Моя малышка (СИ)

Тело охватило жарким спазмом, я вот-вот была готова взорваться.
— Да… я сейчас… не останавливайся. — голос охрип от стонов.
— И не подумал бы.
Движения стали рваными и более резкими. Чувствуя, как внутри меня начинает пульсировать, до предела возбужденный член, начала содрогаться от подступающего оргазма, глуша крик, прикусив свою руку. К финишу пришли одновременно. С глухим стоном, Тимур кончил, изливаясь глубоко в меня, горячей и обжигающей спермой. Совершив пару завершающих толчков, он он замер, переводя сбившееся дыхание. Чуть позже, отстранился, заставляя почувствовать холод и пустоту, от разорванного контакта с его телом.
Ещё немного отдышавшись, поправил ещё не до конца опавший член, и застегнул ширинку. Я же, не могла пошевелиться, полностью обмякнув на столе. Ноги дрожали, сердце по прежнему билось через раз. Подхватив на руки, мое расслабленное от оргазма тело, пошёл к лестнице, ведущей на второй этаж. Я до сих пор находилась в сладостной прострации.
Бережно положив меня на постель, скинув одежду, лёг рядом, предварительно и с меня сняв сарафан.
Лежала у него на груди и даже думать было страшно о том, на сколько сильно я счастлива. И как мне сейчас хорошо.
— Люблю тебя, лисёнок.
Вскинув на Тимура искристый взгляд, не могла поверить в услышанное. Что его слова были правдой, а не эхом моего больного воображения.
— Я тоже тебя люблю. Очень-очень сильно. — подтянувшись чуть выше, поцеловала его в губы. Нежно и предельно трепетно.
Сейчас, это был поцелуй не с целью поглотить друг друга. Это был поцелуй-признание. Признание в наших чувствах, тепле и всем, что испытываем друг к другу.
Глава 16
Тимур
Жизнь наладилась и все шло своим чередом. Непередаваемые чувства, когда все так хорошо, как сейчас. Единственное, что оставалось сделать — это завязать с боями. Нет уже той потребности в этом, что была последние три года. Это был мой способ, держать внутри демонов, прошлое и эмоции. Теперь наоборот спокойствия и умиротворения хочется. Да и Алису нервировать не хочу. Чувствую, что ей не спокойно будет от моего подобного досуга. Собственно об этом, я и решил сегодня сказать Стасу.
— Блин, Тимыч. Ты же понимаешь, что оттуда так просто не уходят? С тебя потребуют компенсацию.
Понимал ли я это? Конечно понимал. И прекрасно помнил, как не просто было Стасу, когда он завязывал со всей этой херней. Но смог соскочить с крючка. Надеюсь и у меня получится. И ведь, когда я только ввязался во все это, он предупреждал меня, что не стоит туда лезть. Но тогда меня ничего не держало, каждый новый день, был бессмысленно прожит. И я погряз в этом по самые уши. Знал бы я тогда, как жизнь обернётся, десять раз подумал бы, прежде чем ввязываться. Но время назад не отмотать, и надо как-то разруливать всю эту канитель.
— Понимаю. И к этой компенсации готов.
— Я тебя в этом решении поддерживаю, давно пора было. Но имей ввиду, не факт, что компенсация будет материальной.
— Знаю. Я думал об этом. Но выходить из этого нужно. Когда, если не сейчас?
— Что, решил остепениться и осесть с Алиской? Оно того стоит. — друг понимающе улыбнулся.
— Как-то так. Хватит с меня этого треша, спокойствия хочется.
— Рад я за вас. Прямо вот от души. Она хорошая девочка. Тебе пиздец как повезло ее встретить. Не просри своё счастье.
— Да хватит уже, и так чуть не похерил все. Понимаю, что семьи нормальной хочу. Спокойствия и простой банальной бытовухи. Домой к ней возвращаться. Чувствовать, что нужен и что меня ждут. Опостылело одиночество. А с ней, я все это чувствую и проживаю с кайфом.
— Ты так рассказываешь, что самому остепениться захотелось.
— Так вперёд, чего ты сиськи мнёшь.
— Вот правильно ты заметил. Сиськи мять я люблю, причём разные. Поэтому моногамия не для меня. А связываться с кем-то и левачить потом, тоже не айс. Смысл? Лучше так, как есть. Все честно, прозрачно, без обязательств. Никто ни от кого не ждёт чего-то большего. Все, так сказать, на берегу обговорено.
— Посмотрю я, когда тебя конкретно поведёт и крепко возьмёт за яйца, какая-нибудь заноза.
 
