Чудовище 3 (СИ)
— Хочешь, пойдем и купим? — Та замерла, медленно повернулась.
— Хосю. Но в чем мне идти? — Развела в сторону руки. Снова хохотнула.
— Кира…нельзя тебе с Ритой общаться. — Проговорила и чувствую, что голова начала кружиться. Старюсь не подавать вида. Села на кровать.
— Малыш? — Ростислав встревожился, подошел ко мне и присел передо со мной. Взял мои руки в свои, от чего мурашки пошли по коже. Его когда-то родные руки… те прикосновения. Но сейчас они мне приносят мне только боль. Я вынула руки из его хватки. Забралась на кровать. — тебе надо в больницу. Слышишь?! Сейчас оденешься и мы пойдем. Не забыла, что может случится? — Голос тревожный и в тоже время строгий. Эта строгость… Это власть… Я так скучала по нему.
Так тосковала.
Так нуждалась…
— Помнишь, врач говорила, что может быть фатально? Подумай о Кире… Случись…что…с тобой… — Посмотрев на дочку, глубоко вздохнула и слегка кивнула. Он прав, это ради Киры… Ростислав глубоко и облегченно выдохнул. Вижу обрадовался.
— Папа. — Дочка довольно улыбается смотря на Славу, а тот как цветок расцвел. Она что то у него спросила. Слава подошел к ней. Поцеловал в голову и обнял. Показал на розовое платье и та закивала. Я обратно села на край кровати. Глубоко вздохнула. Встала. Прошла к шкафу и взяла от туда черное легкое платье. Голова гудит, не много кружится, но я вроде могу нормально держаться. Прошла в ванную и накинула на себя одежду. Да, все так же без белья. А зачем мне оно? Подумала сарказмом. Платье обводит силуэт груди, являет ее полноту и соки, которые не много выделяются.
Белье не могла взять, потом что застеснялась? Спрашиваю себя и удивляюсь тому, что будто с ним не жила. Зачем строю из себя хрен знает кого?
Вышла. Кира уже одета, Ростислав заплетает ей косичку, а она отрывает кукле голову и прикрепляет обратно, под невнятную свою речь.
Ростислав оглядел меня внимательно, нахмурился.
— Ничего не забыла надеть? — Спросил спокойно и в тоже время строго. Вижу как желваки заходили на его лице. Как мышцы напряглись. Как движение его рук стало более медленным.
— Нет. — ответила невозмутимо. — Прошла на кухню, взяла Киры браслет. Вернулась обратно и селе на колени перед дочерью.
— Пожалуйста… надень белье… — Просит он хрипло, тяжело дышит. В голове довольно улыбаюсь. Теперь даже не жалею, что белье не взяла. Может, еще побесить? Прям в удовольствие. Защелкнула на запястье дочки браслет. Подошла к шкафу взяла трусы и прошла обратно в ванну. Смеюсь беззвучно. Вай щас будет мясо!! Аахахахха. Надела кружевные трусы и вышла. Ростислав глаза снова обвели меня взглядом, затем переместились к моим глазам. Он уже закалывает заколки дочке в волос.
— Пожалуйста… — Прошептал тихо. Глубоко вздохнул. Вижу злиться и сдерживает свою злость.
— а? — Не понимающе спросила. — Я надела белье. — Сказала не много улыбнувшись. У того глаза округлились. Шок. Ярость. Осознавание.
АХАХХАХА
Прошла к тумбочке и достала артефакты. Документы. Ключ от браслета на всякий случай. Прошла к шкафу достала сумку. Сложила все в нее. Села на колени возле нижнего шкафчика. Выдвинула его и просунула в глубь руку. Но то, что я хочу достать нету.
— КИРА! — проговорила строго и обернулась. — Опять лазила по моим вещам? — дочка залезла к папе на руки. Ростислав смотрит за мной, кажется много, что хочет сказать, да только молчит и пилит меня взглядом.
— под коватью. — Сама невинность. Уткнулась тут же в плече папы.
— что ты ищешь? — Спросил хмуро Слава.
— Оружие. — ответила спокойно. Словно это нормально. У того глаза округлились. Он посмотрел на дочь, затем на меня.
— ЧТО?! — Нагнулась под кровать и достала шарик. Игрушка — оружие против истерик. Когда нажмешь на шарик, он расширяется и мигает разными цветами. А из него вылезают по очередной световые фигурки с музыкальным сопровождением.
— Оружие, против истерик. — Сказала являя игрушку и бросила ее в сумку. — Кир. Я запретила тебе ее брать!
— Ню мама… Я хосю в нее игать. — Наклонилась и поцеловала ее.
— Знаю. — Ростислав смотрит на меня снова с любовью и нежностью.
