Тёмный рассвет(СИ)

— А сейчас тебе лучше? — спросил Майлз. — Ты говоришь так, словно совсем пришёл в себя.
Изменилось не только это. Арадий всегда удивлял своим благородством, но теперь в нём стали заметны непоколебимая уверенность и властность.
— Знахарь очень помог мне. Да, я ещё не здоров, — Арадий окинул невидящим взглядом темницу, — и не в полной мере владею своей силой. Впрочем, я всё равно не сумел бы провести вас через стены.
Майлз вздохнул.
— Хорошо, что тебе уже лучше, — сказал он, смутившись. — Я узнал твоё настоящее имя. Прости, я его сразу не расслышал.
Арадий положил руку на плечо Майлза.
— Мой дорогой друг (Майлза потрясла сила и проникновенность его голоса), никто не помогал мне больше тебя… и настолько бескорыстно. Если бы ты был одним из моих подданных или хотя бы знал, кто я, то и тогда твой поступок был бы удивительным. Но от человека, который вообще ничего обо мне не знает… — Он помотал головой. — Если мы проживём эту ночь и если есть что-нибудь в мире, что ведьмы могут сделать для тебя, тебе нужно лишь попросить.
Майлз зажмурил глаза.
— Спасибо, — прошептал он. — Я хочу сказать… ты знаешь, что я хочу сказать. Я не мог тебя бросить, и всё тут.
— Знаю, — ответил Арадий. — Это и есть самое удивительное. — Он пожал Майлзу руку. — Что бы ни произошло, я никогда тебя не забуду. И не только я, но и другие…
Тут вмешался Джин.
Сначала он молча переводил взгляд с одного на другого, как болельщик на теннисном матче, затем не выдержал:
— О чём весь этот сентиментальный диалог? О чём вы, друзья?
И Майлз рассказал ему. И о том, что Арадий был Ведьмовским Юнцом, Колдуном-Провидцем, и о расколе в Ночном Мире — обо всём, что он узнал из беседы Ханны Редферн и Сильвиона.
— Значит, мы всё-таки покинули Ночной Мир, — спокойно сказал Арадий, когда Майлз закончил свой рассказ. — Когда я уходил, мы только собирались.
— Ты пришёл сюда встретиться с Дилосой? — спросил Майлз.
Арадий кивнул:
— До нас дошли слухи, что Ханна уже подбирается к следующей Неукротимой Силе. И разумеется, она не могла позволить Кругу Рассвета связаться с Дилосой.
Джин потёр лоб:
— Круг Рассвета? Что это?
— Самый светлый ведьмовской круг. Он объединяет не только колдунов. Он открыт и для людей, и для оборотней, и даже для вампирш, которые хотят жить в мире со всеми. И он противостоит Тёмным Силам. — На миг он задумался. — Я принадлежал к Кругу Сумрака, в нём… не очень злые колдуны. — Он улыбнулся, но улыбка быстро сбежала с его губ. — Сегодня есть только две стороны. Пришло время выбирать, где ты. Есть Свет, и есть Тьма — это всё.
— Но Дилоса же не на стороне Тьмы! — В голосе Майлза были слышны боль с отчаянием. — Она запуталась. Она бы присоединилась к вам, если б не думала, что это означает неминуемую гибель.
Арадий вновь положил руку ему на плечо:
— Я верю тебе.
— Так ты, стало быть, важный человек среди колдунов, да? — воскликнул Джин.
Повернувшись к нему, Арадий рассмеялся:
— Я для колдунов Ведьмовской Юнец, спустя пару лет стану их Отцом, а потом когда-нибудь Старшим Колдуном… если проживу достаточно долго.
— Интересно. И при всём этом ты не в состоянии придумать, как нам отсюда выбраться?
— Прости. Я ничего не смогу сделать. Если только… в том мало пользы, но раз уж я предсказатель, я мог бы прочесть одно пророчество.
Майлз невольно фыркнул:
— Только не это!
— Видение посетило меня, когда я спал в лачуге знахаря, — сказал Арадий, будто оправдываясь. — Просто одна фраза: “Лишь воззвав к сердцам, можно ещё спастись”.
Джин расхохотался ещё громче Майлза.
— И ещё одно. — Арадий обратил взор своих узких открытых невидящих глаз к Майлзу. — Я должен был рассказать тебе раньше… о твоей сестре.
Глава 18
Майлз застыл как изваяние.
— Как, ты знал?..
