Дыхание любви (СИ)
— Думаешь, если бы я хотел напасть на оборотней, то стоял бы здесь и терпел тебя? Хотя признаюсь, у меня иногда возникает такое желание, но пока Джун рядом, никто не пострадает.
— Повторяю, мне похрен. Жизнь Джун залогом не будет. Только клятва.
Наверно, мысленно меня уже убили, но было плевать. Безопасность стаи превыше всего, и я приложил немало усилий, чтобы защита территории приблизилась к абсолютной. Никто не причинит вред моим оборотням и иже с ними, пока я жив. Любой посторонний, желающий пройти внутрь, обязан принести клятву на магии.
— Алесс, сделай, как Уолтер просит. Он нам не враг. — Тихо попросила джинния, не спуская с меня недовольного взгляда. Хотя, как пить дать, она все понимала. И почему, и как, и зачем. Умная женщина, жаль, что ни какому из кланов так и не досталась.
После соблюдения всех формальностей, ворота открылись, а я, не обращая внимания на взгляды оборотней, спокойно вел гостей в свой кабинет. Мысленно я успокаивал себя тем, что это отличный политический ход — продемонстрировать свою лояльность к вампиру в весьма непростой ситуации с его женой. Которая по факту свободная от кланов, замужем за представителем другой расы, но почему-то творит все, что вздумается, прикрываясь покровительством оборотней. Ах, да. У нее же еще своя личная армия других свободных нелюдей. Но вот о них я старался вообще не думать. Потому что у меня три «самоубийства» в работе, связанные как раз с неприкаянными. И мне очень не хотелось, чтобы Джун спросила о жертвах.
— Чем обязан? — положил я начало нелегкому разговору. Кто-то должен был его начать. И лучше я, чем нервная Джун, которую фривольно отвлекал сидящий с ней на диване вампир. То приобнимет, то руку на колено положит. Еще один влюбленный идиот, к тому же пытающийся доказать, что эта женщина его.
— Порви с моей сестрой. — Джун не стала ходить вокруг да около, но у меня от ее заявления брови поползли вверх.
Я не думал, что у ревности Кэрри есть основания, но поведение старшей удивляло. Сильно удивляло. Ведь ни разу за все время нашего знакомства Джун не лезла в мою постель, в те моменты, когда мы не были в отношениях. У нас всегда были четкие границы на этот счет. Пока мы не вместе — мы свободны спать с кем пожелаем. Так и что изменилось сейчас? И если Джун что-то не устраивает, то почему молчала больше недели?
— Пиранья, давай проясним некоторые моменты. Во-первых, мой ответ нет. Во-вторых, если тебя что-то не устраивает, могла бы просто позвонить, лететь сюда из Парижа было не обязательно.
— Не обольщайся, псина. Мы прилетели к Альберту, а не к тебе.
— Рад за вас, но Кентербери в противоположной стороне. — Ответ прозвучал спокойно, потому что агрессия и фырчанье вампира меня не трогали.
— Уолтер, не будь дураком! — взволновано воскликнула Джун и, судя по всему, она правда и от всей души за меня переживала. — Порви с Кэрри, пока не стало поздно. Ты знаешь, на что способны наши родители. Они уничтожат тебя. Одного раза мало было?
Напоминание о семье Нейвосов и о том, что случилось, когда они узнали о нас с Джун, было совершенно не к месту. Потому, что я никогда не забывал о их холодной жестокости и угрозах, что мне не жить, если я еще хоть раз влезу в дела их семьи. Но я также помнил свою ярость после потери ребенка. И если я не остановился тогда, не остановлюсь и сейчас.
— Я прекрасно помню, что было в прошлый раз. Но вздрагивать и бояться будут они, если приблизятся ко мне или к Кэрри.
— Их это не остановит! Как и твой статус…
— Я повторю, — сквозь зубы прорычал я, теряя терпение. Воспоминания пробудили во мне злость и ненависть. Я никогда не понимал, как родители могут поступать настолько жестоко со своими детьми, как Нейвосы с дочерями. Они решили все за них еще до рождения Джун и Кэрри, и наказывали за неповиновение проклятиями, ломающими жизни. Ни в чем неповинные жизни. Просто за то, что девочки решили жить по-своему. — Бояться будут они. Нейвосы не твоя проблема, так что продолжай прятать голову в песок и дальше.