— Я юбу тебя — Я улыбнулась.
— А я тебя… — Проговорила целуя в ручку. Слава так близко… его рука между мной и Кирой. Я в миллиметрах от нее. Даже чувствую его духи… Сердце рвется.
— папа, я и тебя юбу- Ростислав тут же прижал ее к себе крепко. Прикрыл глаза… столько боли и счастья на его лице. Вижу как он все еще не может поверить в то, что услышал это. Вижу как снова желваки ходят ходуном.
Обреченному на погибель, подарили жизнь…
Ухмыльнулась, развернулась и пошла в коридор. Надела босоножки, затем взяла для Киры. Вернулась обратно.
— И я тебя очень люблю дочка моя… — Проговорив «дочка» он словно пробует это слово на вкус.
До сих пор не может осознать, что он папа.
Смотря на это нахмурилась…
— У меня есть кое-что. — Проговорила и снова прошла к комоду. Достала флэшку. Ростислав повернулся смотря внимательно. Я подошла к ним. Подняла руку и крепко сжала ее крепко. — Здесь… Здесь все. Начиная с моей беременности. Заканчивая проснувшимся даром Киры. Здесь запись со стороны и запись как я это видела. — проговорила смотря в его изумруды, которые бегают от флешки ко мне и обратно. — Там… — Хмыкнула, смотря внимательно на накопитель. — Это я готовила для тебя. Однажды показав то, что ты пропустил и то, что мы смогли справиться и без тебя. — Проговорила гордо и холодно. — Все, что пережила я. — Перевела взгляд на дочь. — Мы.
Ростислав нерешительно протянул руку и бережно взял накопитель, слегка касаясь меня пальцами. Мурашки прошлись по коже, от его прикосновения.
Я не могу простить его за то, что он сделал и не сделал за эти четыре года…
Но чертовы изумруды снова терзают душу. Он кричит, требует его. Требует его видеть, чувствовать рядом…
Обида и боль воссоединилась вместе. Они словно на весах вместе с любовью. Каждая сторона перевешивает, то на одну сторону, то на другую.
Глубоко и устало вздохнула.
В больнице Кира не слазила с рук папы. Вот прилепилась к нему как пиявка. Даже ревную.
— Кирюш… а мама? — Обиженно проговорила как она целует Славу в щечку и продолжает сидеть на его руках, крепко обнимая его за шею. Ростислав ухмыльнулся смотря на меня, показывая тем самым довольство и счастье. Сморщилась в отвращении. Это моя дочка.
— Я папу юбу. — Хмыкнула холодно на ее слова.
— Ну хоть кто то. — Мне прям в наслаждение видеть его боль. Но тут же отвлеклась на мобильный звонок телефона. Номер не известный. Прищурилась. Кто это?
— Гриня. — Холодно и злобно проговорил Ростислав. Ладно, возьмем.
— Лер! Надо поговорить, давай встретимся.
— Зачем? О чем? — спросила холодно смотря на табличку весящую на двери кабинета.
— Что ты накапала на Диану? Это очень важно. — Хмыкнула и повернулась к Славе.
— Мне плевать на вашу Диану. На ваши проблемы. Они меня не касаются. Все свои вопросы решай со своим другом. А если, ты захочешь еще раз позвонить, то вспомни. — Я перевела взгляд на дочь. — Что я сделала с твоим отцом… — Сбросила трубку. Убрала телефон в карман. А взгляда от Ростислава не отвожу.
— Еби… — снова посмотрела на дочь. Нельзя выражаться при ней. — Возитесь сами со своим… — Глубоко вздохнула. Злюсь. Глаз не много стал вспыхивать принося дискомфорт. Прислонила ладонь к глазу.
— малышка, не злись. Все понял. Мы с тобой поговорим попозже. Хорошо? Просто поговорим. — проговорил с тревогой и болью.
— Не очем! Пойми ты это наконец. Мне ты не нужен. Я тебя не… — Глубоко вздохнула. Он весь напрягся. Язык не поворачивается. Посмотрела на дочь, которая кажется уснула на его руках… Да засыпать в его объятиях это удивительное наслаждение…
— Все закончилось тогда. Все прошло тогда. — Ростислав слегка кивнул.
— Дай хоть шанс, все исправить… — просит хрипло. Вижу как дочку прижимает к себе крепче.
— Возможностей было много. — посмотрела в потолок, что бы сдержать слезы. — ключевое слово «Было» только ты спохватился поздно. Скажи спасибо Кире. Если бы нее жажда увидеть отца… Ты бы больше не нашел меня. А ты прекрасно знаешь, что даже без помощи магии, я могу спрятаться от тебя. Стоит только захотеть…