Дыхание любви (СИ)
— Вы с твоим отцом два свободолюбивых барана, которым лишь бы лбом пробивать систему! И не забывай, он не был Альфой. — Последнее кицунэ уже прошипела со злостью.
— Он был Бетой, мам. — Спокойно напомнил я. — Причем весьма хорошим.
— Но не стал вожаком из-за меня. Никто бы ему не позволил возглавить клан из-за жены-кицунэ.
— Зато стал отличным мужем и отцом.
Еще одно напоминание не было лишним. Хоть и ранило Кэролайн Винтер.
Сколько я себя помнил, мама из всех сил старалась быть частью стаи и соответствовать статусу отца и правилам клана. Делала все, что необходимо, чтобы меня — полукровку, принимали за своего. Чтобы к папе не было никаких претензий. По сути, мама все свое замужество вела себя так, как следовало бы вести первой леди клана. Во всем безупречная, всегда идеальная и сильная женщина, которую никто и ни в чем не мог и не смел упрекнуть. Именно она сделала все, чтобы я мог занять место отца. Чтобы я контролировал свою волчью ипостась на порядок выше, чем остальные оборотни. Чтобы над человеческим началом не могло взять верх звериное. Я — дитя двух кланов и рас — смог стать вожаком целой стаи, хотя такое практически невозможно, которого уважают за силу, сдержанность и разумность только благодаря силе характеров своих родителей. Тому, какое воспитание они мне дали. И я не помнил никаких конфликтов между ними за все свое детство. Только после того, как папа перестал быть вторым волком в иерархии и выбрал службу в разведке.
— Сейчас все не так, как было у нас с Чарльзом, Уолтер. Ситуация отличается в корне. Я — кицунэ, сменившая один клан на другой, и я хотя бы в отчасти знаю, что значит быть зверем, чего мы хотим и что нам нужно. — Мама продолжала стоять на своем. И была отчасти права. — Твоя связь с джинниями… Она давно стоит всем поперек горла. Стая не поймет. Клан кицунэ не поймет. Никто никогда не примет ту, что оставила свой клан и семью ради свободы от обязательств.
— Ты говоришь о семье Нейвос. Таких бы я и сам оставил. Нормальные там только Хью, Джун и…
— Плевать о какой именно семье речь! Обе твои джиннии выбрали свободу, а не клан. Это показатель. И раз тебе мало, одна уже тебя предала. Думаешь, вторая поступит иначе?
Я медленно закипал, как чайник на плите. Даже подумал, что сорвусь, но все же смог взять себя в руки и сильно не рычать.
— Не смей сравнивать Джун и Кэрри Нейвос. Это две абсолютно разные джиннии. Вторую ты еще даже в глаза не видела. И раз уж тебе так нравится указывать мне на всю сложность моего статуса, то я напомню тебе о твоем. В первую очередь ты моя мать — мать Альфы оборотней всего Соединенного Королевства — и, если тебе будет недостаточно, что я с ней счастлив, именно с тебя и начнут брать пример все остальные.
— А ты счастлив? — ехидно прыснула лисица.
— Более, чем когда-либо, мам.
Повисла неловкая пауза. Я осмысливал, что проявил жестокость к матери, осаждая, хотя и был прав, а о чем думала кицунэ — мне неведомо. Наверно, все-таки над тем, что ее сын счастлив. Пусть и со свободной джиннией. Но я надеялся, что теперь она не будет судить о Кэрри, не познакомившись с моей заразой.
И словно само провиденье сыграло с нами шутку. Добрую или злую было непонятно в первые мгновения, когда Кэрри явилась на полчаса раньше, чем я думал. И сомнений у меня не было — оборотни специально ее спокойно пропустили, ничего не сказав, что я не один. Хотели посмотреть, гады, как выкручусь после всего, что наговорила великая леди Кэролайн. Но я выкручусь. Причем не заморачиваясь. Потому что появление заразы снова заставило меня улыбаться. Даже при учете, что в свои пятьдесят шесть миссис Винтер выглядит как моя ровесница, и ее вполне можно принять за одну из тех, кому бы я мог уделять особое внимание. Короче, кого можно принять за любовницу.