— Уолтер, ты себя слышишь вообще?! — Джун подскочила на ноги и заметалась по кабинету. — Речь о Нейвосах! Если они прознают, они тебя просто убьют! И найдут способ сделать так, чтобы никто на них не указал! Или еще хуже, проклянут! Ты этого хочешь? Медленно и мучительно умирать от проклятия? А если вообще всю стаю? Ты этого добиваешься?
— Дорогуша, неужели ты их так сильно боишься? Так давай я разберусь. — Алессандро продемонстрировал белоснежный оскал. Ну и мы все понимали, как он разберется. Легко и играючи переломает шеи. Странно, что до сих пор этого не сделал.
— Даже не думай. — Моментально пришла в бешенство Джун, шипя на мужа. — Этот придурок может хоть голову в пасть к тигру засунуть, а ты к ним даже на пушечный выстрел не подойдешь!
— Вообще-то, это оскорбительно. Я справлялся с куда более сильными нелюдями. — Вампир гордо вскинул подбородок. А его, похоже, и правда задело.
— Мне плевать! Ты недооцениваешь мою семью, и я не позволю тебе пострадать.
— Зря переживаешь, сладкая. Ну получил бы царапину и ладно. С моей регенерацией нестрашно.
Какая милая семейная сцена выходила. Аж глаз радовался. Искренняя Джун и ее ручной псих. И как-то не хотелось вмешиваться в их идиллию. Скорее хотелось понять, как они вообще сошлись. И на чем.
— Ты их не знаешь, и простой царапиной не отделаешься! Проклянут, и… Я не хочу еще раз переживать подобное. Не хочу. — Джиннию уже откровенно трясло, и она обхватила себя руками. Страх Джун был мне вполне понятен, ведь она на своей шкуре испытала жестокость Нейвосов, а она им все-таки дочь. Но к Алессандро это не относилось, и малой кровью все не обойдется.
— Всё-всё, не полезу я к ним… — вампир поднялся и приобнял жену. — Пока нас не трогают.
Как мило. Похоже, Джун с ним действительно счастлива. И я за нее рад. Рядом с Алессандро ей ничего не грозит. Но придурок, то есть я, не мог не воспользоваться заминкой.
— Ну вот мы все и прояснили. Придурок сам разберется с Нейвосами, а вы спокойно едете к Альберту.
— Да твою же мать, Уолтер! — быстро пришла в себя Джун. — Речь о Кэрри! Ты же для нее просто игрушка. Поиграется и выбросит, а что будет с тобой?
— Знаем, плавали, пережили, живем вместе. — Сухо отчитался я.
— А что дальше? Стая ее примет?
— Пиранья, это не твои проблемы, а мои. Я все решу. И не путем расставания с Кэрри.
— Ты совсем оглох? От Кэрри ты не получишь ничего, кроме проблем и неприятностей! — Джинния перешла на крик, и я взбесился.
— Но тебя это не остановило! Все и каждый тебе говорили про него. — Кивнул я на вампиреныша. — Сколько раз ты с Остером спорила до хрипоты в горле? Сколько было проблем? Сколько раз покрывала? И ничего. Ты в него поверила. Причем настолько, что на свадьбе лучшей подруги вместо того, чтобы звать охрану и сообщить о появлении врага клана, как минимум обнималась в укромном уголке, пока никто не видел!
— Откуда… — удивилась Джун, видимо, искренне веря, что никто не заподозрил ничего, когда она «пропала» в середине упомянутого вечера.
— Я знаю твой запах. И знаю, когда он не только твой. — Напомнил я одну простую истину. — А теперь настоятельно тебя прошу поступить так же, как я тогда: молча дать мне быть счастливым с той, которую я выбрал.
— А о ней ты подумал? — джинния не собиралась сдаваться и перешла на козыри. И это было разумно, но весьма подло, потому что внутри у меня все перевернулось. — Родители все равно ее накажут! Да хотя бы за ту же свободу. И Кэрри — не я, она сломается.
— Поздно. Кэрри под покровительством оборотней, любой ход Нейвосов повлияет на политику. А они не идиоты в это лезть, раз смогли вырастить таких умных дочерей. Но если рискнут, я уже сказал — я разберусь. И если понадобится, буду биться так же, как и ты за своего вампира.
— Ты идиот!
— Взаимно. Если аргументы кончились, удачно добраться к Альберту.
— Спасибо. Джун, мы уходим. — Снова подал голос вампир. Даже странно, что столько молчал.