поместья в дом Боулдера на острове Виктория.
Сопровождаемые шестью охранниками на трех дронах, я задавалась вопросом, было ли это обычной процедурой для Хана или охрана была из-за меня.