Рейдеры Нила (ЛП)

Я смотрел на лица зрителей и удивлялся их выражениям. Да, они смеялись, но добродушно, без насмешек или выкрикивания оскорблений. Казалось, их очень забавляло мое положение, но они не проявляли никаких признаков злобы, как будто реагировали на забаву, а не радовались перспективе того, что человека вот-вот разорвут в клочья. Что это были за люди? Или, точнее, в какой ситуации я оказался? Это было мое первое подозрение, что все было не так, как казалось.
Среди них, на самом краю ямы над загоном с монстром, я увидел Джета. Он один, казалось, не воспринимал это как забаву. Его глаза были огромными, а лицо бледным. Он неустойчиво покачивался, словно мог потерять сознание, но я не опасался, что он упадет, поскольку видел, что Менхеп крепко держит его за плечи.
Откуда-то я нашел необходимое решение - я вряд ли могу назвать это смелостью, поскольку страх покинул меня - поднял правую ногу и опустил ее перед левой.
— Продолжай в том же духе! - крикнул Артемон.
— Правильно! - сказал Менхеп. — Дерзай и иди вперед!
Мужчины начали хлопать и скандировать: — Вперед! Вперед! Вперед!
Теперь они, казалось, поощряли меня не падать, а продолжать идти по стенке, как будто такой подвиг действительно был возможен. Мне пришла в голову мысль: если это действительно был стандартный ритуал посвящения, а не какой-то подлый трюк, то многие, или большинство из них, или, возможно, все присутствующие мужчины прошли через то же самое испытание и вышли живыми. Если они смогли это сделать, то смогу и я.
Я сделал еще один шаг.
— Вперед! Вперед! Вперед! - кричали они.
Я взглянул на Джета. Его глаза все еще были огромными, но он медленно поднял руки и начал хлопать в такт остальным.
Я сделал еще один шаг, и еще. Потом еще шаги. Мое равновесие было безупречным. Я глубоко вздохнул и почувствовал умиротворение. В конце концов, преодолеть расстояние по вершине стенки было не сложнее, чем пройти по прямой по твердой земле.
Затем, на моем следующем шаге, стенка слегка накренилась в одну сторону, затем в другую, а затем, стала бешено раскачиваться взад-вперед.
Смех и хлопки резко прекратились. Я услышал хор вздохов. Когда я размахивал руками и смотрел прямо перед собой, то увидел, что Артемон и Исмена пошли обходить дальний конец, как будто собираясь встретиться со мной, если я доберусь до него.
В результате чего-то, выходящего за рамки рационального мышления, мое тело выпрямилось. Стенка медленно прекратила свое движение и снова стала устойчивой. Я понял, что покачивание было совсем крошечным, амплитудой с палец, но оно показалось мне огромным.
Я сделал еще один шаг. Теперь я прошел больше половины пути. Сквозь стук моего сердца я услышал, как люди снова начали смеяться, скандировать и хлопать в ладоши.
В своем отвлеченном и сосредоточенном состоянии ума я почти забыл о существах в обоих вольерах внизу. Неужели они все время двигались и шумели? Если и так, то я не осознавал этого, но внезапно я услышал щелканье челюстей крокодила справа от себя и рев монстра слева, оба очень близко, как будто каждый находился прямо подо мной. Вонь от обоих существ в совокупности создала крайне неприятный запах, от которого у меня закружилась голова. Сердце мое забилось еще громче и стало отдаваться в ушах, и я почувствовал дрожь страха.
 
— Прочь! — сказал я вслух, обращаясь не к двум чудовищам, а к своему страху. По крайней мере, на мгновение заклинание, казалось, сработало, потому что мне удалось сделать еще несколько шагов.
Затем я подошел к проему в стене.
Почему-то я не видел его раньше. С моей исходной точки казалось, что вершина стены непрерывно тянется от одного конца до другого. Эта иллюзия сохранялась, пока я делал шаг за шагом. Но теперь, посмотрев вниз, я увидел, что стена внезапно опустилась на несколько футов, а затем, после значительного промежутка, вернулась на прежнюю высоту.
Как мне было продолжать? Сначала я думал, что мне придется спуститься на нижний уровень стены, сделать несколько шагов, а затем каким-то образом подняться обратно на более высокий уровень, чтобы закончить путешествие. Затем я увидел, что нижний уровень стены не был увенчан ни пальмовым стволом, ни какими-либо другими перилами. Он был сделан из ряда заостренных кольев, по которым невозможно было пройти.
Теперь я увидел еще одну вещь, которую не заметил, когда отправлялся в путь. Прямо подо мной, к стене, были привязаны два обрезка веревки. Один уходил по диагонали справа от меня, другой слева. По сути, это были натянутые канаты, один из которых был натянут над ямой с крокодилом, другой над ямой с чудовищем.
Зрители увидели, что я, наконец, осознал свое положение, и стали покатываться со смеху.
— Что теперь, Пекуний? — С расстояния, которое все еще было значительным, Артемон смотрел на меня, скрестив руки на груди, с сардоническим выражением на лице. Я думал, что он отошел к дальней стороне ямы, чтобы поприветствовать меня, но теперь оказалось, что он сделал это только для того, чтобы увидеть выражение моего лица в этот момент. Рядом с ним стояла Исмена. Ее лицо было непроницаемым, но, когда наши глаза встретились, она медленно кивнула и шевельнула губами, как бы напоминая мне о словах, которые прошептала мне на ухо. «Выбирай левое, а не правое. Не убегай, а сражайся.»
В данный момент ни бегство, ни сражение не казались мне возможными вариантами, но я действительно стоял перед выбором: ступить ли мне на канат справа от меня или слева. Исмена посоветовала мне выбрать последнее, но почему? Меня не особенно волновали мои шансы с крокодилом, но еще меньше меня волновала перспектива упасть в яму с невиданным чудовищем на другой стороне. Моим желанием было рискнуть и пройтись по яме с крокодилом - особенно теперь, когда я заметил что-то похожее на дубинку среди пальмовых листьев, разбросанных по земле вольера с животным. Вероятно, это был всего лишь кусок дерева, оторвавшийся от стены, но выглядел он так, словно из него могло получиться неплохое оружие, полезное для того, чтобы держать крокодила на расстоянии. Я даже мог представить, как помещаю его между челюстями животного, заставив их открыться и застыть, сделав их безвредными.
Я быстро осмотрел другое ограждение, но не увидел похожей дубинки или чего-либо еще, что я мог бы использовать в качестве оружия против монстра. Даже человеческие кости, которыми был усеян вольер существа, были растоптаны или раздроблены на бесполезные осколки.