— Сплюнь. Тьфу-тьфу-тьфу. — друг никогда не был суеверным, но сейчас через плечо поплевал. — Это не для меня. И сомневаюсь, что найдётся та, которая сможет истребить под корень, мою кобелиную натуру.
— Не зарекайся. Ещё помянешь мое слово. Вот тогда я на тебя посмотрю.
— Да иди ты. Умеешь настроение подпортить. — сказал с иронией.
После разговора с другом, поехал на встречу в клуб.
Слова Стаса оказались пророческими. И откупиться деньгами не вышло. На встрече, Власов, хозяин подпольного клуба, доходчиво объяснил, чего хочет. А именно загнать меня в октагон на бой, в режиме нон-стоп, против троих бойцов. Не просто будет, но стоит попробовать и испытать удачу.
— Ты же понимаешь, Тимур, что денег у меня и так куры не клюют. Ты самый рейтинговый боец, и на тебе клуб поднимал баснословные бабки. Всегда полный зал собирал. Так вот, уход твой, должен быть зрелищным. И запоминающимся. И не вздумай слить бой. Из дела выйдешь, только при условии безоговорочной победы.
— Хорошо. Если тебя так торкает тройнячок, уложу твоих бойцов.
— Ты так уж не хорохорься. Против тебя тоже выйдут не соплежуи. А вполне достойные ребята. И для того, чтоб уложить их, придётся попотеть.
— Я тебя услышал. Назначай дату боя. Но это будет последняя наша встреча.
— Договорились. Ты же знаешь, я за свои слова отвечаю.
Я знал. Знал, какая Власов, жадная и подлая тварь. Во всем ищущий свою выгоду. Таких ещё поискать нужно. Но вариантов у меня не было, так как знал, что просто так он не отпустит. И в случае чего, начнёт бить по больному и слабому месту, которым конкретно сейчас, являлась лисичка. Костьми лягу, но ее не подставлю. Просто не имею на это права. Значит нужно поднапрячься на тренировках и не посыпаться на ринге, в день боя.
Через два дня после той встречи, мне позвонил Власов и сообщил дату.
Бой был назначен через две недели, на вечер пятницы. Все свободное время занимали тренировки и спарринг со Стасом. Признаться честно, не знал, как вывезу этот бой. Но перспектива быть свободным от этого дерьма, придавала сил. Как и мысли о спокойной жизни с лисичкой. Ведь не соврал Стасу, когда говорил, что хочу нормальной семьи и простого, сука, счастья. Я так давно не испытывал этого чувства, что каждый день, рядом с лисичкой, был словно глоток свежего воздуха. Я впитывал в себя как губка, все ее эмоции, любовь, нежность, трепет. И сам старался возвращать ей все это, в тройном размере. Она этого заслуживает, как ни кто другой.
Но сегодня, Алиса выбила меня из колеи, своей просьбой.
— Тим, у меня к тебе есть одна просьба. Я уверена, что тебе это не очень понравится, но выслушай меня сначала. Хорошо?
Сказать, что я после этих слов напрягся — это ничего не сказать. И как оказалось, не зря.
— Какая?
— Помнишь моего друга, Колю? — помнил ли я его? Да, как я мог забыть ушлепка, который у меня на глазах, присосался, как пиявка, к губам МОЕЙ лисички? Его я запомнил.
— Помню. — пока произнёс одно слово, челюсть свело от напряжения.
— Хорошо. — лично я в этом, не видел ничего хорошего. — он учится на инженера и сейчас у него практика. Может можно его устроить у тебя в архив? Ты ведь ещё никого туда не взял? Он правда хороший специалист.
— И как ты себе это представляешь? — пиздец, приплыли. Чувствовал, как начинаю закипать.
— Тим, у нас с ним правда ничего нет. Мы правда дружили в детстве. Он хороший парень, в плане как друг. — я уже сейчас, хотел переломать кости, этому хорошему парню. Не помню, когда в последний раз, меня так захлёстывало ревностью. С трудом подавлял в себе желание вспылить.
 
— И это повод тащить его сюда? Чтоб он маячил у меня перед носом, как красная тряпка для быка? — о чем она только думала, предлагая мне это. Видимо решила друга в смертники записать.
— Я так и думала, что ты так отреагируешь. Ладно, нет — значит нет.