Измена. Сбежать от мужа (СИ)

Эй!
Вот так всегда, моего мнения не спросили. У этого великолепного внешне мужчины был один веский недостаток — он всегда делал только так, как хотел сам, не считаясь больше ни с кем.
— Нет, я не хочу обратно. Я хочу развод!
Он медленно обернулся, окинув взглядом, словно обжег.
Немногочисленные посетители кафешки тут ж поспешили отвести глаза.
Не сказав ни слова, мужчина вышел на улицу. Я проследила, как он невозмутимо закинул мои вещи на заднее сиденье своего внедорожника и со вздохом шагнула следом.
Не для того я таскала на себе эту сумку, чтобы так просто ее отдать.
Марк стоял возле машины, приоткрыв для меня дверцу рядом с водительским местом. Но я проигнорировала его жест, и открыла пассажирскую, чтобы забрать сумку. Но он не позволил.
Схватил за плечо, рывком притягивая к себе.
На смуглом лице резко обозначились желваки. Марк был дико зол. Приблизившись настолько, что я почувствовала запах его мятной жвачки, он зловеще прошептал:
— Садись в машину, Агата. Иначе поедешь в багажнике.
  
5
 
И откуда вдруг взялась смелость? Я уперлась ладонями в мужскую грудь и потребовала, копируя его тон:
— Хватит командовать, Марк! И убери руки, или я сейчас заору на всю улицу!
— Ну попробуй, — усмехнулся тот, резко хватая меня поперек талии и быстро запихивая в машину.
Дверца захлопнулась, а открыть ее обратно я не смогла. Центральный замок сработал мгновенно.
Подобного я не ожидала. Еще никогда Марк не демонстрировал свою силу вот так, грубо и бесцеремонно.
Мои руки дрожали, сцепившись на коленях, а сердце колотилось где-то в горле.
— Чего ты добиваешься? — спросила я у него, стараясь быть спокойной, но голос дрожал, выдавая страх. — Силой притащишь в квартиру, запрешь, заставишь спать на той же кровати, где кувыркался с этой женщиной? А что потом? Я уже решила, что мне больше не нужны эти отношения. Мы можем расстаться мирно, но ты, я вижу, на это не настроен.
Он промолчал, потянувшись, чтобы пристегнуть мой ремень безопасности. Я только прикрыла глаза, когда тот оказался непозволительно близко. Так близко, что я почувствовала тепло его кожи.
Этими же руками он тискал вчера непонятную шалаву, а сегодня касается меня. И никаких противоречий не видит. Меня невольно передернуло от брезгливости, а к горлу подступила тошнота.
Но следовало что-то делать. Не пускать же всё на самотек. Хватит быть безвольной тряпкой, меня это уже порядком достало. А ведь я и правда разбаловала его своей покорностью. Разбаловала настолько, что Марк считает её в порядке вещей и бесится, когда я начинаю показывать характер.
Силой я точно ничего не решу, но кто знал, что он ее применит? И оттого с каждой секундой мне становилось все страшней.
Я совершенно не понимала, что происходит, а объяснять Марк не спешил.
Сердце колотилось, как ненормальное. Никогда еще я не видела мужа вот таким… Но и никогда раньше не заставала его за изменой. Так что всё когда-то бывает впервые.
— Что с тобой? Давай поговорим, — я попыталась воззвать к голосу его разума.
И без того ясно, что ругаться бесполезно, а Марк был настроен на всё что угодно, лишь бы подчинить. Только на этот раз он решил изменить стратегию.
Почему? Наверное понял, что на старые методы я больше не клюну. Что ж, так оно и было. Но к чему эти крайности?
Однако он добился своего — напугал меня до чертиков, заставив успокоиться и пытаться рассуждать здраво.
Открытым конфликтом я точно ничего не добьюсь. А значит следовало попробовать хитростью. Женщины именно так и воюют.
— Ты ведь сам меня выгнал, Марк, — проговорила спокойно, как бы намекая, что логики в его действиях не прослеживается.
Тот невозмутимо молчал, выезжая с парковки. Разговаривать он явно не желал.
Я со вздохом откинулась на спинку кресла, опасливо глядя на чужой профиль. Хищный нос, высокие скулы, поджатые губы, яркие и такие холодные синие глаза. Очень красивого темно-сапфирового оттенка, в которые я влюбилась давным-давно.
Но, как оказалось, они могли быть разными. И сейчас любоваться ими совершенно не хотелось.
 
