Чудовище 3 (СИ)
До сих пор мой крик в ушах, как молила его, что бы поверил.
Сколько тепла он дарит дочери. Она повела его на детскую площадку за руку. Все мамочки сразу зашевелились. Сразу начали из себя хрен пойми кого строить перед Славой. Одна из них кажется выиграла. Ей удалось первой подойти к нему. Просто ее сын находился рядом. Кокетливо улыбается, глазками хлопает.
Вот сука. Так бы пристрелила нахрен.
Слава, что то ей рассказывает, та смеется. Смущается. Интересно…
Девушка уронила заколку из рук, будто случайно и наклонилась, сверкая свой заднице. Ростислав кажется оценил.
Ни капли не изменился, все такой же бабник.
Другие мамочки злобно смотрят на эту девушку. Его купировали. Я не много смеюсь, прикрывая рот рукой. Что бы не было сильно заметно. Слава переключился на дочь. Качает ее на качелях, разговаривает. Эти феи так и глаз с него не сводят. Некоторые находятся в его поле зрения. Но мое внимание больше привлекала та с телефоном. Дочка с ее сыном обычно играет. Она единственная которая не привлекает к себе внимание. Но только при виде Славы, телефон ее исчез с рук. Ее сын кружится возле Киры тоже сел на качели. Его мама подошла и стала катать. Сюсюкается. Ростислав смотрит на нее…
Вот именно к ней я стала его ревновать.
Он улыбается искренне, одновременно говорит с дочерью.
Обида разрастается во мне. Но Я стараюсь ее не являть на своим лице, как собственно и какую либо эмоцию.
Душа горит.
Хочется расплакаться. Но я сама сказала ему о том, что второго шанса не будет. А чего ему не трахнуть какую нибудь? Уверена, утро его начинается именно так. Чего он не на работе?
Перевела взгляд в сторону. Не хочу видеть ни его, ни то, что происходит. Встала не торопливо и пошла медленно. Глубоко вздохнула воздух, сложила руки в карман шортов.
Глубоко вздохнула снова, словно смогу заполнить эту дырку внутри себя.
— Лара?! — Я обернулась на голос. Молодой человек лет тридцати. Кажется один из папочек. Видела как гулял с сыном пару раз. Отец из него такое себе. Ребенок кажется руку сломал, когда упал с горки. Он очень энергично общался с одной из мамочек в этот момент.
Смотрю на шатена. — вы вчера гуляли и забыли… — Проговорил протягивая мне Киры ведерко. Ах да… и правда.
— Спасибо. — Ответила спокойно и забрала игрушку.
— Да что вы… Мы тоже постоянно, что то да забываем. — Ага к примеру своего ребенка.
— Как ваш сын? Кажется он руку сломал? — Спросила и не много развернулась, мужчина поравнялся со мной. Люди Ростислава переговариваются, пристально смотрят за нами.
— Да, все вроде обошлось. Вылечили быстро. — Я понимающе кивнула. — Дети такие непоседы. — Я слегка улыбнулась.
— Да. Верно. С возрастом будет только хуже. — мужчина хохотнул.
— Успокоительным придется запасаться. — Я остановилась. Посмотрела на площадку. Ростислав тут же отвернулся, словно не смотрел. Он ловит Киру с горки. Та смеется звонко. Улыбнулась.
Значит переживает. Судя по его людям- очень. Они все находятся рядом. Будто прохожие проходят. Задвигались словно тараканы.
— Не то слово. — Ответила мельком взглянув на мужчину.
— А это ваш муж? — Он кивнул в сторону Славы. Снова посмотрела на шатена. Шорты, футболка. Ничего в нем такого нету интересно, к чем Ростислав ревнует? Ревнует. Я точно знаю. Это успокаивает не много душу.
— Нет. Отец дочери. — Ответила с безразличием.
— Если между вами ничего нет, может… Не хотите сходить куда-нибудь? — Спросила он взволнованно, немного мнется. Я мельком взглянула на его руку, где красуется обручальное кольцо.
— Вы женаты? — Уточнила я. Тот поднял руку смотря на палец.
— Бракоразводный процесс идет. — Я задумчиво кивнула. Он действительно думает, что я в эту брехню поверю?
— Мама! — Ко мне бежит дочка, довольно улыбнулась.
— Родная, нагулялась? — Спросила вытирая испачканное ее личико.
— Нет, папа зовет покушать сходить. Пойдем? — Вот и Ростислава фигура выросла рядом.
— Господи, вы Никольский Ростислав Вадимович? — Мужчины глаза округлились.
— ДА! — Сколько в нем ярости. Тот побледнел.
— Это, я пойду… Еще увидимся. — Шатен широко мне улыбнулся, подмигнул и поторопился прочь.
— Мама. Мама! Давай пойдем кушать. — Просит жалобно дочь.
— Дома Кира. Попрощайся с папой. — Подняла на бывшего холодный взгляд. Тот слегка кивнул, показывая тем самым, что понимает.
