Семь опасных теней (ЛП)

Слои шелка скрыли ответ Юзы.
— Услышав об этом плане, я увидела шанс проявить верностью трону, — продолжила Минами, глядя на меня. — О-бэй глупа, раз пытается обмануть лучших, и у вас нет шанса победить Шутен-доджи в Киото. Я не хочу погибать из-за смертных.
«Как у тебя может быть так мало чести?» — я понимала, что Минами могла легко предать меня — мы не дружили — но О-бэй? Как Минами могла предать женщину, которая освободила ее, кормила и защищала? Я хотела кричать, но рукава кимоно заглушали звуки.
Вместо этого я потянулась к ножу за поясом.
— И, — Минами тряхнула хвостами, разворачиваясь, — подарок в виде любимого наемного убийцы Шутен-доджи и потомка его старого врага обеспечит мне высокое место при его дворе. Схватите их и ведите в мои покои. Мы приведем их в Военный зал, когда совет разойдется. Можете… навредить им немного. Иначе они попробуют сбежать.
— Как навредить? — спросил один из они.
Минами замерла у двери кладовой.
— Сломать пару костей. Но в руках или ногах — господин не будет рад, если лучшая убийца окажется бесполезной.
Мой желудок, казалось, выпал на пол. Огры наступали. Юза виновато посмотрела на меня. У меня не было времени на извинения. Два огра будут рядом с ней через секунды. Мне нужно было двигаться. И быстро.
Третий направился ко мне, постукивая дубинкой по ладони. Нас разделяло около десяти шагов. Он рассмеялся, когда я прыгнула назад, сделала вид, что потеряла равновесие. Я упала на землю, охнув, нож подвинулся в ножнах за спиной. Я тянулась к рукояти, борясь с коконом шелка за каждый дюйм.
Огр сделал еще два шага. От него пахло старым пивом и подгоревшим луком. От запаха глаза слезились, а пальцы задели рукоять ножа. Я была близко, рука горела от напряжения, но я высвободила нож.
Огр взмахнул дубинкой и бросился с криком. Я смотрела на верхушку оружия, продумывала ее дугу. Дубинка направлялась к моей голове, я упала и откатилась. Боль пронзила спину. Я игнорировала ее, вытолкнула нож из складок ткани. Дубинка огра рухнула на землю с грохотом. Я схватилась за рукоять ножа, потянула его, разрезая шелк. Крик ткани был как шепот, задевал кожу дыханием, пока ткань сползала на пол. Без костей и мертвая.
Огр поднял дубинку, глядя на трещины на полу. Он склонил голову, растерявшись. Я встала, сжимая нож зубами, и создала пальцами чары по ощущениям, а не учебе. Я сделала треугольник пальцами, используя большие и мизинцы как поперечины. Я представила пожар, соединила ладони, пальцы переплелись. Когда ладони соединились, раздался гром. Мои ладони загорелись. Огонь плясал как лисьи хвосты на коже, не вредя мне.
Я вытащила нож из зубов. Лисий огонь охватил рукоять и клинок. Огр зарычал, щурясь от света огня. Я сжала нож за край рукояти, бросила его в огра. Нож вонзился в его плечо, и огонь прыгнул на торчащую в стороны бороду. Огр бросил дубинку с воем. Он отпрянул, попытался вытащить мой нож из своей плоти. Но огонь уже пожирал его, бежал по его плечам и спине. Он закричал, размахивая руками, врезался в деревянные стеллажи, и огонь прыгнул с него туда.
Он оставил мой нож на полу. Клинок блестел в растущем пожаре. Другие огры с ужасом смотрели на него, а я схватила нож и побежала к Юзе. Я за миг разрезала кимоно на ней, и она схватила катану.
Два взмаха, и она обезглавила одного огра, рассекла живот другому. Их тела рухнули на пол, как куски мяса. Я с писком отскочила от их тел. Кровь растекалась под ними, густая, как масло, и отражающая огонь.
— Это было нечто, — Юза стряхнула кровь с меча движением запястья. — Я у тебя в долгу за свою жизнь, Кира Фуджикава.
— Рано благодарить, — я смотрела, как огонь обрушивает полки. Маленькие лисы плясали в огне, запускали огненные лапки в горящие корзинки с рисом или бежали друг за другом по полкам, совали носы в свертки шелка и отрывали корешки от книг. Жар обжигал мои щеки. — Нужно убираться отсюда.
— Минами точно уже пошла предупреждать, — сказала Юза. — Ты можешь управлять этим огнем?
Я убрала нож в ножны и повторила жест с треугольником. Я с хлопком соединила ладони, и они загорелись.
 