— Привет, я смогла прийти чуть раньше, надеюсь, ничего страшного? Если что я могу подождать. — Сразу защебетала Кэрри, но застыла, едва дверь в кабинет открылась полностью, и джинния увидела стоящую к ней спиной женщину. — Прости, я не знала, что ты не один. — Заноза стушевалась и явно собиралась выйти назад. — Я…
— Все хорошо, проходи. — Прервал я поток никому ненужного лепета. Да и видел по взгляду, что Кэрри уже оценила кицунэ. Еще поймет как-нибудь неправильно теперь, опять сбежит. Увы, но в данной ситуации сие недопустимо. И я дождался, когда Кэрри сделает робкие шаги вперед и закроет за собой дверь. — Ёжик, знакомься, это моя мама — Кэролайн Винтер. Мама это…
— Ёжик? — Иронично повела бровью лиса, уже успев нацепить маску истинной и невозмутимой леди, а заодно и пройтись по моей девушке оценивающим взглядом. Ну а что еще с матери возьмешь?
— Моя женщина. — Все-таки закончил я, понимая, что занозка действительно растеряна и просто переводит взгляд с меня на лису и обратно. Будто пытается что-то осмыслить.
— Кэрри Нейвос. — Представилась ванилька, сбитая с толку. Похоже, моя мама, да и ситуация в целом ее смутили гораздо больше моих непристойных предложений по утрам.
А истинная леди решила, что сейчас самое время показать, кто тут главная стерва. Осанка прямая, взгляд надменный и полный превосходства.
— Похоже, для твоего ёжика сюрприз, что ты у нас песец.
— Мам, ну какой я песец, если ты у меня лиса, а папа чистокровный волк?
— Белый? — нервно отозвалась Кэрри, выдавая свое напряжение и незнание факта, что по крови я лишь на половину волк. Хотя ведь называла меня лисом несколько раз.
Это было так мило и забавно, что я едва не засмеялся. Хотелось немедленно потрепать ёжика за щечки, и, если бы не недовольство и прищур матери, я бы так и поступил. Но пришлось переключать внимание хищной кицунэ с потенциальной маленькой жертвы на себя.
— Мама, фу. — Тихо протянул я.
— Мама, фу?! — в момент вспыхнула женщина, потеряв всякий интерес к джиннии. — Да как ты смеешь! Я тебе не собака, чтобы ты мне команды отдавал…
Кэролайн Винтер понесло, но я с улыбкой смотрел на своего ёжика. Занозе было очень неловко от всего происходящего, но тем не менее я одним взглядом попросил подойти ко мне. Даже кивнул, что все нормально и переживать из-за мамы не стоит. Кэрри послушалась, осторожно обойдя лисицу по дуге, и встала за моей спиной без лишних слов и эмоций. Только после этого я снова посмотрел на возмущающуюся маму, не пряча счастливой и довольной улыбки. Потому что Кэрри сделала все правильно. И это была наша общая победа хотя бы перед мамой. Моя женщина спокойно показала свое доверие, где ее место, и что она полагается на меня. Да после этого я даже не слушал, что лиса говорит. Только наблюдал, как возмущение сменяется задумчивостью и пониманием: джинния вполне достойна быть рассмотренной в качестве девушки и будущей жены вожака.
Мама с прищуром покачала головой, давая понять, что нашему разговору далеко не конец, но уже не считала Кэрри врагом номер один. А я знал, что лиса какое-то время поворчит, а потом примет занозу, как родную. Ведь ей лучше всех известно, что значит быть чужой.
— Мам, у тебя все?
— На сегодня — да. — Холодно отозвалась женщина.
— Хорошо. Теперь позволь нам немного побыть вдвоем. Сама понимаешь, дело молодое, а с моими обязанностями времени нет.
— Понимаю, сын. Увидимся позже. — Лиса почти ушла, но на пороге не могла не остановиться и не обернуться к моему ёжику. — Правильный ответ: полярный.
Что ж… не все так плохо. Я думал, будет хуже.
— Кажется, я ей не понравилась. — С тоской, но сквозь улыбку проговорила Кэрри.
— Нет, ёжик, все совсем наоборот. — Я развернулся на стуле и прижался лицом к груди Кэрри, удерживая занозу за талию и наслаждаясь ее близостью. А еще я просто прятал лицо, чтобы не видеть, как девушка расстроена. Не мог на нее такую смотреть. Да и особенного повода у нее для этого не было.
— Мне бы твою уверенность, — Кэрри легко погладила меня по волосам. Я вообще давно понял, что ей приятно гладить меня. И не важно волк я или человек.
— Золотце, поверь, до нее быстро дойдет, какая ты хорошая. И вы с ней точно поладите. А я пока буду в этом уверен за нас двоих.