— Ну мама! — Захныкала дочка. Выгнула бровь.
— Я сказала, попрощайся с папой. Пора идти домой. — Та надула губы, слезы выступили на ее глаза.
— Кира. Я приду завтра к тебе. Хорошо? — Дочка обняла папу за шею. Сердце рвется, смотря на эту картину.
— Я хочу, что бы ты всегда был ядом. — Слезы ее настоящие. Ростислав растерялся не много. Не знает, что делать с ее слезами.
— Всегда… — Проговорил он заботливо. С нежностью.
— Идем Кира. — Взяла дочку за руку и та не охотно отпустила Славу. Он вытер ей слезы с глаз.
— Я приду к тебе, обещаю. — Проговорил и поцеловал ее в голову. Мы направились в сторону дома.
Злюсь на него? Да, за то, что вот так заполучил так легко любовь дочери. За то, что она так мило общался с той сукой. Злюсь за то, что угрожал забрать дочку. Злюсь, за прошлое. Злюсь за все!
Оставшийся вечер прошел в уборке и стирке. Записала Киру к логопеду. Обзвонила некоторые филиалы на счет работы. Заявку в садик подала. Кира все папу ждет. Мается ходит. Это действует на нервы.
Уснула она быстро. А я уселась на кухне. Закурила сигарету и расслабленно облокотилась на шкафчик. Дурман разливается по крови, помогает расслабиться и забыться. Глаза прикрыла, от удовольствия.
Чертовы изумруды… Его тело и руки. Его страсть и любовь… Его зависимость мною и дикое желание.
Разрываюсь в груди. Это мучительно… Начинаю сходить с ума…
Затянулась глубоко но, сигарету тут же выдернули. Подняли за плечи. Открыла глаза и вижу перед собой злые изумруды. Ухмыльнулась.
— Что тебе надо? — Проговорила коварно и выпустила в него дым.
— Ты с ним спишь? — Спросил грозно. Медленно подняла руку к его лицу, провела бережно по его губе, заставив тем самым затаить его дыхание.
— Да. — Ответила с коварной улыбкой. — Я переспала с каждым в этом доме. Я изменяла тебя с каждым работником твоего офиса. — засмеялась от того как его глаза округлились в шоке. Больно ему. — Какое это наслаждение видеть как ты сгораешь. — Оттолкнула его от себя. — Я не люблю тебя. — Проговорила смотря в его изумруды полными мукой. — Тебя нет для меня. Я ненавижу тебя всем сердцем, ты уничтожил все, что было между нами. Если бы не дочь, ты бы даже не пришел. Я могла умереть из за тебя. Дочь могла умереть из за тебя… Дважды… — Голос мой холодный и яростный. — Гори и ты теперь в том аду, что ты даровал мне. — Слезы с глаз полились, я сделала шаг к нему. — Ты чудовище. Ты тварь… — Снова коварно улыбнулась. — Помнишь, ты мне это говорил, а помнишь, как бил? Помнишь, как стрелял? Помнишь, как прогнал? — Слез поток стал сильнее. Вся душа выворачивается на изнанку. — Ты убил во мне все, что так было дорого тебе и мне. Гори в собственном аду… — Я ожидала другую реакцию от него… Ярость, что снова схватит меня за горло или ударит. Но вместо этого, он встал на колени. — Я всхлипнула, закрыла руками рот.
— Прости меня… — Я чувствую его боль. Его мучение даже в полумраке видно. Каждая мышца напряжена… — Я сгораю малышка без тебя, я схожу с ума от чувства вины и не знаю, что мне делать, что бы ты меня простила. — Я засмеялась сквозь слезы. Всхлипнула.
— Я ведь так же тебя умаляла… Помнишь? Так же стояла перед тобой! Я задыхалась от боли и безысходности. Я молила тебя мне поверить! Ты отнял мое сердце! Ты превратил мою жизнь в ад. Так купайся в этом аду теперь ты! — Я присела к нему на корточки. Вижу мокрые линии от слез на его лице. Снова всхлипнула. Я начинаю повышать голос — Я не спала ночами, жила в страхе за жизнь дочери, пока ты трахался с Дианой. Я сгорала от боли, пока ты наслаждался своей жизнью! Мы тебя не волновали, а теперь ты не волнуешь меня. — Всхлипываю, чувствую себя чудовищем не хуже него. Я села так же на колени. Коснулась его лица. — Я умирала каждый день… Я мечтала о тебе… Я думала о тебе каждую секунду. Я ждала тебя, что однажды ты придешь и скажешь, что веришь мне… но время шло и ты не приходил… — Закрыла руками и разрыдалась навзрыд. Захлебываюсь слезами. Эта боль вырвалась, что скрывала каждый день в себе. Я задыхалась каждую ночь без него. Его руки схватили меня и прижали. Он уткнулся в меня и сила его объятия грозиться, что больше не отпустит.