— Я должен был сказать тебе сразу, но я не догадывался, что она была твоей сестрой, пока моё сознание не прояснилось. Я не обратил внимания на то, что вы так похожи… — И он торопливо добавил: — Но, Майлз, ты лишь не теряй надежды. Хотя вряд ли ей удалось остаться в живых.
 
— Говори.
— Она спасла меня ещё до нашей с тобой встречи в телеге. Я отправился в долину не один, со мной пошли и другие ведьмы. Мы точно не знали, где потайная тропинка. Разведчикам не всё удалось разузнать у прислуги Ханны Редферн.
Майлз слушал Арадия с затаённым дыханием.
— Вечером в канун Сэмхэйна-Хэллоуина мы бродили в горах, пытаясь подобрать заклинание, которое сделало бы тропинку видимой. Вместо этого мы вызвали лавину.
Майлз совсем перестал дышать:
— Лавину?
— Она не задела твою сестру. Она шла как раз по тропинке, которую мы искали. Снежная лавина обрушилась на нас и погубила всех моих спутников.
— О, — прошептал Майлз. — Мне так жаль…
— Я не был серьёзно ранен, но совсем потерял способность двигаться. Я почувствовал, что мои друзья погибли, и услышал чей-то зов. Это была твоя сестра. После схода лавины они с Сильвионом побежали поглядеть, не пострадал ли кто-либо.
— Мелони всегда спешит на помощь, — тихо сказал Майлз. — Даже если нужна какая-то ерунда: батарейки или тёплые носки.
— Невозможно выразить словами мою радость, когда я услышал её голос. Она спасла мне жизнь. Если бы не она, я бы замёрз в снегу. И ещё больше я обрадовался, поняв, что её парень — ведьмак… — Арадий нахмурил брови.
— Ха! — усмехнулся Джин. — Держу пари, твоя радость продолжалась недолго.
— Он тоже моментально понял, кто я. И я оказался заложником у него в руках, он мог бы мною шантажировать колдунов. Но главное, ему удалось бы завоевать расположение Ханны Редферн. И конечно, он сразу догадался, что не должен допустить моей встречи с Дилосой.
— Он стремится лишь к власти, — сказал Майлз. — Я слышал, как он рассказывал, что колдуны обидели его и лишили важного поста в Совете потому, что он не Харман.
Арадий слабо улыбнулся:
— Я тоже не Харман. Но все мы — сыновья Элиуса, Хранителя Очага. Нам давно пора понять это. — Он помотал головой. — Сильвиона настолько потрясло, что я попал к нему в руки, что он не удержался и рассказал всё твоей сестре. А она… эм, её эти новости не обрадовали.
— Конечно, нет! — Майлз всегда гордился своей сестрой, и даже в холодной тюрьме при мысли о ней ему становилось тепло.
— Раньше Сильвион ничего ей про себя не рассказывал, только пообещал, что покажет ей волшебную долину, где оживают легенды. Но тут он проговорился. Она узнала правду о Тёмном Королевстве и о его желании превратить её в Обитательницу Ночи. Он сказал, что королевство станет их владением, как только Дилоса покинет долину вместе с Ханной Редферн. Мелони могла бы превратиться в вампиршу или оборотня на выбор. И тогда они оба — Обитатели Ночи — безо всяких помех взойдут на царский престол в Тёмном Королевстве…
Майлз замахал на него руками. У него не было слов. Как Сильвион мог оказаться столь глуп? Он что, совсем не знал Мелони?
— Мелони ничего этого не нужно! — Майлз просто задохнулся от возмущения.
— Да, именно это она и сказала ему. Я почувствовал, что она попала в беду, — вздохнул Арадий. — Но что я мог сделать? Сильвион превосходно играл свою роль, пока мы спускались вниз, в город. Он притворялся, что печётся лишь о том, чтобы доставить меня в больницу и сообщить спасателям о гибели моих спутников. Но только мы переступили порог его квартиры, всё изменилось.
— Я помню эту квартиру, — медленно проговорил Майлз. — Что за чудовищная компания там собирается?
— Там веселится Ночной Мир, — объяснил Арадий. — Друзья Сильвиона. Лишь мы вошли, он приказал им схватить нас. Я шепнул Мелони: “Беги!”, но поздно — их было очень много. Она встала на мою защиту и крикнула, что им придётся убить её, прежде чем они доберутся до меня.
Упрямый подбородок Майлза предательски задрожал. Он чувствовал, как его сердце медленно бухает внутри и его тяжёлые редкие удары отдаются во всём теле.