— Сожги это место дотла, — Юза махнула мне идти за ней. — Скорее. Нужно спешить.
Мы побежали по коридорам. Угли сыпались с моих пальцев, выпуская огненных лисов. Они бежали со мной, пугали куртизанок и стражей. Тэнгу растерялся и замер, глядя, как мы проносимся мимо, а потом побежал. Я не успевала озираться, заметила двор сада, раскрашенные шоджи, большие доспехи. Мы бежали так быстро, сердце колотилось. Горло горело, словно я и выдыхала огонь. Усталость тянула за мышцы и кости.
Юза бросилась вправо, повела нас по коридору с золотыми стенами и ровным паркетом. Мы ворвались в зал. Стены мерцали золотом и кристаллами, украшающими фреску воюющих они, мучающих людей, разрушающих мир живых. Они любили хаос, так что было не удивительно видеть эти сцены в их сокровищницах.
Двенадцать стражей-они охраняли золотую дверь. В отличие от огров, которых мы видели в кладовых, эти существа стояли, выпрямив спины. Но, хоть они стояли на посту с золотыми нагинатами в руках, у них были ожерелья из гниющих ладоней. Их густые черные волосы были заплетены с кусочками позолоченных костей.
Может, то были ладони воров, которые приходили в замок Шутен-доджи.
Мы с Юзой остановились, двенадцать голов повернулись в нашу сторону.
— Юза! — крикнул один, ярость сотрясала землю. Он бросился вперед, клинок нагинаты свистел в воздухе. Кости гремели в его косичках. — Предательница! Ты заплатишь за то, что сделала!
— Не сегодня, Ибараки, — Юза опасно улыбнулась.
Ибараки.
Я знала это имя.
Он убил дедушку.
Гнев наполнил меня. Жар вспыхнул в сердце, побежал по венам. Кожа стала сиять. Враги отступили, закрывая лица руками.
— Юза, — сказала я голосом, трещащим огнем. — Отойди.
Огонь сорвался с моих пальцев. Его свет был таким ярким, что я не видела ничего, кроме этого огня, и он сорвался с моих ладоней в облике большого девятихвостого лиса. Золотое существо врезалось в стражей-они. Ёкаи закричали, но даже их голоса поглотил рев огня.
Огонь угас так же быстро, как возник. Через секунды я оказалась на коленях, глупо моргала, глядя на двенадцать кучек дымящихся углей.
«Я… что я…?».
Юза рассмеялась.
— Ох, ты интересная.
Я встала. Юза постучала по моему подбородку, чтобы я закрыла рот.
— Ибараки? — Юза приподняла бровь.
— Он убил моего дедушку, — я прошла за ней к двери хранилища. Я плюнула на, как я думала, пепел Ибараки.
— Ах, ясно. Он в любом случае был мерзким, — сказала она.
Мы замерли у двери. Я заметила свое размытое отражение на гладкой темной поверхности и потянула за странное ухо на своей голове. Двери были украшены белыми жемчужинами, которые мерцали, как звезды. Юза стала исполнять сложные жесты, и жемчуг засиял. Изящные дуги света соединяли их, создавая странные созвездия на поверхности дверей. Пол задрожал. Свет подвинулся против часовой стрелки, в комнате раздался металлический звон.
Юза нахмурилась, свет погрузился в дверь, оставляя глубокие следы. Металл застонал, отодвигаясь в потолок и пол.
— Им стоило поменять чары на хранилище.
— Уверена, они и не представляли, что мы совершим такое, — ответила я.
Юза только улыбнулась. Мы прошли внутрь. Я не знала, что ожидала от сокровищницы лорда огров, но не такого — хорошо одетые скелеты лежали в грудах красивых доспехов, и некоторые части выглядели так, словно принадлежали эпохам раньше тех, которые я могла назвать. Гора свитков занимала угол комнаты, некоторые парили в воздухе, не поддаваясь притяжению. Оружие блестело на стенах. Там были странные сундуки с глазами вместо замков, механические птицы сидели под потолком. Куда бы я ни смотрела, я находила что-то чудесное, что хотелось бы рассмотреть дольше.
 
Юза щелкнула пальцами. Двери закрылись.
— Идем, — сказала она, направляясь в хранилище. — Времени мало.