Машина попетляла по узким улочкам прежде, чем выехать на оживленную трассу. Я замолчала, поняв, что ничего от него не дождусь. Марк всё расскажет, только когда сам того захочет.
Что странно, двигались мы вовсе не в направлении нашего закрытого ЖК в центре.
— Куда мы едем?
— Узнаешь, — бросил он, втопив педаль, желая избавить себя от лишних расспросов.
Если раньше я бы беспрекословно приняла его правила, то сейчас всё это самоуправство не вызывало ничего, кроме глухого раздражения.
Трасса летела навстречу со скоростью двести километров в час. Я беспокойно кусала губы, переводя взгляд со спидометра на этого мужчину, которого, как оказалось, я совсем не знаю.
Судя по часам на приборной панели, прошло полчаса, прежде чем мы въехали в незнакомый загородный поселок. Тяжелый оранжевый шлагбаум опустился за машиной, и та покатилась по широкой дороге вдоль живописной улочки, по обе стороны которой красовались симпатичные мансардные шале.
Я с любопытством разглядывала высокие сосны по краю дороги, небольшие белые заборчики и ухоженную зелень.
Прошло несколько долгих минут этой безмолвной экскурсии прежде, чем Марк затормозил у самого дальнего шале. Расположенный на небольшой возвышенности, с огромными панорамными окнами и черепичной крышей, дом отличался от остальных наличием высокого каменного забора и автоматических ворот.
Машина въехала во двор, и ворота закрылись, отрезая нас от внешнего мира. Марк вышел, чтобы обойти капот и открыть передо мной дверь.
— Приехали.
Я неспешно шагнула из авто, проигнорировав его руку, на что мужчина только холодно усмехнулся.
Захватив мою сумку, он бесцеремонно цапнул меня за руку и повел по дорожке в сторону дома.
Я приняла правила игры и больше не пыталась ни о чем спрашивать, просто шла рядом в ожидании финала этой странной поездки.
Марк набрал на панели возле стеклянной двери код, и та с легким писком распахнулась. Мы вошли в холл с высокими потолками, широкой лестницей и отделанными деревом стенами. Здесь пахло свежим ремонтом и персиковым интерьерным парфюмом, а интерьер был выполнен в стиле охотничьего домика. Очень дорого охотничьего домика с винтажной мебелью, стильным бежевым ковром, картинами в тяжелых рамах и камином. Всё, как любит Марк.
Тот поставил сумку на ковер и обернулся, сложив руки на груди.
«Ну, и?» — спросила я взглядом.
— Теперь ты будешь жить здесь.
Из моей груди вырвался тяжелый вздох.
— Слушай, Марк. Два года назад, когда я имела глупость сказать тебе да, я соглашалась выйти замуж, а не продаться в рабство.
Мужчина шагнул навстречу. Так быстро, что я не успела отпрянуть. Навис сверху, придавив взглядом. А потом его тяжелая ладонь легла мне на плечо в основании шеи, легонько сжав.
— Агата, солнце моё, — раздался его вкрадчивый голос, — Можешь называть это как угодно, но как я скажу, так и будет. Ты разве еще не привыкла, м-м?
С этими словами он резко привлек меня к себе…
  
6
 
Я оттолкнула его руки и выгнулась, мешая приблизиться еще тесней, но толку? Этот мужчина был сильнее меня и больше раза в два. Так что все старания оказались бесполезны.
Марк прижал мою голову к своей груди и держал там до тех пор, пока я не перестала вырываться. Я слушала, как тяжело и гулко бьется его сердце и кусала губы, жалея, что не могу расцарапать ему лицо, ну или хотя бы пнуть побольней.
Меня просто обездвижили. В общем, план пошел прахом. Я хотела быть хитрой и спокойной, поговорить и обсудить всё по-человечески, но Марк решил по-своему.
Игрался со мной, как с куклой. Хочу прижму, хочу оттолкну, а хочу закину в машину, увезу в новый дом и заставлю в нем жить.
Внутри забурлила злость. Я сцепила зубы, стараясь выровнять дыхание.